Без тебя жизни нет

Он приблизился к Джерри и внимательно вгляделся в его лицо. У того под глазом сияла свежая пунцовая ссадина. Боб дотронулся до нее, и Джерри взвизгнул.
— Приходит в себя, — сообщил Боб. — Уинстон, пожалуйста, поддержите его с той стороны. Надо засунуть его в машину.
Совместными усилиями мужчины запихнули стонущего Джерри на заднее сиденье, и Боб приложил к его распухшей щеке лед, завернутый в полотенце.
— Пару чашечек кофе, и он окончательно придет в себя, — сказал Боб. — А вам обоим придется поехать за мной в участок. Составим протокол, это займет всего лишь несколько минут, если вы, мистер Уинстон, не собираетесь писать на Джерри жалобу и требовать привлечения его к уголовной ответственности. У вас есть два свидетеля, которые покажут, кто был зачинщиком, но и Джерри в свою очередь может пожаловаться на вас. На земле-то валялся как-никак он, а не вы.
Кэл покачал головой.
— Прекрасно, — сказал Боб, потирая руки. — Жду вас в участке через несколько минут.
Он сел в полицейскую машину и уехал.
Лара повернулась к Кэлу, провожавшему глазами удалявшийся автомобиль.
— Вы что, язык проглотили? — насмешливо поинтересовалась она. — С момента появления здесь Боба Траска вы не произнесли ни слова.
— Не люблю я полицейских, — бросил он.
— Понимаю. Но, любите вы их или нет, вам должно быть ясно, что этот полицейский отнесся к вам благосклонно. Ведь, что ни говори, вы ударили этого человека, да так, что он упал без сознания. При желании Боб вполне мог возбудить против вас дело.
Кэл в ответ только хмыкнул.
— Ну что ж, отправимся в участок, подпишем протокол? — предложила Лара.
Они проехали несколько кварталов до местного отделения полиции округа Линтон, где их уже ждал Боб Траск. Заполнение протокола заняло пятнадцать минут.
Лара поражалась перемене, произошедшей в Кэле: вместо непринужденно общавшегося с ней по дороге в Ред-Спрингс человека перед ней сидел еле цедивший слова напряженный незнакомец. Отвечал он на вопросы Боба односложно, ни разу не добавив от себя ни слова. Когда Траск, покончив с делом, проводил их до двери, Кэл, не задерживаясь ни на миг, вышел в коридор, а Лара задержалась, прощаясь с Бобом.
— Сколько времени вы пробудете у бабушки? — спросил Боб.
— До сентября.
— Вы не возражаете, если я позвоню вам на ранчо? Может быть, встретимся?
Лара оглянулась на Кэла. Он читал бюллетень, не обращая на них внимания.
— Звоните, конечно. В телефонной книге есть наш номер.
Траск просиял.
Завидев Лару, Кэл молча двинулся к выходу. Уже на улице он спросил:
— В детстве у вас что-нибудь было с этим копом?
— Да нет, пожалуй. Несколько раз пили вместе кока-колу и, кажется, ездили с компанией на летние футбольные игры.
— А сейчас собираетесь с ним встречаться?
— Еще не знаю, — холодно ответила она. — Но весьма возможно.
Обратный путь на ранчо не имел ничего общего с дорогой в город. Кэл хранил молчание, прерывая его лишь для того, чтобы ответить Ларе, да и то отделывался по возможности кратким «да» или «нет». В конце концов Лара перестала задавать вопросы и тоже умолкла. Но тревожило ее даже не это, а уверенность в том, что причиной угрюмости Кэла является вовсе не драка. С Джерри он вел себя нормально, был самим собой, стоило, однако, появиться Бобу Траску, и Кэл изменился. Он словно превратился в каменную статую.
— Что вы имеете против полиции? — ни с того ни с сего спросила Лара, когда фургон затормозил перед домом Роуз.
Прежде чем ответить, Кэл какое-то время напряженно смотрел перед собой.
— Около двадцати лет назад полицейские убили моего приемного отца, — вымолвил он, повернувшись к ней.
Лара, потрясенная, не могла найти подходящих слов.
