Я вам не Сталин… Я хуже! Часть вторая: Генеральный апгрейд (СИ)

- Товарищи! Ставке Верховного Главнокомандования и Генеральному штабу Вооружённых Сил СССР позарез нужны свои «глаза»: высотный самолёт-разведчик - способный часами «висеть» в воздухе и телевизионным способом передавать разведсведения в режиме «он-лайн» в виде фотоснимков…
Я предпочитаю прогнуть под себя этот мир, чем самому под него прогнуться. Поэтому, пусть привыкают к моим словечкам и терминам – не круглые дураки же в конце-концов.
- …Кроме этого, он должен быть ретранслятором радиосвязи между Генеральным штабом и любым соединением Вооружённых сил вплоть до дивизии или даже полка.
Сама идея понятна, да?
Хочу получать фотоснимки, в первую очередь подтверждающую правдивость сообщений «с мест» и иметь возможность напрямую пообщаться с каждым командиром – желательно уровня командира дивизии и полка, что иметь информацию «из первых уст». А то мнится мне, что в «реальной истории», Реципиента зачастую самым наглым образом наё…
Обманывали.
Идея, конечно, просто замечательная.
Но реализуемая ли она, при тогдашнем развитии технологий?
Сам изрядно сомневаюсь, но попробовать надо – оно того стоит.
- Руководителем проекта назначается Командир «Особой авиационной группы при Генштабе ВС СССР» - генерал-майор Ивашутин. Куратором со стороны правительства – Начальник «Главного промышленно-экономического отдела при Совнаркоме СССР» (ГПЭО СНК СССР) товарищ Кобулов. Для его выполнения создаются три рабочие группы…
Затем, представляю вышеназванным товарищам других присутствующих на совещании лиц:
- Авиационная группа – товарищи Петляков и Незваль. Им поручается сперва переделать в самолёт стратегической разведки четыре имеющихся в наличии ТБ-7 с центральным нагнетателем. Затем, на основе его же (другого у нас нет!) разработать специальный стратегический разведчик… Эээ… Так и назовём: РД-7 «Стратег» - с увеличенным до 12-13 километров потолком и запасом топлива на 8-12 часов. Больше можно – меньше нет!
Главный инженер Казанского авиазавода Незваль встаёт, и:
- Товарищ Сталин! У нас нет надёжных двигателей. Не налажено производство центрального нагнетателя…
Прерываю:
- Это теперь не ваша забота, а товарища Кобулова! Двигатели АМ-35А будут производиться эксклюзивно – с лабораторной подгонкой-регулировкой, нагнетатели делать заставим. Тем более, таких летающих «четырёхмоторых глаз» нам много не надо: заказ на этот года – всего тридцать машин.
Затем перечисляю лётно-технические требования к «Стратегу»:
- Скорость не важна, стрелковое вооружение не требуется: защита самолёта – высота. Важнейшее требование: просторная, удобная, герметичная кабина-салон. Чтоб хоть телескопы туда ставь для наблюдения за землёй! Фотооборудование с высокой разрешительной способностью, бортовая фотолаборатория для проявки плёнки…
Перевожу взгляд с Незваля на другого человека:
- Руководитель фототелевизионной группы – товарищ Расплетин. За ним - телеаппаратура для передачи изображений на наземный командный пункт.
Спрашиваю:
- Ведь в вашей лаборатории ведутся такие опыты? И как мне сообщили – есть достаточно впечатляющие результаты?
Александр Андреевич отвечает твёрдо, не задумываясь:
- Да, товарищ Сталин! Такие эксперименты проводились: местность фотографировали с самолёта, плёнку прямо на борту самолета проявляли, ускоренно сушили спиртом и с помощью телепередатчика изображение передавали на землю. А различные фотографии и другие изображения использовались в качестве теста при настройке аппаратуры и проверке её на земле…
Помолчав, негромко произнёс:
- Дальность передачи пока не велика.
