Тайна северного особняка (СИ)
Друг менталиста прибыл с очаровательной спутницей и тремя подарочными коробками для Мирабель. Я поменялась с Илией местами и побежала во двор заканчивать приготовления. Солен помог мне расставить ведра с водой в правильной последовательности, а потом я достала из кармана лист с нарисованной руной и несколько раз воспроизвела ее в воздухе заучивая.
Сью подошла со спины и коснулась моего плеча. Я вздрогнула всем телом, хоть и услышала шаги подруги. Обернувшись, постаралась улыбнуться как можно более непринужденно.
— Арэли, с тобой все в порядке? — участливо поинтересовалась служанка. Я кивнула:
— Да-да, все хорошо. И все приготовления закончены. После завтрака можно выводить Мирабель во двор.
— Это хорошо, — Сью вдруг отвела глаза. Она зябко обхватила себя руками за плечи и закусила губу. Я нахмурилась, смотря на подругу:
— А у тебя все хорошо?
— Нет. То есть да, — девушка явно запуталась в своих чувствах. Нахмурилась, стараясь привести мысли в порядок. Я склонила голову вниз, заглядывая ей в глаза. Служанка тяжело вздохнула, оглянулась на особняк и призналась: — Лорд Дамир прибыл для того, чтобы после дня рождения Мирабель отправиться в столицу на заседание конгресса.
Девушка замолчала и многозначительно посмотрела на меня. Я свела брови к переносице, не понимая какой реакции от меня ждёт Сью. Я слышала о том, что Рэйзельд едет на заседание, знаю, что некромант продвигает какие-то ужасные законы, но… при чем тут я? Служанка прочитала непонимание в моем взгляде, ещё раз печально вздохнула и продолжила:
— На конгрессе… может всплыть какая-то нехорошая информация про лорда Рэйзельда.
Смысл услышанного медленно доходил до меня. «Нехорошая информация» это то, что последние несколько дней пытался сказать мне менталист? Внутри заворочался привычный холодный склизкий комок страха. Что-то внутри меня противилось тому, чтобы я узнавала правду, и с каждым днем это желание оставаться в неведении становилось все больше и сильнее, будто за той невидимой стеной в моей памяти скрывалось нечто ужасное.
Я молча смотрела на Сью и она вновь заговорила:
— Я не знаю, что происходит у тебя с господином, и я не стану в это лезть, но… прошу тебя, если вдруг в тебе есть… хоть кроха настоящей любви к нему и Мирабель…
— Сью! — оклик Илии заставил собеседницу подпрыгнуть на месте, будто ее застигли на месте преступления. Ее глаза бешено забегали, будто девушка вообще не осознавала где находится, затем она ойкнула, сбивчиво извинилась передо мной и бегом помчалась в дом, а я осталась растерянно стоять на дворе, размышляя, что-то же я должна сделать.
Вскоре Мирабель выбежала во двор. Большинство слуг уже были здесь, спрятавшись за углом.
— Как красиво! — рассмеялась девочка, увидев праздничное убранство небольшого садика.
— На счёт три, — прошептала я, подмигнув Леське. Девушка стояла рядом со мной и счастливо улыбалась, радуясь не меньше чем маленькая маркиза.
— Три, — выдохнула я, взмахнула рукой, чертя руну, и произнесла заклинание.
Одновременно из пятнадцати вёдер вверх взмыли струи воды. На мгновение застыли в воздухе на высоте трёх метров, а затем превратились в тёплый дождь и осыпались на землю. Мирабель обрадованно вскрикнула и бросилась бежать вперёд через воду. Солнечные лучи превратились в разноцветные радуги, цепляясь за крошечные капли, зависшие в воздухе. Слуги улыбались и смеялись, наблюдая за веселящейся маркизой, а я прислонилась спиной к стене дома и медленно сползла по ней на землю, чувствуя себя опустошенной. Почему мне казалось, что во мне намного больше силы? Откуда такая ужасная усталость?
— Арэли? — я увидела обеспокоенное лицо Леськи напротив. Девушка присела рядом, взяла меня за плечи, обернув к себе, всмотрелась в глаза: — Ты побледнела. Все в порядке?
— Да, — выдохнула хрипло. — Просто нужно немного отдохнуть.
Служанка мне не поверила и осталась сидеть рядом. Я услышала, как в воздух вновь поднялась вода и распылилась мириадами сверкающих капелек. Кто-то другой решил продолжить веселье.
