Я вам не Сталин… Я хуже! Часть вторая: Генеральный апгрейд (СИ)

Ширпотреб!
И последнее – очень важно.
Ведь критически недостаточно платить тем же специалистам высокие зарплаты в бумажных рублях, чтоб стимулировать их на высокопроизводительный труд. В условиях, когда купить за деньги практически нечего, бумажные деньги даже бесполезнее почётных грамот и переходящих знамён…
Те, хоть на стену повесть можно!
А что с деревянными рублями делать?
Поэтому закупка в Соединённых Штатах одежды, обуви, часов всех видов, патефонов с «винилом», велосипедов и так далее - может дать эффект не меньший, чем закупка уже готового оружия.
Нарком госбезопасности закончил инструктаж и выжидаючи уставился на товарища Сталина.
Придя в себя от нависшей тишины и устремлённых на меня взглядов, я не торопясь встал и обратился ко всему составу «Великого посольства» с последним словом:
- Товарищи! Все мы люди и ничто человеческое нам не чуждо. Каждый из вас захочет привезти из командировки какие-то вещи себе или своим близким – тем более соблазнов в самой богатой стране мира будет с избытком.
- Мы с товарищами это всё заранее предусмотрели, поэтому в составе делегаций создана специальная группа, занимающаяся именно этим вопросом. Пишите заявление что именно вам и сколько надо и, адреса куда это выслать… В разумных пределах, конечно! И всё это будет приобретено за государственный счёт и через дипломатические каналы отправлено в Союз.
- Кроме того, за успешное выполнение задания правительства, предусмотрены вещевые премии… Вплоть до автомобиля!
Переждав восторженный гул, в весьма жёстком тоне заявляю:
- Но предупреждаю: несознательным лицам - замеченным в барахольстве в ущерб государственным интересам… Не поздоровится! И не поздоровится от слова «крепко».
***
После обеда поехал в Генеральный штаб ВС СССР. До вечера проработал с Бонч-Бруевичем и группой писателей во главе с написавшим ранее «Аэлиту» Толстым… Ээээ… По-моему - Алексеем и, к вечеру был практически «никакой» физически и со «сдвинутой» психологически «крышей».
Уже ближе к ночеру, вдруг вспомнив перед отъездом домой:
- А что там у нас с планом «Продолженной Советско-финской войны», Дмитрий Михайлович?
Тот подозрительно сверкнув «стёклышками», вынул из сейфа и положил передо мной папочку с грифом «Совершенно секретно»:
- Вот – предварительные, но хорошо проработанные наброски с выкладками.
Потирая руки, в предвкушении открываю:
- Ну-ка, ну-ка поглядим, что Вы там напланировали…
Бегло читаю и, вдруг кровь бросается мне в лицо. Захлопнув папку, схватив, вскочив - в бешенстве, с размаха хлопаю ею об стол - так что страницы разлетелись по всему кабинету:
- Вы опять за своё, товарищ маршал Советского Союза?! Спятили на старость лет? Что за бред? Что за стариковско-ребятническая фантазия? Вам напомнить, что у нас на кону? Вы понимаете, чем для нас это может кончиться? Или, Вы ни хрена не понимаете?
Тот, собирая по кабинету разлетевшиеся листки с таблицами, графиками и схемами местности:
- Всё понимаю, всё помню, ничего напоминать не надо…
- Раз всё понимаете, товарищ Бонч-Бруевич, уймите ваш улётный маразм и разработайте нормальный – реалистичный… Понимаете? По слогам: реа-лис-тич-ный(!) план «Продолженной Советско-финской войны». Или, Вы из-за своей забойной хроноаборигентской отстойности - не понимаете, что такое «реалистичность»?
- Да всё я понимаю, товарищ Сталин… Успокойтесь!
Бурчу, остывая:
- Успокоишься тут с вами… Нет, я Вас понимаю: хотите остаться в истории мира, как величайший полководец всех времён и народов… Понимаю, одобряю и даже готов всемерно содействовать. Но всё же надо знать меру!
Собрав листки в папку, а последнюю спрятав обратно в сейф, Бонч-Бруевич уставился на меня через пенсне:
- Иосиф Виссарионович!
Мне было страшно стыдно от своей поведения, поэтому я не поднимая на него глаз:
 
- Аз езмь.
