Измена. Однажды и навсегда (СИ)
— Не двигайся, я перетяну рану. — Она сняла ремень и что было мочи, сковала выше торчащего клинка. Затем подобрала телефон и вызвала скорую помощь.
— Сука, все-таки оставил за собой последнее слово. — Не унимался Ортега.
— Тише, каждое движение, может ухудшить твое состояние.
На призыв о помощи тут же сбежались зеваки. Их разогнал Пак, одним из первых прибывший на место.
— Обязательно было в туалете устраивать разборки? — сморщился он, глядя на загаженные унитазы.
— Я как-то не думал об этом. — Ортега уже не мог скрывать болевые ощущения и опустил голову.
— Вот и врачи. — Приободрилась Диана, сдав напарника в руки профессионалов.
— Кто-нибудь поедет с ним? — задал вопрос медик.
Пак и Диана не сразу переварили предложение. Хотя девушка, оказалась, чуть проворней.
— Я, я поеду с вами в больницу.
— Отлично. Везем его в Ла Рошель. — Держа дверь, крикнул своим коллегам, слуга скальпеля и зажима.
— Как что-то узнаешь об этом ублюдке, набери. — Диана обратилась к Паку, спеша за каталкой, сквозь снимающих «горячее» видео молодежь.
— Непременно. И не волнуйся, он у нас живчик! — Пак усмехнулся и выгнул большой палец.
Удаляясь подальше от этого зловонного местечка, Диана едва смогла бы здраво оценить произошедшее. Пожалуй, Марчелло Агатти, единственный, кого она закрепила и отложила в памяти…
* * *Девять минут шестого. Оторвав голову от подушки, Диана открыла глаза. Ее угораздило заснуть около кровати больного. Скорей всего, медсестра подложила подушку под голову, чтобы было удобно спать. Только-только начинало светать. Розовые рассветные облака, еще дремали на крышах зданий, виднеющегося из окна палаты. Потянувшись, она скрестила руки за спиной и подошла, оценить возможности городских пейзажей, разминая затекшие суставы.
— Привет. — С пересохшим горлом, сказал Ортега.
— Привет. — Улыбнулась и отвлеклась от лирических наблюдений.
— Глупо было провести возле меня всю ночь. Пак же предупредил, что я на удивление живучий. — Его улыбка, отдалась болью в груди.
— Должна была убедиться, что это не ложь. Помимо очевидной раны, у тебя еще два ребра сломано. — Уселась у него в ногах.
— Сильный малый, надо сказать.
— Пара недель и будешь, как новенький. А я уж, проконтролирую это. — Поверх его руки, положила свою руку.
— Хочешь быть моей нянькой?
— Летиция уехала, а твои секси-подруги, просто не вытерпят скверного характера. — Лисий взгляд Дианы говорил о многом.
— Прекрасно. Но, не будь столь уверена, что тебе удастся со мной поладить. — Прикрыл глаза и выдохнул Ортега.
— Посмотрим. Вы мужчины, такие дети, когда болеете. — Оставила в покое будущего нового босса. Повезло ему с размахом отметить новую должность.
Шагая по больничному коридору, была окликнута доктором. Тот хотел обсудить с ней выздоровление и период адаптации после полученных травм. Дал номера телефонов и личную электронную почту. Посоветовал отвлечь Рикки от работы и не нагружать ногу. Кстати о работе, Пак просканировал отпечатки пальцев подстреленного ею парня и прислал фото с именем — Жиром Серпен. Многократно судим за убийство и торговлю наркотиками. Привязать его к Агатти еще не получилось. Время отчего-то шло не в их пользу. Да и у Агатти бескрайнее количество покровителей…
Глава 19. Амнезия
Раз за разом попытки выйти на Агатти и хоть как-то заставить его понервничать, не увенчались успехом. Являясь ловким, изворотливым типом, находил пути, отбросить их на пять, а то и на десять шагов назад. Самые крутые адвокаты, чиновники, связи в Министерстве и прочих правительственных организациях, даровали ему спокойствие и уверенность. Казалось, что его липкие, усыпанные золотыми монетами руки, проникли во все сферы. Прорабатывая изо дня в день новые маршруты и зацепки, Диана и Пак, возвращались к тому, что лишь пинали воздух, черпая его дырявым ведром. Катрин порывающаяся помочь своими психологическими познаниями подобных личностей, была отправлена на положенный отдых. Аппендицит не вовремя подкосил ее и не давал возможности помочь коллегам. Да уж, их состав, заметно поредел…Ортега, без малого три дня, отлеживался в постели. Она навещала его ежедневно, принося еду и делая перевязку. К концу недели, усталость тяжелым грузом легла на плечи. Сидя за бумажными пирамидами в участке, надеялась спрятаться от любопытных глаз, что то и дело норовили нажаловаться временно исполняющему обязанности руководителя отдела. А именно Саймону. Это была инициатива Ортеги, оставить вместо себя друга и быть в теме происходящего, даже лежа перед телевизором.
