Тайна северного особняка (СИ)

Получасом ранее я слышала ржание коня. Выглянуть в окно тогда не решилась, чтоб внезапно не привлечь внимание, но поняла, что лорд покинул особняк. Мирабель вряд ли будет ругать меня за то, что я читаю какие-то книги, но все же, погрузившись в новую информацию, я прислушивалась к тому не возвращается ли девочка.
«Эсперы, наделенные ментальной силой, по праву считаются одними из самых опасных по отношению к окружающим людям. Это объясняется тем, что весь людской мир существует, пока мы мыслим. Ментальные способности, не смотря на свое абсолютное бессилие в отношении неживой природы — в противовес телекинезу или некромантии — влияют именно на человеческое сознание. Менталисты способны подчинить себе разум, сменить воспоминания, заставить оппонента отказаться от убеждений, или вовсе лишить его способности мыслить, превращая в овощ.»
На этом моменте я содрогнулась. Мне почему-то представился не герцог, а Мирабель, стоящая напротив меня в легком платье и сверлящая зелёным взглядом. Неужели эта маленькая девочка могла бы сотворить подобное с человеком? Мысль быстро свернула в сторону странного и пугающего ритуала «печать сознания». Мотнув головой, поспешно перевернула похрустывающую страницу.
«Такие эсперы отличаются сильными ментальными щитами, которые ограждают их мысли, воспоминания и сознание, от любого вмешательства извне. Чем сильнее энергия эспера, тем крепче его естественная защита.
Для воздействия на эспера ментальными рунами от колдунов, или других эсперов нужно его согласие. Иначе встает необходимость взлома естественных щитов, что во многих случаях ведёт к смерти или повреждениям мозга.
Менталисты способны влиять на окружающих: на людей, колдунов и прочих не ментальных эсперов одной лишь силой мысли. Но во взаимодействии с себе подобными необходимо пользоваться рунами и заклинаниями.
Не до конца изучен механизм изменения ментальными эсперами собственных воспоминаний. Известны случаи, когда менталисты полностью стирали свои воспоминания, скрываясь от преследований. Они даже теряли на время возможность использовать собственные силы. В подобных случаях доказать ложность воспоминаний практически невозможно, без использования внешних факторов — свидетелей, следов, улик, амулетов, логических последовательностей. На данный момент времени нет никаких достоверных механизмов, способных обеспечить правильность проверки достаточно хорошо продуманных и замещенных воспоминаний менталистов на правдивость.»
Я вздохнула. Значит, если менталиста обвинят в каком-то преступлении, которого он не совершал, то он даже не сможет попросить проверить его память. Даже если он согласиться дать доступ к сознанию — не сможет доказать правдивость воспоминаний, но так же и обвинители не смогут указать на их ложность. Тут уж остаётся лишь надеяться на то, кто кого лучше убедит, или на чьей стороне симпатии судей.
«Созданные и замещенные менталистом воспоминания других лиц, идентифицировать проще. Но это зависит от мастерства и силы эспера. При невысокой концентрации энергии созданные воспоминания будут «рябить», не сходиться по времени, могут быть очень сильно замыленными или «зацикленными». Стоит уделять сильное внимание деталям — не «плывут» ли они вне зависимости от положения наблюдателя.
Но для достаточно сильного мастера, профессионала своего дела с большим опытом, это все будет пустяком. “Архитекторы сознания” способны создавать идеально точные реалистичные картины, стирая необходимые участки памяти с филигранной точностью. Они могут уничтожать воспоминания полностью, оставляя лишь пустоту, или запирать память, накладывая на неё блоки. Во втором случае — восстановить память представляется возможным. А первый способ слишком раскованный — мастер может безвозвратно повредить мозг подопытного и стереть из него жизненно необходимые навыки — координацию, рефлексы, прочие любые функции организма».
Я неосознанно подняла руку и коснулась своего лба. Мои воспоминания точно где-то там, я ощущаю их. На следующей странице значились характеристики эсперов:
 
«Внешних отличительных черт менталисты как правило не имеют. Их рост, телосложение, строение черепа — не имеют никакой закономерности.
