Цена сомнения (СИ)
Отпирая дверь, заметила, что дрожат пальцы. Бросив сумку на тумбу, прошлась по комнатам. Ни Адама, ни сына в квартире не было.
Прикусив губу до крови и сдерживая порыв разреветься, вновь и вновь набирала номер бывшего.
Глава 22
Адам
Мой сын очень смышлёный и любознательный малыш. Он так легко принял меня, что осталось теперь познакомиться с ним еще ближе и можно будет сказать, что я его отец. Хочу чтоб он успел привязаться ко мне до этого момента, тогда все будет намного проще.
После выходки отца в больнице, я приставил к маме охрану, строго настрого запретив пустив отца. Сейчас ей немного легче и скидываю маме несколько фотографий, где Лева совсем младенец. Мама перезванивает спустя несколько минут и, со слезами в голосе говорит что очень хочет увидеть внука. Я обещаю, что совсем скоро познакомлю их, осталось немного потерпеть. А пока мне нужно заняться документами.
Вызываю юриста и консультируюсь, как лучше это сделать. Да, у меня есть тест, но для того чтобы я мог стать официально отцом Леве, потребуется сделать еще один и, конечно же, согласие матери. Вот этим могут возникнуть трудности. На Марину мне давить совсем не хочется, у нас и без того хрупкое перемирие. Нужно сделать так, чтоб она согласилась сама, а как это сделать — пока еще вопрос.
Приглашение на ужин оказалось весьма кстати. Я с удовольствием провел с ними время, а когда уезжал, чувствовал глухую тоску. Хотелось видеть их как можно чаще, желательно каждый день. Да и Марине я совсем не остыл. Наоборот, чем чаще мы встречаемся, тем сильней мне хочется ее видеть. Но девушка, к такому не готова. Она всем своим видом показывает, что я держался от нее подальше. Да еще и жених. Кстати, о нем.
Позвонил знакомому, что собирал досье на Марину, и попросил выяснить все об этом мужчине. Мало ли какое у него прошлое, а он постоянно трется возле моего сына. Жаль, что прошлое исправить нельзя, но будущее — вполне.
Вечером звонил отец и снова сыпал угрозами. Он считает, что я виноват в том, что мать хочет развода. Удобно устроился, всех вокруг винит, кроме себя. Ни оправдываться, ни обещать что — то, я не стал. Повторил лишь то, что он сам виноват во всем. Когда-то у него была семья, а теперь он все разрушил. Если мама будет настаивать на разводе, я ей помогу. Найду хорошего адвоката, который будет действовать исключительно в маминых интересах.
Следующий день начался со звонка одной из моих фирм. К ним пожаловала пожарная проверка. Зная, что у меня все в порядке с этим, не стал даже нагружаться. Но понял — отец вышел на тропу войны. Сейчас от него можно ожидать чего угодно. Поэтому, приставил к дому Марины своего надежного человека. Так я буду знать, что мой сын и Марина будут в безопасности. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть, что ничего исправить нельзя.
* * *Когда позвонила Марина и попросила присмотреть за сыном, я с радостью согласился. Конечно, причина, по которой она обратилась ко мне была совсем не радостная. И если бы не кража в доме стариков, наверное, Марина бы так рано не дала мне провести время с сыном наедине.
Я хоть и занят был, но все равно готов был провести время с сыном. Оставив дела на надежного человека и раздав подчиненным указания, поехал к сыну. Теперь мой ребенок всегда будет на первом месте, что бы ни случилось. Я итак потерял несколько лет жизни без него.
Марина отказалась от моей помощи. Но едва за ними закрылась дверь, как я сделал звонок и отправил человека за ними следом. Как бы она ни упиралась, но помощь им потребуется.
— Ты умеешь собирать пазлы? — спросил сына.
— Да. У меня есть. Хочешь покажу? — глаза ребенка лучились предвкушением.
— Покажи. А я тебе вон какие привез — достал большую коробку, на которой было изображение кота и собаки. Пазлы были крупного размера. Для детей от 3 до 5 лет. Думаю, сын с этим справится.
— Ого какая большущая! — восхищенно произнес Лева — Хочу собирать эту!
