Тайна северного особняка (СИ)

— Кто посмел освободить менталиста? — громогласно вопросил Ярл, осматривая своих подданных.
— Я, Ваше Величество, — вперёд шагнул доктор Равик, выглядел мужчина спокойно и уверенно. Я помнила этого целителя. Он всегда лечил королевскую семью. Ярл де Альтрегор хотел что-то сказать мужчине, но Хильдина вдруг положила ему руку на плечо, заставляя передумать. Король лишь взглянул в глаза жене, а затем недовольно повернулся к менталисту, но заговорить ему вновь не позволили.
— Отец, — вперед подалась Аурэлия. — Прежде чем ты что-либо решишь, Сибил должна закончить одно дело.
Ярл вопросительно поднял бровь, глянув на меня, а я обернулась к сестре и неверяще спросила:
— И ты мне поможешь?
— Конечно, — она весело мне подмигнула, а потом бросила взгляд на Йотеста, замершего неподалеку от королевской четы. Я хмыкнула: не получится у этих двоих сохранить между собой «только дружбу», отчего-то я в этом уверена. Аурэлия лишь загадочно улыбнулась, уловив мою последнюю мысль, но все же произнесла: — Я возьму на себя руну. Помнишь ее?
Я кивнула и воссоздала в памяти рисунок. Пока Аурэлия выводила в воздухе нужное изображение, я засмотрелась в глаза Рэйзельда. Он глядел на меня снизу вверх, так и не поднявшись с колена, и в этом взоре была смесь отчаяния и нежности, от которой внутри, где-то за солнечным сплетением возник непреодолимый жар, будто мое нутро раскалилось до предела. Я прикрыла веки и сосредоточилась на этом ощущении.
“Из большой ненависти или любви только лишь способен огненный породить Искру.”
Уцепившись за раскаленное естество я потянула его наружу и тут же едва не закричала от боли.
“Выход ее сопровождается болью, ибо с ней человек делит и свою душу и свое тело и свой разум на части”
Было ощущение, что я рву мышцы, сухожилия и ломаю кости одновременно. Прошло всего пару секунд, но мне казалось, что я не могу справиться с неистовым огнем уже сутки.
— Нет, — ошеломленно выдохнул Рэйзельд.
— Искра, — восхищенные тихие возгласы посыпались со всех сторон. Холл наполнили восторженные вздохи.
Я, наконец, распахнула глаза и подтолкнула ослепительно яркий огонёк к руне сестры. Искра идеально встала на предназначенное для нее место, и тогда Аурэлия толкнула руну к менталисту. Герцог не сопротивлялся, лишь недоуменно смотрел на меня. Едва заклинание проникло в тело, мужчина охнул и согнулся.
“И не имеет власти над носителем первородного пламени смерть и заклинатели ее — некроманты, ибо Искра — сама жизнь”.
— Папа? — испуганно воскликнула Мирабель. Я тоже дернулась вперед, но меня удержала сестра, напряженно наблюдая за поведением менталиста.
Герцог де Умарри медленно разогнулся. Он поднял руки, согнул их в локтях и сжал кулаки, неверяще смотря на собственные пальцы, а потом обернулся к дочери:
— Бель, иди ко мне!
Девочка, счастливо взвизгнув, кинулась отцу на шею. Рэйзельд крепко обнял маркизу, уткнулся лицом в ее пушистые непослушные волосы и улыбнулся.
— Отец, — Аурэлия взяла меня руку и потащила к маме и папе. — Я прошу тебя принять к сведению все факты, которые ты сегодня услышал и увидел. Вынеси свой вердикт.
Ярл де Альтрегор осмотрел сначала воздушную эсперу, затем меня. Не удержавшись, он все же подался вперёд и обнял меня, я счастливо прильнула к мужчине, обхватив его руками. Но вскоре король отстранился, украдкой смахнул слезу, и вновь превратился в хладнокровного и справедливого правителя. Первым делом он скомандовал:
— Зельто перенесите в столицу, бросьте в казематы, я позже подумаю, что с ним сделать, но следите, чтобы он жил. Арестованных членов партии Неско ла Нур выпустить на свободу, я… принесу им извинения позже. Вызовите на допрос всех приближенных герцога де Варио и обыщите его поместье!
Я затаила дыхание и ждала вердикта для Рэйзельда. К нам с сестрой подошла мама и обняла обеих. Я с удовольствием прижалась к Хильдине, чувствуя себя защищено и спокойно. Наконец-то, дома.
