Под крылом у демона (СИ)

Волей-неволей, но все присутствовавшие в зале сравнили лапу с тем ранением, что осталось на крыле Даера. Он же в свою очередь воодушевился и, улучив момент, благодарно кивнул гоблинам.
— Чучело? — на секунду задумался Линус. — Почему бы и нет.
Он бы не отказался, чтобы в тронном зале висело доказательство его славной победы.
— Так возьмите подарок, — настаивал Грем. — Или кишка тонка?
— Я убил чудовище, чего мне бояться его дохлой лапы? — фыркнул Линус и победоносно осмотрел замершую толпу. — Вот только не хочется портить парадный камзол.
Сказав это, он оправил кружевные манжеты и кивнул мальчику-пажу, чтобы тот забрал подношение.
— Дело только в одежде? — засомневался Грем. — Тот, кто способен убить монстра, не боится испачкаться. Но раз ты трусишь, может быть, господин Даер примет лапу?
  
Глава 56
 
Взволнованный шепоток прокатился по залу. Люди сомневались в нем, Линус чувствовал это. Нерешительными, осторожными шагами он приблизился к лапе. И, сложив руки на груди, принялся осматривать ее, тщетно пытаясь придать своему побледневшему сильнее обычного лицу безмятежное выражение.
Грэм усмехнулся.
— Многие знали о волшебных свойствах рога, но досконально монстра изучил только наш господин. Даер смог его усыпить, а после и прикончить.
— Это не он, это я, — упрямо повторил Линус, еще не чувствуя подвоха.
Гордыня и самонадеянность сослужили ему плохую службу. Кивнув, Грэм бросил отрубленную лапу в лжеца.
— Не только рог чудовища является сильным артефактом, — презрительно бросил гоблин,
— но и другие части тела. В том числе лапа. Она не так сильна, но все же... Тому, кто победил монстра, отрубленная конечность не причинит вреда. Но предателю и лжецу.
Линус отбросил от себя жутковатый «подарок». Но поздно. В том месте, где его тела коснулась лапа монстра, началось окаменение. С ужасом в глазах Линус наблюдал, как превращается в серый валун. Дикий крик вырвался из его глотки.
Зал ахнул, но никто не решился подойти и помочь Линусу. Напротив, люди отходили подальше, опасаясь, что чудовищная болезнь поразит и их.
Только Даер рванулся и разорвал сдерживавшие его ремни, словно травинки.
— Пустите! — приказал он стражникам. — Если не хотите, чтобы этот глупец погиб.
Воины расступились. С замиранием все наблюдали за тем, как демон, расправив крылья, заваливаясь на бок из-за ранения, подлетел к Линусу. Бесстрашно коснулся лапы убитого им монстра и, раскрошив ее в труху, освободил Линуса от проклятия. Зеленоватое пламя охватило его тело, особенно ярко горя в тех местах, где оно полностью окаменело. Но даже когда онемевшие губы зашевелились, Линус не произнес ни слов раскаяния, ни благодарности.
— Я помню это пламя! — выкрикнул Вирилад. — Именно такое, зеленое с разноцветными искрами, держало монстра, когда я подошел к нему с оружием. Это ты, Даер, я всегда верил в тебя. Ты настоящий герой!
Мальчик бросился к демону, но тот предупреждающе выставил руку:
— Осторожнее, сынок, ближайшие несколько свечей ко мне лучше не прикасаться, — он повернулся к гоблинам и с теплотой в голосе добавил: — Спасибо вам за роскошный дар. Но я надеюсь, что других частей монстра вы не сохранили.
— Мы сожгли его еще в тот день, когда вытащили вас из-под завалов, господин, — поклонился Грем. — Но, решив проверить, обнаружили эту часть. Та самая лапа, что принесла вам столько бед. Теперь она искупила свою вину.
Линус открыл было рот, чтобы что-то приказать, но Трион, Крамболь, Тильина, Мари, Самиранд и все, кто прежде поддерживал Линуса, обступили его со всех сторон.
— Ты врал нам, когда говорил, что жизни короля Вирилада ничто не угрожает. Лгал множество раз до этого. Больше мы не будем молчать, ты нас не заставишь. Ни шантажом, ни угрозами. Даер действительно спас всех нас, укрыв на своем острове от рыцарей Фашии. А потом спас еще раз, убив монстра.
— Второй раз спас вас не я, а ваш король, — объявил Даер.
— Нет, мне помогал ты, — улыбнулся Вирилад и, взяв Ирину за руку, подвел ее к демону.
 
