Сын маминой подруги (СИ)
- Правда? И что, очень выгодно?
- Невероятно, - отмахнулся Венчиков, вздыхая. – У участников потом отбоя нет от рекламных контрактов, а ваши повара точно станут предметом обсуждения во всех социальных сетях, едва появится видео. За них будут болеть, им будут аплодировать. Мы с же с вами умные люди, - Апполон вздохнул и сдул зеленую челку, произнеся нормальны тоном:
- Телешоу о поварах – это как Евровидение не про пение. Тут важна динамика и изюминка в парах. Хотя готовить тоже надо уметь.
Канарейкин перевел взгляд на вздохнувшую Киру, которая закатила глаза.
- Паша, не вздумай, - пригрозила, но бесполезно. Ее муж уже почуял выгоду, кивнул помощнице Апполона, потянув режиссера в сторону своего кабинета, мурлыча:
- Итак, Поля, ничего если тебя так звать буду, да? Расскажи-ка о финансовых выгодах, что сулит участие моего ресторана в вашем балага… телешоу. Сейчас позвоним юристам, обсудим контракт…
- О, тут главное сандальный скандал, Павел. И мне нравится ваша хватка, вы такой деловой человек!
- Денежки – основа мироздания. Люблю денежки.
- Как Боженька молвил, господин Канарейкин.
Глава 12 - Дорогая, я продал детей
После погрома на кухне и «скандального» скандала, пришлось убираться еще пару часов. За это время если не все гости, то большая их часть успела насладиться телешоу «Идиоты на кухне» практически в онлайн-трансляции в первых рядах. Так себе слава, но Елисею выбирать не приходилось. Он даже мысленно посчитал, что подобная выходка Алисы пошла им на пользу: едва видео попало в сеть, оно тут же стало вирусным.
- Это великолепно! Прекрасно! – то и дело вскрикивал Апполон, мечась от сидящих в креслах Алисы с Елисеем до Павла, с удобством устроившегося на своем рабочем месте. Улыбка напоминала акулий оскал. Едва ему на планшет пришло письмо с предварительным черновиком контракта, как он тут же отмел все попытки извинения от сына и выдохнул:
- Отлично! Всегда знал, что дети – это выгодно. Вложение в будущее, перспективы на настоящее. Молодец сын, папа очень доволен, - он даже чаю хлебнул с шиповником, блаженно прикрыв глаза.
- Ох, мне так нравится ваша семья, - радостно защебетал Венчиков, захлопав в ладоши, пока главные актеры этого цирка молчали. – Прямо смотрю и не нарадуюсь.
- Отлично, вот и радуйтесь где-нибудь не тут, - буркнул с дивана Татошка.
- Тебя никто не спрашивал, первый на очереди на вычеркивание из завещания, - отбрил тут же Паша, махнув в сторону среднего сына рукой. Затем горестно вздохнул и печально покосился на притихшего Венчикова. – Видите? Они совершенно неуправляемы!
- Сказал самый большой мизантроп на земле. А мы ему виноваты, - буркнул Елисей, сползая под взором отца по сиденью в кресле, делая вид, что он вообще мебель. В кабинет тихонько прокралась Саша, все еще боязливо косясь на стоящую у окна Киру. Супруга Павла задумчиво разглядывала карамельный маникюр и подтачивала ногти, с ленцой проговорив:
- Кенар?
- Да, львеночек? – тут же мурлыкнул муж, повернувшись в ее сторону и заулыбался ещё радостнее.
- Ничего, живи, - потянула снова, на что его дети захихикали тихо под непонимающими взорами. А потом добавила еще мрачнее, едва Саша звякнула ложкой и неловко улыбнулась Павлу. – Пока что.
Когда все дела были улажены, обговорены сроки, а Елисея и Алису пригласили на съемки уже через три недели после масштабной рекламной компании, двери за Венчиковым и его командой закрылись. Личная помощница Канарейкина исчезла практически сразу, едва за гостями закрылась дверь и в кабинете наступила тишина. Антон развалился на диване, отстреливал лягушек на экране планшета. Кира же пройдя к Павлу, остановилась рядом, уперев руку в бок и оглядела все еще перепачканных Елисея с Алисой, чьи волосы уже слиплись от грязи.
- Выглядите так, будто из вас пытались сделать торт, - хмыкнула она весело, оказавшись совсем близко к мужу, притянутой им самим и пересаженной в его кресло, пока сам Кенар остался стоять.
