Я вам не Сталин… Я хуже! Часть вторая: Генеральный апгрейд (СИ)

Из указаний тов. Сталина члену Военного Совета Главного автобронетанкового управления Красной Армии - армейскому комиссару 2-го ранга Бирюкову Н. И. (Август 1942 г.):
«1. По недостаткам КВ. Нужно было сразу дать указание военпредам проверить коробки.
2. ГАБТУ не протестовало против увеличения веса танка КВ.
Сидят у вас невежды.
3. Вы должны добиваться, чтобы в каждой части танка были резервы мощности, запаса. Не допускать перенапряжения в отдельных частях танка.
4. Посмотреть военпреда Кировского завода — что он за человек.
5. Моральный авторитет танка KB расстрелян, и в этом ГАБТУ виновато».
Итак, вопрос с двигателями решили, решение по трансмиссии и КПП обоих танков приняли. Надеюсь, Федоренко не проканает за балабола и в мае месяце, на наших танках – массово появятся и перископические приборы конструкции польского инженера Рудольфа Гундляха, отчего они станут менее слепошарыми, чем были в «реальной истории»…
Дальнейший апгрейд пошёл легче.
Сразу же беру бычьё за рога:
- Производим только такую модернизацию, могущую - не только не снизить общий выпуск, а как бы даже не позволяющую его увеличить.
Первым делом, потребовал ликвидировать «как класс» на обоих танках «пассажира» - стрелка-радиста, то бишь.
Это я не с бухты-барахты вовсе, а руководствуясь воспоминаниями танкистов – ветеранов Великой Отечественной Войны из книги Драбкина А. Танкисты. «Мы погибали, сгорали…».
Конечно, не всегда «пассажир» был бесполезен как член экипажа:
«Реальную помощь стрелок-радист оказывал механику-водителю на марше, помогая переключать четырехступенчатую коробку передач ранних «Т-34». 
Это шибко жирно будет, чтоб специально для переключения передач держать в и, без того - крайне стеснённом пространстве отделения управления танка, лишнего члена экипажа. Тем более, что есть надежда в самом ближайшем будущем, раз и навсегда устранить этот дефект.
Ещё вот аргумент:
«Кроме того, поскольку руки у него заняты, я брал бумагу, сыпал туда самосад или махорку, заклеивал, раскуривал и вставлял ему в рот. Это была тоже моя обязанность».
Даже несмотря на то, что курить вредно – особенно в танке полным паров всякой гадости, всё это можно только приветствовать… Но вот с прямыми обязанностями, у стрелка не совсем гладко:
«Обзор ограниченный, а сектор обстрела из этого пулемета был еще меньше. Поэтому стрелял он только по указанию командира танка…».
Вопрос: в кого можно попасть - стреляя «по указанию»?
Если ты стреляешь не из шестидюймовой гаубицы, конечно?
Только в белый свет, как в копеечку!
Это, вполне подтверждают и результаты прошлогодних государственных испытаний:
«Стрельба с лобового пулемета совершенно неэффективна, так как стрелок-радист не имеет возможности вести прицельного огня».
Так, нафуя?!
Нефуй!
Опять же: я намерен людей беречь…
А из всего экипажа «Т-34» в виду отсутствия отдельного люка, гибли чаще всего именно стрелки-радисты:
«Они находятся в самом невыгодном положении. Слева механик его не пускает, сверху заряжающий или командир». 
У тяжёлого танка «КВ» всё ещё смешнее: там не имеет собственного люка уже механик-водитель. И в случае «форс-мажора» - вынужденный использовать люк стрелка-радиста, сидящего по левую руку…
А если тот убит?
На покидание танка в случае воспламенения, даётся где-то восемь секунд – после чего в нём рванёт боекомплект…
Успеет мехвод вытащить труп стрелка, а потом выбраться сам?
Или сгорит живьём?
Если он сам ранен, даже легко – то однозначно сгорит…
Не случайно в конце войны, на линейных танках «Т-34-85» фронтовой экипаж состоял из четырех человек:
«У командира танка в экипаже нет стрелка-радиста. Пятый член экипажа появляется у командира взвода и выше вплоть до командира бригады».