— Ты, моя сестра и мама. Без вас я бы не справился.
— Она вам не мать! — взвизгнул Линус.
— А вот и нет, — бросила Оливия, обернувшись в сторону несостоявшегося жениха. — Ирина наша пусть приемная, но горячо любимая мама.
По щекам Ирины текли слезы счастья, когда она обнимала одновременно Даера и детей.
— Не быть тебе регентом, — объявил Трион, придерживая Линуса и не давая ему дернуться. — Тебя ждет суд и казнь за все, что ты совершил.
— О нет, — вступился Даер. — Смерть — это слишком легкое наказание для него. К тому же моя любимая, — он нежно обнял Ирину, чувствуя, как от ее близости у него прибавляется сил, — научила меня тому, что любое существо достойно жизни. И права на исправление. Пусть отрабатывает свое предательство на рудниках. Он и его ближайшие помощники.
— А уж мы поможем им исправляться как следует, — добавил Грем.
Линуса трясло от ярости и ненависти. Работать на рудниках под началом гоблинов было для него немыслимо.
— Прости нас, великодушный демон, — люди, которых он спас, поклонились Даеру. — И накажи, если хочешь. Мы можем вернуться на рудники и...
— Не стоит извиняться, — остановил их Даер. — Да и нужды жить на острове теперь нет. Здесь вы нужны больше. А тебе, мой дорогой, стоит выбрать другого наставника.
Он ласково взъерошил маленькому Вириладу золотые волосы. Но мальчик остался необычайно серьезен. Как, впрочем, и его старшая сестра.
— Когда-то от нас отвернулось все королевство. Только няня согласилась разделить тяготы изгнания, — произнесла Оливия, с обожанием глядя на Ирину. — А теперь мы стали нужны всем.
— Я уже не такой и малыш и теперь точно знаю, кому доверять, — добавил король Вирилад.
— Даер будет регентом. Ты ведь согласишься?
Мальчик задрал голову, чтобы посмотреть в зеленые глаза демона.
— О, нет, я хочу быть не просто регентом, — заявил Даер. Крепче прижал к себе любимых и облегченно вздохнул. — Я все еще хочу быть вашим отцом, Оливия и Вирилад. И мужем тебе, Ирина. Ты ведь выйдешь за меня?
— Непременно! — отозвалась она и приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать его в щеку. — Я согласна, как и прежде. Ты сделал меня самой счастливой на свете.
— И нас!!! — хором воскликнули дети.
  
Эпилог
 
В Кавилэнде воцарился мир. Даер восстановил то, что разрушила Фашия, и даже создал немного больше. Снял защитный купол и позволил гоблинам самим торговать с людьми добытым золотым гематитом. Остров стал отдельным королевством. Удивительно, но алые розы приживались там, где редко росли деревья. Весь остров порос великолепными цветами, но теперь они были только яркой достопримечательностью. Гоблины единодушно признали Даера своим правителем, но пока он оставался регентом Вирилада — до его совершеннолетия.
Сегодня в столицу Кавилэнда прибыл после долгих лет молчания король мира Крик. Прибыл, чтобы заключить мирный договор и договориться о поставках золотого гематита.
Гостей встречали в тронном зале. Встречали торжественно, пышно, как и подобает в подобных случаях.
Аргадон медленно ступал по залу, не сводя удивленного и немного восхищенного взгляда с Даера. В дорогих одеждах, величественный и могущественный, он вселял в подданных уверенность одним своим присутствием. Рядом с ним стояла прекрасная Ирина и их дети.
— Добро пожаловать в Кавилэнд! — поприветствовал Даер, слегка поклонившись. — Мы рады видеть вас в добром здравии.
 
Аргадон склонил голову в ответ.
— Благодарим за аудиенцию.
Короля мира Крик держала под руку его новая жена Миасса. Та самая кошка, что следила за демоном в его замке. Уже потом, во время шумного застолья, она осторожно признается, что Даер был отличным хозяином. И какое-то время она даже подумывала о том, чтобы раскрыть инкогнито и остаться с ним навсегда. Но это, конечно, до появления Ирины, прочно завладевшей его сердцем.