Список секс-желаний (ЛП)

3. Ава
4. Коннор
5.
6. Я оставляю номер 5 пустым на случай, если страх Коннора перед младшим братом или сестрой сбудется.
7. Дом для нас, чтобы мы могли создавать свои собственные воспоминания.
8. Я действительно хочу собаку. Большую собаку.
9. Пункт для тебя, чтобы составить еще один секс-список!
10. Чтобы ты стала моей женой.
Я наблюдаю, как ее глаза просматривают страницу, мягкая улыбка играет на ее полных розовых губах. Я думаю, она считает милым, что я составил список, что я пытаюсь говорить на ее языке. Я точно знаю, в какую секунду она добирается до номера 5. Раз или два она намекала на то, что у нас с ней будет ребенок, по-видимому, не в силах поверить, что я доволен только ею и детьми. Но это так. Тем не менее, я оставил вопрос открытым, на всякий случай.
Пункт 7 может стать камнем преткновения. Она любит свой дом. Ей нравится рассказывать мне, где каждый ребенок сделал свой первый шаг, кто где пролил кровь, где именно ей нравится рождественская елка. Все это хорошо, но Райан каким-то образом вовлечен в каждое из этих воспоминаний. Дело не в том, что мне это угрожает. Я просто думаю, что для всех было бы лучше начать все сначала. У меня нет никакого желания занимать его место, если я когда-нибудь перееду к ней.
Она продолжает читать, и у нее перехватывает дыхание, совсем как перед тем, как она кончит. Номер 10! Судя по выражению ее лица, она совершенно застигнута врасплох. Она протягивает руку, хватая свои очки. Я не уверен, что симпатичнее — она в этих озорных черных очках, похожих на секретаршу, или то, что она думает, что, возможно, неправильно прочитала список.
Она опускает мой список к себе на колени, ее глаза поднимаются на мои. Я знаю этот взгляд. Я уже видел это у нее раньше. Она будет припираться со мной, но я собираюсь победить. Ей просто нужно все хорошенько обдумать. Так что я поговорю с ней об этом. И если все остальное не сработает, я могу трахнуть ее, чтобы она увидела это по-своему. Может быть, мне стоит начать с этого?
Я потратил так много времени до и во время наших отношений, позволяя ей задавать темп. Это не было для меня естественным. Обычно я добиваюсь того, чего хочу, пока не получу это, но не с Эмерсон. Мне потребовалась каждая унция тренировок, чтобы набраться терпения и дождаться своего выстрела, пока она не будет готова.
На этом пути было несколько стартов и остановок. Но это был единственный путь. Потому что в этом были замешаны еще три человека, люди, которые значат для нее все.
Продажа авиакомпании завершится через несколько месяцев, и я переезжаю в Саванну. Я уже дважды слушал выступление Эмерсон о том, почему мы не можем жить вместе, и я это понимаю. Но это то, чего я хотел с самого первого дня, так что пришло время воплотить это в жизнь.
Я опускаюсь на одно колено, все еще совершенно голый.
— Эмерсон, ты вый...
Она вскакивает и начинает говорить очень быстро, перебивая меня, поднимая темы, которые мы уже обсуждали раньше: должна ли она аннулировать брак, иметь другую фамилию, чем у ее детей, интересно, что почувствуют мои родители, если мы не обвенчаемся в церкви. Все это обоснованные опасения, о которых она говорит, но я уверен, что все получится.
Она набрасывает футболку через голову, из-за чего мне трудно понять, что она говорит. В конце концов, ей приходится притормозить и перевести дух.
— Это было запланировано? Знают ли мои дети? У тебя есть кольцо?
— Ты видишь список. Так что да, это было запланировано. Дети не знают. Я надеюсь, что мы расскажем им все вместе. И да, у меня есть кольцо.
Ее глаза бегают по сторонам.
— Где?
— Сначала скажи «да», — говорю я, поднимаясь на ноги.
Ее улыбка доходит до самых глаз.
— Ты не покажешь мне кольцо, пока я не скажу «да»?
— Верно.
Я оставляю легкий поцелуй на ее плече и жду. Это то, что я делаю с ней.
Ее глаза закрываются, когда она качает головой, глядя на себя.
— Я должна прыгать вверх и вниз от счастья? Боже, я уверена, что все будет не так, как ты себе представлял.