- А что если этот, как Вы выражаетесь – «стариковско-ребятнический план», доработать как резервный?
Ну слава Марксу – вроде не обиделся старикан, помнящий живым ещё Брусилова!
Шутливо грожу пальчиком:
- Ой, не хитрите – ибо, я Вас – хроноаборигенов, насквозь вижу и всякую вашу хитрость - разоблачаю ещё на стадии смелых замыслов.
- Нет, я серьёзно? Вдруг, если вашими словами – «что-то пойдёт не так».
- Если «что-то пойдёт не так», нам с вами придётся не фантазировать – а линять куда подальше. Я например, в Туруханск поеду – меня там все знают, вплоть до последней ездовой собаки… А Вы куда?
Тот, не приняв шутливый тон игры, гнёт свою линию:
- Ну, или как ложный план - подбросив который, как Вы говорите – «финникам», мы отвлечём их внимание от истинного плана?
Коротко хохотнув:
- Дураков ищите, Дмитрий Михайлович? Финны – парни лоховатые, согласен… Но не до такой же степени!
- Ну, а вдруг поверят? Тем более, что мы предпримем для этого кое-какие меры…
- Это, какие же?
В двух словах объясняет и, я задумываюсь:
«Ну а чем Зиновьев не шутит, когда Ленин в шалаше спит»?
Нехотя, как будто с натугой из себя выдавливая:
- Ну, что ж… Даю этому вашему плану «добро» как отвлекающему…
Бонч-Бруевич перебив, продолжил:
- …И резервному.
Попробовав испепелить его взглядом и потерпев фиаско, нехотя кивнул:
- И резервному. Так сказать План «Б».
Затем:
- У нас в будущем, говорят: «Как вы яхту назовёте – так она и поплывёт!». Название уже придумали, Дмитрий Михайлович?
Тот, озадаченно чешет стариковскую плешь и виновато:
- Эээ… Признаться, даже не задумывался.
Вздыхаю тяжко:
- Всё, буквально всё за Вас приходится делать! Даже названия вашим улётным фантазиям придумывать. И угораздило же меня к вам попасть… Итак, назовём резервный план операции по разгрому Финляндии… Ээээ…
Посмотрев минуту на потолок, выдаю:
- Операция «Шок и тремор».
КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ. ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…
Notes
[
←1
]
Послевоенные ответы генералов Советской Армии "комиссии Покровского" на волновавшие Сталина вопросы начала войны.
 https://dzen.ru/a/ZL1yUDV5ixphbDy_
[
←2
]
Характерный случай произошёл произошел в Прибалтике 10 апреля 1941 г. В этот день была предпринята попытка перехвата неопознанного самолета, вторгнувшегося в воздушное пространство СССР на большой высоте. С одного из каунасских аэродромов поднялось звено новейших истребителей «МиГ-3» из 31-го истребительного авиаполка 8-й смешанной авиадивизии. На аэродром в Каунасе вернулся только один из них, пилотировавшийся младшим лейтенантом Акимовым. Летчик Аксютин приземлился на парашюте, а младший лейтенант Евтушенко разбился в катастрофе. Все три «МиГа» из-за резких маневров на большой высоте и малых скоростях свалились в штопор, из которого благополучно вывел свой самолет только Акимов. Видимо, сказался недостаточный опыт пилотирования новой машины. Погибший летчик Евтушенко на «МиГ-3» не летал вовсе, а на «МиГ-1» выполнил 13 полетов по кругу, не поднимаясь выше 5 тыс. метров.
[
←3
]
Дэвис Джозеф Эдвард (1876-1958). Государственный и политический деятель США, дипломат. В 1913-1915 гг. — правительственный комиссар по наблюдению за деятельностью корпораций, в 1915-1918 гг.— председатель и вице-председатель федеральной торговой комиссии. Во время Парижской мирной конференции 1919 г.— консультант президента Вильсона по экономическим вопросам. В августе 1936 г. был назначен послом в СССР. Способствовал успешному завершению переговоров о торговом соглашении между СССР и США. С 1938 г. — посол США в Бельгии и посланник в Люксембурге, с 1940 г.—-специальный помощник государственного секретаря. В ноябре 1940 Дэвис в соответствии с его желанием был освобождён от работы в государственном департаменте.