Практически исключена возможность определить ментального эспера «на глаз», без проведения дополнительных процедур.
На психическом уровне они схожи между собой намного больше: дети как правило очень быстро обучаются, взрослеют быстрее сверстников, отличаются спокойным упрямством и настойчивостью, самостоятельностью. Внутри семьи необходима сильная поддержка, постоянное обучение ментальной силе. Зачастую подобным детям больше требуется общение с родителем одного с ним пола, для гармоничного и стабильного развития.
Из-за встроенных щитов менталисты могут казаться поверхностными, горделивыми, даже жестокими. Хотя в большей степени у них невероятно сильно развита эмпатия — способность к сопереживанию. Но вынужденные мириться с ней с первых дней жизни они привыкают фильтровать чужие эмоции, пропуская их мимо себя. Это скорее защитный механизм, чем подтверждение бесчувственности эсперов».
Я подумала о том, что бесчувственными не назвала бы ни Рэйзельда, ни Мирабель. Вот Стелла под это описание подходит идеально, хотя при первом взгляде мне все показалось абсолютно иначе.
Про менталистов было написано ещё много, но я лишь пробежала глазам по тексту и задумчиво пролистала дальше.
Новый раздел назывался «Стихийные эсперы». На следующей странице после заголовка была целая небольшая глава: «Общие характеристики».
«Внешний вид стихийных эсперов позволяет отличить их от остальных с первого взгляда. Первым отличием являются волосы — они при использовании стихийных сил окрашиваются в светлые цвета. От светло-рыжего до платиново-белого. Вторая особенность глаза — радужка в зависимости от силы энергии эспера принимает светлый и яркий окрас. Темные или карие глаза для стихийных эсперов не характерны. Так же для большинстве распространены — светлая кожа, сильное (для женщин — стройное, но очень выносливое) телосложение, крепкая устойчивая психика.»
Я не стала дочитывать, а уже почти перелистнула страницу, как вдруг на глаза попалась строчка, за которую зацепились мои мысли, будто за высокий порожек, и споткнулись, заставив меня вернуться к предыдущему абзацу:
«У стихийных эсперов есть непереносимости продуктов: воздушным плохо усваивается красное мясо, жирная пища; огненные не переносят молоко…»
Я задумчиво склонила голову на бок и скользнула глазами дальше.
«…для стихийных эсперов есть неподходящие климатические пояса и погодные условия. Воздушные не выносят жару и прямые солнечные лучи на юге континента. Огненные плохо переносят сырость и влажность северной части материка, они практически не подвержены простудам, но долгое пребывание в холоде пагубно сказывается на психике эсперов…»
Я все же перелистнула страницу, но лишь для того чтоб в конце главы найти раздел «страхи и опасности». Сразу сосредоточилась на огненных и увидела именно то, что ожидала увидеть.
«…огненные в раннем возрасте могут испытывать страх перед водой. Не смотря на то, что при правильной адаптации ребёнка он с легкостью учится плавать, может работать на корабле, и не имеет проблем с водой, но внутренние опасения всегда остаются…».
Я задумчиво закусила губу, а потом глянула на упавшую на глаза угольно-чёрную прядь. Вновь бездумно полистала страницы, пока не увидела большой заголовок «Эсперы некроманты».
В тексте статьи значилось по больше степени то, что я вспомнила, когда сидела рядом с костром в компании слуг.
Среди характеристик внешности я привычно отметила черноту: волосы, ногти, зубы, глаза. Применяемая чёрная энергия словно наполняла темной краской своего носителя. В примечаниях было указано, что это характерная черта не только эсперов, но и колдунов, которые выбрали своей специализацией заклинание смерти.
Наконец, я услышала приближающиеся шаги. Скорее вернула книги на место, а сама села в кресло рядом с неразведенным камином. Сегодня дождя не было, даже вышло солнце, потому зажигать огонь я не стала.