 
— Я знал, что все будет именно так.
— Коннор, — шепчет она.
— Ему придется поговорить со мной, если мы все будем жить под одной крышей, — шучу я, хотя это не смешно.
Этот парень — крепкий орешек. Ава приходит в себя все больше и больше, и мы с Джейкобом стали очень близки. Я не считаю себя их отцом, что, я думаю, помогает всем нам. Моя роль — любить и поддерживать их мать. Как только Ава и Джейкоб поняли это, все пошло довольно гладко.
Коннор — это совсем другая история. За последние несколько месяцев он едва ли сказал мне дюжину слов. Это разрывает Эмерсон на части. Мы начали ужинать с детьми раз в неделю, надеясь, что все наладится, но Коннор просто ест, и ничего больше. Он больше не грубит. Он ответит, если я поговорю с ним, но это все. На самом деле он никогда не смеется и не улыбается ни со мной, ни с кем-либо еще. Если я пытаюсь предложить ему что-то, он отказывается.
Я также начал ходить на некоторые детские мероприятия, но это имело неприятные последствия. Райан отказался сидеть рядом с нами. Конечно, Коннор увидел это и понял, что это означает, что его отца выгоняют. Однажды я пыталась поговорить об этом с Райаном, но это ни к чему не привело. Он больше не доставляет проблем Эмерсон, но и помогать тоже не собирается. Не то чтобы я ожидал от него этого.
Я сажаю Эмерсон к себе на колени на кровати.
— Номер 8 поможет завоевать Коннора.
— Ты хочешь подкупить моего ребенка, чтобы он полюбил тебя? — Она закатывает на меня глаза. — Хорошая попытка. Никаких собак.
Я беру ее за руку.
— Я не хочу ждать. — Ее идеальные розовые губы приоткрываются, и я знаю, что сейчас услышу множество оправданий. — Детка, я ждал тебя годами. С того момента, как ты наняла меня охранять Лейлу. — Ее рот закрывается. — Ты знаешь, что я чуть было не отказался от этой работы?
— Нет, ты никогда не говорил мне об этом.
— Я знал, что буду отвлекаться, если ты будешь рядом. Я знал, что не смогу выполнять свою работу. — Она смотрит вниз, улыбаясь, ее кожа порозовела. — То же самое, когда Гейдж попросил меня прийти работать в авиакомпанию на полный рабочий день. В течение нескольких месяцев ты приходила и уходила, окруженная этой стеной. Ты сняла обручальное кольцо, но атмосфера, которую ты излучала, говорила о том, что ты была очень закрыта. Думаю, что впервые заметил разницу в тот день в лифте, когда ты столкнулась со мной. Помнишь это?
— Да.
— Но мой член был таким чертовски твердым, что я не мог быть уверен.
Она игриво толкает меня локтем в бок.
— Этого не было!
— В следующий раз я увидел тебя возле офиса Поппи.
— В тот день ты был очень настойчив, — говорит Эмерсон.
— И ты выскочила из офиса. Я решил, что все испортил.
— Я сбежала не из-за тебя.
Я мог бы надавить на нее о том, что произошло в тот день. Видит Бог, я достаточно проклинал себя за это, но если бы она захотела рассказать мне, она бы это сделала. На данный момент мне действительно все равно, и я пытаюсь двигаться вперед вместе с ней, а не застревать в этой маленькой прогулке по переулку воспоминаний.
— Тогда ты повредила ногу.
— И ты нашел мой список! И вообще, зачем ты рылся в моем кабинете?
— После того, как мы провели время на лестнице, я должен был пригласить тебя на свидание. Я пришел к тебе в офис, чтобы сделать это. Представь себе мое удивление, когда я увидел, что этот список просто лежит там.
— Думаю, ты почувствовал что-то еще, кроме удивления.
— Я был рад, что ничего не было отмечено, — говорю я, — а также расстроен, потому что знал, что ты все еще не готова к тому, чего я хотел.
— Я не припомню, чтобы ты жаловался, — флиртует она.
— Я действительно жаловался. Тебя просто никогда не было рядом, чтобы услышать это, — говорю я. — Помнишь ту ночь, когда ты, Лейла и Поппи собирались куда-то пойти, и я зашел к тебе домой, когда ты с девочками уходила? Я жаловался своему скотчу весь полет домой.