- Мне все еще интересно, почему ты промолчал, - проговорил Паша, сунув руку в карман брюк и задумчиво отпил чаю. – Впрочем, убивать я тебя передумал.
- Да, пап, щедрость такая, право слово, не знаю, что сказать, - приложил ладонь к груди Елисей. Поднимаясь и с отвращением стряхивая крошки еды с рубашки. Он схватил молчавшую доселе Алису за руку, потянув и вынуждая встать с кресла. – Мы пошли. Надо переодеться и закончить смену.
- Заняться бурным сексом в кладовке с колбасой! – поднял вверх кулак Антон, не отрываясь от игры. Где-то там в предсмертных муках квакнула отстреленная лягушка.
- Можно я выкину его в окно? – улыбнулся мило Елисей, повернувшись к родителям, сжимая запястье Алисы.
- Нет, - хором ответили те.
- Понял, Лиса? Твой младший брат – твоя кровиночка. Нельзя так с родной кровью, - задрал нос Антон, отрываясь от крана и улыбнувшись широко.
- Продам тебя в Турцию на Ибэе, - фыркнул Паша, - должен же быть от тебя хоть какой-то толк.
Антон прекратил улыбаться. А Алиса скромно кашлянула, прерывая назревающий конфликт.
- Простите, так можно мы пойдем? – вздохнула, дернув рукой. Раз, другой, потом еще незаметно пнула замечтавшегося Канарейкина-младшего в лодыжку, отчего тот зашипел возмущенно.
- С ума сошла?!
- Хватит мечтать о том, как твоего брата продают в гарем!
- Ни о чем таком не думал, глупости, - фыркнул Лиса, двинувшись на выход.
- Спасибо, бро, - буркнул ему вслед Антон и покосился на отца. – Вот, брат родной, и то меня больше любит!
-… просто думал, что в гарем с его рожей – это стыдобища. Он у нас в семье самый страшненький, ему только на галеры, - язвительно добавил Елисей, выдержав паузу. А затем сорвался с места, едва Татошка подскочил с дивана, рявкнув:
- Че сказал?!
Грешно смеяться, но Алиса не могла остановиться всю дорогу. Пока они неслись до служебных помещений. От разъярённого Антона их спасли родители и многочисленные гости ресторана. Уже будучи внутри, они прислонились к двери на кухне, пытаясь перевести дыхание, и Ежова покачала головой.
- В вашей семье – все ненормальные!
- Да-а-а, - закивал Лиса, улыбнувшись. – Но зато счастливые.
Поспорить было нельзя, потому она только улыбнулась в ответ, заявив, что идет переодеваться. Уже стоя под теплыми струями, Алиса думала о том, как ей повезло, что все закончилось благополучно. Все решили, в том числе и Елисей, что скандал она устроила намеренно. «Попыталась взять ситуацию в руки и начала репетицию раньше», - этим объяснила свой внезапный порыв. Не пришлось отвечать, ни за едва не вылетевшее признание в любви к Канарейкину, ни за последующие сказанные слова.
Поверил, и ладно.
Она твердо решила, что это шоу и ситуация в целом как нельзя лучше поможет ей справиться с безответной любовью. В конце концов, она поймет, что надо жить дальше и сможет с ней распрощаться. Или хотя бы получит еще немного времени, прежде, чем Елисей вновь вздумает на ком-нибудь жениться. И уже по-настоящему.
- А мне-то что делать? – вздохнула сама себе, стирая конденсат с зеркала и поправляя влажные волосы.
Мгновенная сушка и стирка вещей сработала на ура. Всего двадцать минут в машинке, и ее форма была, как новенькая. Еще один из плюсов жизни в будущем. Завернувшись в полотенце, девушка скользнула было наружу, когда услышала шаги и непроизвольно отшатнулась, спрятавшись в одной из кабинок, едва раздались голоса.
- Ты думаешь Елисей Павлович правда жениться на той красотке?
Официантка Ангелина подошла к одной из стиральных машинок, бросив туда испорченную чем-то красным блузку. Рядом с ней стояла Ирина, младший менеджер, отслеживая что-то на планшете, и тяжело вздыхала.
- Подруга, забудь. У тебя никаких шансов, - фыркнула она, а сердце Алисы забилось чаще. – Ты видела его бабу? Вот на таких женятся подобные парни! Я уж не говорю о том, что у Алиски никакой возможно ему понравится. Девчонка его взглядом пожирала всю жизнь, а он даже ухом не ведет.