 
Вот и будем следовать боевому опыту предков!
И это уже не говоря о том, что ликвидируется одно из самых уязвимых мест обоих танков – шаровая установка («яблоко») пулемёта «ДТ».
А как же исполнение обязанностей радиста, спросите?
Тоже не беда:
«Работали, как правило, на одной-двух волнах. Схема связи была простейшая, с ней справится любой член экипажа…».  
«На «Т-34-76» радист часто переключал с внутренней на внешнюю связь, но только когда командир слабо подготовлен. А если толковый командир, он никогда управление не отдавал – сам переключался, когда нужно…».
Ну а на командирских танках (от командира роты и выше), где за счёт уменьшения боекомплекта будет установлено две радиостанции – можно посадить и «профессионального» радиста, в случае необходимости исполняющего обязанности заряжающего.
Кроме этого, приказываю:
- Убрать все амбразуры для стрельбы из личного оружия: если пехота подошла к неподвижному танку на пистолетный выстрел – ему в любом случае кирдык!
- Убрать «ворошиловский пулемёт» с кормы башни «КВ»: это - пятое колесо у телеги.
Затем спрашиваю у представителей обоих заводов:
- Товарищи конструкторы! Как вы считает: затруднят эти мои предложения валовый выпуск танков? Или, наоборот – облегчат его?
Те, не сговариваясь:
-       Облегчат товарищ Сталин!
Ну ещё бы: меньше дырок придётся в 45-мм и 75-ти миллиметровой броне сверлить. А потом варить-приваривать в эти «дырки» разные прибамбасы.
Обращаюсь к директору Кировского завода:
- Товарищ Зальцман! Компенсирует ли эти меры, трудозатраты на предполагаемую установку на «КВ» командирской башенки, второго люка на башне для заряжающего и переделки люка мехвода?
- Думаю да, товарищ Сталин.
- Вот и замечательно.
У «КВ» командир сидит справа от орудия – сия особенность ему по наследству он «Т-28» досталась, где тот ещё и из пулемёта шмалял. Не стал требовать изменить, ибо кроме минусов имеются и плюсы. К примеру, командир нагнувшись - мог сказать «пару ласковых» сидящему посередине корпуса мехводу, что при том ещё «качестве» внутренних переговорных устройств танка - могло быто очень полезным.
Обращаюсь к залу:
- Товарищи танкисты! Каких улучшений танка «КВ», вы хотели бы в первую очередь?
С десяток голосов наперебой:
- Толщину брони надо увеличить!
Спрашиваю:
- На сколько?
Сам генерал-майор Лелюшенко, уверенно показывает «на пальцах»:
- До девяноста миллиметров.
Походив, поразмышляв и несколько склонив голову набок:
- Думаете, поможет?
- Товарищ Горемыкин ручается, что такую толщину бронебойные снаряды трёхдюймовки не берут.
«Так вот откуда «дровишки»!».
Именно с бронёй 90-мм и проектировался «КВ-3». А уже в ходе войны, методом экранировки, до такой толщины довели толщину брони серийных «КВ-1».
Не помогло…
Глянув в сторону Наркома боеприпасов, иронически хмыкаю:
- Он, видите ли «ручается»! А сам по моему приказу приступил к разработке бронебойных боеприпасов к 76-мм зенитке «образца 1938 года» и 85-мм «образца 1939». А те предположительно, будет «брать» такую «толщину» - уже с полутора тысяч метров.
Последний подал голос:
- Товарищ Сталин! Так это же – наши зенитки… Они в наши танки стрелять не будут.
По залу прокатился одобрительный смешок.
Нацелившись в Горемыкина указательным пальцем, глаголю:
- На войне лучше самому быть идиотом, чем считать за дурака противника. А германец – противник очень и очень серьёзный и, он уже имеет в своём арсенале что-то даже поубойнее, чем «наша зенитка».