- Ничего! «Грозотметчик» Попова тоже не блистал дальностью приёма. Тем более, мы постараемся приобрести в самое ближайшее американскую телевизионную аппаратуру. Если Вы подскажите, конечно, какую именно.
На этот вид техники, никакого «Морального эмбарго» наши будущие союзники по Антигитлеровской коалиции, пока не вводили.
 
Тот оживившись:
- Конечно подскажу, товарищ Сталин!
Представляю руководителя третьей научно-исследовательской группы:
- За товарищем Асеевым, устройство ретрансляции радиосвязи между Генеральным штабом и воинскими соединениями Действующей армии…
Советский конструктор военной радиотехники Борис Павлович Асеев, ныне занимает должность главного инженера радиоуправления Наркомата связи.
Во время «реальной» Великой отечественной войны, он прославился тем, что в очень короткий срок разработать устройство, которое бы позволило настраивать с большой точностью мощный советский передатчик на волну радиовещательной станции Германии.
И главное, вклиниваться в паузы в немецком вещании.
В основе устройства - электромеханическое реле. Оно позволяло согласовывать колебания в двух контурах с точностью до фазы. Радиостанции с таким реле могли перехватить практически любую волну. И вещать вместо нее - на этой же частоте.
Командующий авиацией дальнего действия СССР Александр Голованов получил приказ установить аппаратуру от Асеева на бомбардировщик дальней авиации Ил-4, который ночью пересекал линию фронта и вклиниваясь между речами Геббельса, вёл контрпропаганду голосом Левитана:
«Каждые семь секунд в России погибает один немецкий солдат. Пока говорил Геббельс, в России погибло не меньше 170 солдат немецкой армии. Среди них мог оказаться твой муж, брат, сын. Долой гитлеровскую войну!».
- …Я уверен, что он справится. Тем более он не один, а за ним – весь аппарат Главного радиоуправления Наркомата связи СССР.
Тот, подкрепил мою уверенность, заявив:
- Конечно, справимся, товарищ Сталин!
Дав команду разойтись, с немалым облегчением думаю, планирую:
«Ну… С «кадрами» процесс пошёл, с «заклёпками» дело с места двинулось. Осталось что? Совсем ничего: проводить «Большое посольство» да начинать готовиться к войне. Пока к Продолженной советско-финской, а потом… Как знать, возможно Великой отечественной и не случится!».
Как знать…
Послесловие к второй части. 
Маршал авиации Голованов А.Е.: 
«У Сталина была какая-то удивительная способность находить слабые места в любом деле. Слово… (Сталина) было нерушимо. Обсудив с ним тот или иной вопрос, вы смело выполняли порученное дело. Никому и в голову не могло прийти, что ему потом скажут: мол, ты не так понял. А решались, как известно, вопросы огромной важности. Словесно же, то есть в устной форме, отдавались распоряжения о боевых вылетах, объектах бомбометания, боевых порядках и так далее, которые потом оформлялись боевыми приказами. И я не помню случая, чтобы кто-то что-то перепутал или выполнил не так, как нужно. Ответственность за поручаемое дело была столь высока, что четкость и точность исполнения были обеспечены…».
Дэвис Дж. Эд. «Дневник доверенного лица президента Рузвельта»: 
«Лично я не считаю, что в ближайшие годы миру угрожает реальная опасность со стороны коммунизма. Коммунизм попросту не сработает. Он даже здесь не работает. Это правительство – не коммунизм. Это социализм. Причем видоизмененный социализм, который вынуждают все больше и больше исповедовать методы капитализма и индивидуализма, чтобы заставить эту махину работать».
Ф. Чуев «Сто сорок бесед с Молотовым»:
«В.М. Молотов рассказывал мне, как на заседание в Кремле явился Микулин и, вывалив из карманов на стол груду железок, заявил: «Погибнет вся авиация, если мы не будем применять в клапанах соли натрия!»