Случайно задремав на рабочем столе, Диана была разбужена, обрушенным на нее негодованием из уст Пака:
— Эй, от тебя нет никакой пользы в таком виде.
— Прикрыла глаза, всего на пару минут. — Не понимая почему оправдывалась девушка.
— Так, даю пять минут, чтобы собраться и уехать домой. — Продолжал он.
— Знаешь, ты перегибаешь палку. — Она нарочно с грохотом отодвинула стул и встала.
— Ничего. Я не обидчивый, доброй ночи! — с серьезным видом скрылся за дверью офиса.
Власть меняет людей в один клик. Вчерашний скромный компьютерщик, превратился в доминирующего монстра. Взяв ключи от машины со стопки бумаг, она спустилась по лестнице, не дожидаясь лифта. На улице заметно похолодало и ничто не указывало на приход весны.
— Мадемуазель! — Антуан Ренье, вышел из черного BMW.
— Что-то с Аделиной? — предвосхитила его вопрос.
— Нет-нет, она всего лишь, хотела проститься с вами.
— Проститься?
— Бабушка хочет отдохнуть от городской суеты в своем поместье в Лотарингии, недалеко от Эльзасского виноградника. Ее поезд, отправляется через час. Прошу… — джентльмен, предложил место в своей машине.
— Хорошо, с удовольствием попрощаюсь с вашей бабушкой. — Мысленно, Диана провернула пару многоходовок и позволила Антуану доставить ее на вокзал.
* * *Восточный вокзал, откуда следует прямой поезд до Нанси, на редкость был пуст. Аделина наслаждалась последними мгновениями в Париже, не сводила глаз с изумительно багряных крон деревьев. Ее светлое, обрамленное седыми волосами лицо излучало умиротворение. Легкий румянец на щеках, прекрасно дополнял сложившийся образ. Не торопясь, Диана подошла и присела на деревянную скамейку.
— Всегда любила в час заката, сесть за рукопись очередного романа. — Аделина заговорила первой.
— Почему вы уезжаете? — повернулась к ней лицом Диана.
— Устала от угнетающей пустоты и бесчеловечности. — Выдохнула женщина.
— Как же ваши студенты?
— О, они сообразительные ребята. Переживут разлуку, как подобает сознательным ученикам. — Улыбнулась в ответ.
— Мадам…? — Диане не удалось завести разговор, из-за того, что Аделина прервала ее.
— Девочка моя, только потому, что ты мне глубоко симпатична, я кое-что подарю тебе. — Вынула из дорожной сумки крошечный ключик с биркой. Вложила подарок в ладонь и сильно-сильно сжала пальцы.
— Отчего он?
— Больше я ничем не могу помочь. Боюсь, что мы видимся в последний раз. — Заключила мадам Ренье.
— Вам угрожают? Скажите мне. — Нагнулась к ней Диана, притаившись, словно зверек перед прыжком.
— Мой поезд. Антуан, милый!? — призвала внука, что взял чемодан.
— Аделина, я не знаю, как мне быть. Вокруг очень много обмана. — взволнованно, сказала девушка.
— Ты справишься. Твоя мать была очень смелой женщиной. А ты, ты очень похожа на Таню. — Провела по щеке девушки морщинистой ладонью и с таинственной грустью, взглянула вдаль.
Диана крепко обняла Аделину и шепнула:
— Спасибо. Вы мой ангел.
Антуан повел бабушку в вагон, что издавал оглушительный свист. Провожая миниатюрную, пожилую даму взглядом, стиснула ключ. Определенно он стоил ей привычной жизни и заставил бросить все, чего добилась. Надпись на бирке была на английском «Рейчел Перпл. 1223». Судя по размеру, предназначался для небольшого ящика, коробки, или чего-то еще, столь же компактного. Может быть, даже шкатулки…