— Идем тогда за стол. Там будет удобней — позвал сына на кухню. В этой квартире единственный стол был там. А еще сделал себе пометку, поговорить с Мариной насчет логопеда. Сын плохо выговаривал буквы: Р и Л.
Пока собирали пазлы, раздался звонок от адвоката, которого я отправил к Марине. Оказалось, что и ее дом был ограблен. А так же дом ее жениха. Вот только если в двух домах после ограбления царил хаос, то дом Марины почти не тронут. Нет ни следов взлома, ни разрушений. Такое ощущение, что тот, кто забрался в дом, знал, где что лежит.
Мне срочно была нужна информация по ее жениху. Позвонил человеку, собирающему досье и сказал поторопиться. А так же, пусть найдет информацию по всем людям, с которыми Марина общается.
В обед сын отказался спать и решил свозить его в детский центр. Лев с энтузиазмом поддержал идею, и пока сын играл, я сделал несколько звонков по работе.
Ближе к трем позвонила мама. Узнав, что я сейчас с сыном, слезно умоляла привезти ей мальчика. Давила на то, что может умереть, так и не увидев внука. Я отчитал ее за такие мысли. Сказал, что привезу Леву, если она пообещает не говорить ему пока, что является его бабушкой. Мама согласилась.
— Мне нужно навестить маму, она лежит в больнице. Поедешь со мной? — спросил у сына, когда мы покидали детский центр.
— Да. А она добрая?
— Добрая. Ты ей понравишься. Хочешь, заедем в магазин и ты выберешь для нее подарок, чтоб ей не скучно было лежать в больнице?
— Хочу!
Мы заехали в торговый центр и Лева выбрал для бабушки игрушечного кота. И тогда я вспомнил о той игрушке, плюшевом коте, которого мы покупали с Мариной на рождение сына.
— У меня тоже есть кот. Я с ним сплю. А еще я кормлю его и купаю.
— Покажешь?
— Ага. Он дома. Спит. Я оставил его охранять игрушки. Он самый главный. Его зовут снежок.
— А бабушкиному коту тоже дадим имя?
Сын неуверенно пожал плечами. Ладно, там уже на месте определимся.
* * *Зря я повез сына в больницу. Он так крепко сжимает мою ладонь, что становится понятно: мальчик боится. Черт, зарекался же от необдуманных поступков и опять. Вновь на те же грабли.
— Если хочешь, можем уйти — предлагаю ему, когда мы поднимаемся по лестнице.
— А подарок бабушке? — голос малыша становится расстроенным.
— Можем передать с медсестрой. Или ты сам хочешь?
Сын неуверенно пожимает плечами.
— Если захочешь уйти, сразу скажи. Мы поедем домой.
Малыш кивает.
Поднявшись на нужный этаж, открываю дверь в палату. Мама здесь лежит одна, с особым комфортом. Палата больше похожа на номер в гостинице. Вижу как мама садится на кровати и ее глаза влажно блестят: она жадно рассматривает внука, словно боится упустить малейшую деталь. Сын же, от столь пристального внимания теряется и прячется за меня.
— Не бойся, малыш. Смотри что у бабушки есть — ласково произносит мама, и берет в руки корзинку с тумбочки. Лева с любопытством выглядывает. Корзинка наполнена разными сладостями. Глаза сына загораются и он делает шаг вперед. Оборачивается ко мне и спрашивает:
— Можно?
— Конечно, сынок — вырывается у меня.
Мама удивленно вскидывает на меня взгляд, а Лева слишком заинтересован содержимым корзины, что даже никак не реагирует на мое обращение.
Усаживаю его на стул и он увлеченно начинает разбирать сладости.
— Он уже знает? — шепотом спрашивает мама.
— Нет еще. Случайно вырвалось.
— Так хочется обнять его — смаргивает она слезы — Когда уже решишь с документами? Он ваш общий сын. Марина не должна столь эгоистично относиться к этому. Я хочу общаться с внуком не скрываясь. Что мы как преступники?
— Я знаю, мам. Но пока еще рано. Хочу чтоб сын привык ко мне.
Мама хмурится, но кивает. Понимаю ее. Сам постоянно испытываю те же чувства.
— Тебе нравится? — ласково обращается мама к Леве. Сын кивает — Меня зовут бабушка Зоя.