— Рэйзельд де Умарри, — проговорил король медленно, словно еще раздумывал над тем, что стоит сказать. Я замерла и закусила губу, нервничая так, будто ожидала собственный приговор: — За то, что вы похитили и заблокировали воспоминания Жозефины де Шеньйо, приёмной дочери герцога де Варио, я лишаю вас титула, земель, и любой собственности. Вы приговорены к десяти годам тюрьмы.
 
Юджин исправно записал за королем, а я возмущенно вскинулась:
— Отец!
В меня тут же вцепились две пары рук: мамы и сестры. Менталист же стоял ровно, слушая приговор с присущей ему гордостью и самообладанием. Мирабель лишь испуганно жалась к его боку, а в стороне тихо охала и качала головами прислуга Северного особняка. Король не обратил на мой выкрик внимание, а значит уже все решил. Выдержал недолгую паузу и продолжил:
— Ваша дочь и жена так же лишаются титулов и фамилии, как пособники в этом деле.
— Смилуйтесь! — воскликнула Стелла и упала на колени. На неё никто не обратил внимания, слушая речь короля:
— Ваша жена будет возвращена ее семье, а брак аннулирован. Род де Умарри с сегодняшнего дня мёртв, — эти слова показались мне гильотиной рухнувшей на погрязший в тишине и ожидании зал.
— Благодарю великодушно! — едва не разрыдалась от счастья Стелла, отползая подальше и глупо улыбаясь. Женщина явно была рада, что ей не придётся отправляться за нелюбимым мужем в темницу. Лорды зашептались.
Я же абсолютно непонимающе смотрела на отца. Неужели я вернула Рэйзельда к жизни для того, чтобы кроль сейчас бросил его на десять лет в тюрьму? На глаза навернулись злые слезы, но вскоре вновь зазвучал голос Его Величества:
— А за то, что вы спасли вторую принцессу Вламарии, Сибил де Альтрегор, ваш срок сокращается до года служения в королевской гвардии. После этого вы получите новый титул, и в качестве награды за возвращение мне дочери, а Вламарии огненного эспера, примите фамилию де Альтрегор.
Я даже не смогла ничего сказать, только крепче вцепилась в руку сестры, не веря собственным ушам. Рэйзельд резко вскинул голову и недоуменно вгляделся в лицо короля, не до конца осознав, что сейчас услышал. Лорды удивленно притихли, а Юджин довольно фыркнул. Слуги герцога, осмыслив вынесенный вердикт, счастливо запищали. Я глянула на них и весело улыбнулась Сью, а она лишь закусила губу, глядя на меня с признательностью. Стелла оторопело моргала, переводя взгляд с бывшего мужа на короля.
— Альтрегор? — охрипшим голосом переспросил Рэйзельд, его взгляд метнулся ко мне, а потом вновь к Ярлу. Король тоже посмотрел в мою сторону и тихо хмыкнул:
— Искра абы для кого не загорится.
Рядом со мной рассмеялась Аурэлия, тряхнув меня за плечи и зашептала на ухо:
— Ты слышала? Папа только что одобрил ваш брак!
У меня едва не ушла земля из под ног. Единственное за что я смогла зацепиться, это взгляд Рэйзельда. Теплый, чувственный и желанный. Он ещё не до конца поверил в то, что здесь произошло.
Король скомандовал лордам и охране немедленно покинуть особняк и отправляться в столицу, а я услышала голос Аурэлии, обращенный к королеве:
— Мам, а если Сибил выйдет замуж за эспера, то моим мужем может стать колдун?
Хильдина лишь рассмеялась, прижимая к себе дочь.
Я на ватных ногах сделала несколько шагов к Рэйзельду, рассматривая родные черты лица. Мужчина улыбался. Оказывается, живая улыбка шла ему намного больше той, на которую было способно наполовину мертвое тело. Сразу захотелось коснуться его кожи, ощутить ее тепло и мягкость, и знать при этом, что он тоже меня чувствует.
— Это ведь было больно? — спросил он тихо. Я улыбнулась:
— Мне бывало и больнее.
— Хочешь, — менталист опустил глаза, скрывая мелькнувшую в них злость, перевел дыхание и продолжил: — Я могу стереть из твоей памяти все, что происходило у Зельто. Шрамы можно залечить и…
— Нет, — я все-таки подалась вперёд и коснулась его руки. Тело словно пронзило током и я с удивлением ощутила как точно так же вздрогнул Рэйзельд. Он опустил голову и несколько мгновений смотрел на мои пальцы, пока я говорила: — Я не хочу больше ничего забывать, Рэй. Я буду создавать новые воспоминания, чтоб они затмили то, что со мной было раньше. Ты поможешь мне?