Принцесса Чикаго

  Автомобиль внезапно притормозил возле знакомого здания. Кафе была темным и тихим, наполовину заключенным в тени. Единственный свет исходил от верхнего этажа, в комнатах, которые, как мне показалось, были офисом.
  «Почему мы в Подлом Сэле?» Я спросила.
  Алессандро постучал по рулю. Он сжал челюсть. «Есть ...» Он резко сглотнул. «Есть еще один последний секрет, которым я хочу поделиться с тобой».
  «У меня только одна сестра». Я пошутила. «Какие еще есть секреты?»
  Он не улыбнулся.
  Лед катился по моему позвоночнику. Выражение его лица никак не успокоило мои нервы.
  «Я уже видела подземелья пыток». Я добавила.
  Алессандро расстегнул ремень безопасности. "Давай. Это не займет много времени. Но это то, что тебе нужно знать ».
  Во мне поднялось подозрение. Что он мог мне показать? Как бы то ни было, от этого его челюсть затвердела, а глаза потемнели. Очевидно, ничего хорошего в этом не было.
  Что было немного обидно. Какая-то часть меня надеялась, что это была вечеринка-сюрприз.
  Алессандро обошел машину, открыл мою дверь и помог мне выйти. Мы вышли на прохладную улицу, ветер усиливался. Я сжимала юбку в руке, чтобы не засветить ни одного удачливого пешехода.
  Мой муж провел меня в кафе, мимо бара из красного дерева и бархатных диванов. Я на полпути подумала, что мы собираемся спуститься вниз, но Алессандро резко повернул и повел нас на второй этаж. Я никогда не была здесь раньше - я всегда думала, что это просто еще несколько офисов.
  «Я думала, что мы убрали подписку, когда федералы пытались ее закрыть». - сказала я, думая о заключенных в подвале.
  "Мы сделали. Но теперь он находится под твоим именем, поэтому мы смогли вернуть некоторые вещи ».
  Верхний этаж оформлен в том же стиле, что и бар. С деревянным полом, скрипучими дверями и старыми винтажными фотографиями на стенах.
  Алессандро провел нас по коридорам, пока мы не достигли конца второго этажа. Он остановился у старой двери с тяжелым золотым замком.
  "Все в порядке?" Я спросила.
  Он не ответил.
  «Алессандро, что за этой дверью?»
  Он посмотрел на меня, сжав губы. «Ты не можешь никому рассказывать о том, что я показываю тебе сегодня».
  В моем животе шевельнулось предвкушение. "Ой?"
  «Я серьезно, София», - предупредил он. «Это самая большая тайна Наряда. Если бы мой дедушка узнал, что ты знаешь, он убил бы тебя ».
  - Тогда зачем тебе показать это мне?
 
  Алессандро не выглядел так, будто знал ответ на этот вопрос. Вместо этого он просто вынул ключ и отпер дверь. Прежде чем открыть его, он тихо постучал.
  Я собиралась спросить, почему, когда дверь распахнулась и передо мной оказалась незнакомая женщина. На ней были синие скрабы, ее грязные светлые волосы были стянуты низко, в хвост.
  Это где мы держали женщин-заключенных? Эта мысль заставила меня напрячься.
  В тот момент, когда женщина увидела нас с Алессандро, ее глаза расширились.
  «Сэр, я не знала, что вы приедете. Она только что села за пианино.
  «Спасибо, мисс Спейрс». Алессандро жестом пригласил меня войти в комнату, но мое внимание сосредоточилось на медсестре.
  " Спейрс? » Я спросила. «Как в Элизабет Спирс?»
  Она моргнула. «Да, мэм, это я».
  Было бы ужасно спросить ее, почему она не была заперта с Неро, наводящим на нее ужас? Я решила, что это так, поэтому просто улыбнулась ей и вошла в комнату.
  Меня встретила маленькая квартирка. С современной мини-кухней, винтажными зелеными диванами и старыми мерцающими лампами. В дальнем конце комнаты был небольшой круглый альков, а под окнами стоял большой рояль.
  Старая хрупкая фигура склонилась над клавишами, нажимая на элегантную мелодию.
  Я подошла ближе. На фигуре был старый розовый халат, бигуди в седых волосах и маленькие тапочки на ногах. Она была повернута ко мне спиной, так что я не могла видеть ее лица, но при виде ее во мне нахлынуло ужасное знакомое чувство.
  «Нонна, - сказал Алессандро, - я ... привел кого-то на встречу с вами.
  Мелодия внезапно прекратилась. Очень медленно фигура повернулась и быстро моргнула, глядя на нас с Алессандро.
  Даже с морщинами и тяжелыми мешками под глазами я знала, кто она такая.
  Я впервые увидела ее над камином Дона Пьеро. «Ах, моя Николетта», - сказал он.
  Использовать, чтобы свести мою Николетту с ума - ну, еще более безумно.
  Я могу успокоить Николетту.
  Голос дона Пьеро кружился у меня в голове. Все те маленькие намеки и упоминания, которые я списала со счетов как оплакивающий свою жену мужчину. Когда действительно ...
  Передо мной сидела старая и очень живая Николетта Роккетти, жена Дона Пьеро и бабушка Алессандро.
  Старуха удивленно моргнула. «Пьерджоржио, - рассмеялась она высоким и резким голосом, - что ты здесь делаешь?»