— Господин, она… — смотря в сторону попыталась что-то сказать Леська. У меня даже не было сил повернуть голову. Девушку прервал знакомый голос от которого мне стало неожиданно тепло и спокойно:
— Все хорошо, Лесь, иди, я разберусь.
Служанка бросила на меня смущенный взгляд, поднялась и отошла, а вместо неё я увидела Рэйзельда. Менталист осмотрел меня и неодобрительно покачал головой. После этого легко коснулся подушечками пальцев моего лба.
В тот момент, когда прохладная кожа мужчины коснулась моей я ощутила прилив тепла, наполняющий все тело. Из меня словно выкачали душу, а теперь Рэй вновь заполнил ею опустошенный сосуд.
Энергия!
Лишь когда ко мне вернулась способность нормально думать, шевелиться и даже возмущаться, я тряхнула головой и отпрянула от герцога:
— Вы что делаете? — зашипела я, боясь, что нас кто-то может услышать.
— Делюсь энергией, — пожал плечами эспер.
— Но вы говорили, что это опасно и ужасно… — я запнулась, скользнула по телу человека глазами и сконфуженно закончила: — больно.
Рэйзельд растянул одну половину рта в улыбке, понимая, что я сама осознала свою ошибку, поднялся на ноги, но все же негромко сказал:
— Я не чувствую боли, потому могу себе позволить отплатить тебе за то, что ты сделала для Мирабель.
— Это не только я, — я тоже подскочила на ноги и посмотрела в сторону маркизы. Дождь закончился, но радуги еще виднелись в воздухе. Мирабель с лордом Дамиром и его супругой распаковывали один из подарков.
Картинка перед моими глазами дрогнула и поплыла. Очертания дворика вокруг Северного особняка смазались и будто стали плавиться, причудливо меняя форму. Я недоуменно дернулась, обернулась и угодила в объятия герцога.
— Я скучал, — выдохнул он мне в губы, а я смогла лишь счастливо улыбнуться, обвивая его шею руками и притягивая к себе.
Спустя пару минут заставила себя оторваться от приятного занятия и спросить:
— Когда ты уезжаешь на заседание конгресса?
— Завтра отправимся в путь.
— Завтра… — прошептала я, прижимаясь к сильной мужской груди. Рэйзельд обнимал меня, одной рукой обвив талию, а другой перебирая волосы. — Ты хочешь поговорить со мной сегодня? Рассказать, что…
— Да, — подтвердил мужчина, и в одном этом выдохе было столько грусти, что я уткнулась лбом ему в грудь и заявила:
— Чтобы ты мне не сказал, я все равно буду тебя любить.
Герцог промолчал, лишь сильнее привлек меня к себе, прижался губами к моей макушке, сжал пальцами кожу.
Мои глаза обрели способность вновь видеть реальность. Ту, в которой я не могла так просто обнять любимого мужчину. Ту, в которой уже сегодня я должна была узнать о себе нечто, что явно меня не порадует. Ту, в которой малышка Мирабель смертельно больна, а ее отец лишь искусственно поддерживает жизнь в собственном теле.
К горлу подкатил колючий комок, а слезы встали под глазами, готовые в один миг пролиться за край века. Пришлось глубоко вдохнуть и посмотреться небо успокаиваясь. Почему я не могу навсегда остаться в его выдуманном мире?
Глава 37
Стелла весь день ходила недовольная и донельзя обиженная, будто ей торта не досталось.
Пока Мирабель развлекали гости, я сидела на кухне, задумчиво и медленно перемывая посуду.
— Арэли? — окликнула меня Брита. — Ты чего тут спряталась?
— Я не прячусь, — растерянно осмотрев кружку, поставила ее к чистой посуде. — Просто не хочется мерзнуть на улице.
— Мерзлячка, — фыркнула женщина. — К теплому климату привыкла, видать.
Мы обе не сразу осознали, что произнесла кухарка, а когда до нас одновременно дошел смысл ее слов, воззрились друг на друга. Я грустно и устало, а она испуганно.
— Я не то имела…
— Я понимаю, — вздохнула я, вытирая руки о полотенце. Прошла к лавке и опустилась на неё: — Давно уже стало ясно, что я не та за кого меня тут принимают. У меня лишь один вопрос сейчас: нужно ли мне возвращаться к прошлой жизни?