— Его профсоюз объявил забастовку, — после продолжительной паузы сказал Кэл. — Он был в числе пикетчиков. Хозяева привлекли штрейкбрехеров. Между ними и стоявшими в пикете началась драка. Вызвали полицию. Отца попытались скрутить, но он оказал сопротивление. Тогда один из полицейских ударил его резиновой дубинкой по голове. Час спустя он скончался в больнице.
 
— Какой ужас! — пробормотала Лара.
— Полицейскому между тем ничего не было. Специальная комиссия министерства внутренних дел определила, что отец погиб в результате несчастного случая.
— Где это происходило?
— Какая разница, где! Вы задали вопрос, я ответил.
— Но вы же понимаете, что Боб Траск не несет никакой ответственности… — начала было Лара, но Кэл поднял руку, призывая к молчанию.
— При виде полицейской формы я прихожу в бешенство, понимаете? Будь у вас за плечами мой опыт, с вами происходило бы то же самое.
— Опыт? Какой опыт? Что еще было в вашей жизни? Вы говорили о приемном отце, значит, вы были сиротой?
— Меня младенцем подбросили в женский монастырь, — неохотно сообщил Кэл. — Моих настоящих родителей я не знал, но, когда мне исполнилось десять лет, меня усыновили. Человек, убитый полицейским, заменил мне отца.
— Простите, пожалуйста, вам, наверное, неприятно рассказывать о таком тяжелом детстве.
— Рассказывать или нет — от этого ничего не изменится, — решительно заявил он, спрыгнул со своего места и, обойдя машину, помог Ларе выйти. По выражению его лица девушке стало ясно, что он больше не произнесет ни слова.
А ее одолевали сотни вопросов! Тем не менее она сдержалась и молча вошла в дом вслед за Кэлом, несшим пиво для Роуз, которая уже поджидала их в передней.
— Тебе звонят, — сообщила она внучке. — Боб Траск. Заслышав шум машины у крыльца, я попросила его подождать.
— Не теряет времени даром, не так ли? — спокойно произнес Кэл, проходя мимо Лары в кухню, чтобы поставить пиво на стол.
Лара взяла трубку.
— Боб?
— Привет, Лара! Надеюсь, не помешал? Может, вам покажется, что я проявляю излишнюю поспешность, но дело в том, что у меня выдался свободный уикенд, что бывает не часто. Так, может, пообедаем вместе в субботу вечером?
Входная дверь с грохотом захлопнулась за Кэлом, и почему-то этот громкий, режущий слух звук определил ее решение.
— Охотно, — ответила она. — В котором часу?
— Я заеду за вами в шесть. Ресторан «Томасина» в нашем городе подойдет?
— Подойдет, конечно, но имейте в виду, надолго я не смогу отлучиться. До десяти я должна быть дома, около Роуз.
— Договорились.
— Хорошо. Значит, увидимся.
Повесив трубку, Лара обнаружила, что бабушка стоит за ее спиной.
— Ты назначила свидание? — поинтересовалась она.
— В субботу я обедаю с Бобом в «Томасине». Вряд ли это можно назвать свиданием.
— А как же в таком случае это называть? — спросила Роуз, улыбаясь.
— Встречей старых друзей.
— Придется нам с Кэлом поужинать в одиночестве. Ты купила в городе все, что хотела?
— Да, вот лекарство. Доктор Понтер сказал, что его надо начать принимать немедленно.
И Лара выудила из своей сумки пузырек. Роуз взглянула на него с отвращением.
— Я уже и так принимаю столько пилюль, что скоро буду погромыхивать на ходу. — Но тем не менее она шагнула к раковине и налила себе стакан воды.
— Тебе необходимо в самое ближайшее время пойти к нему на прием, — решительно заявила Лара.
— Хорошо, хорошо, — раздраженно пробормотала Роуз. — Ты могла бы дать сто очков вперед твоему дядюшке Рону, а уж он всегда вцеплялся мертвой хваткой.
Последующие несколько дней прошли спокойно, без каких-либо особых происшествий. Лара занималась бухгалтерией, а Роуз, как обычно, суетилась по хозяйству. Оказалось, бабушка многое забывает, чего раньше с ней не бывало. То забудет разморозить продукты, то засунет в холодильник остатки пищи, которым место в помойном ведре. Лара ходила следом за Роуз, исправляя все промахи. Она с тревогой отмечала про себя, что бабушка все больше нуждается в посторонней помощи.
Кэл каждый вечер, свежевымытый и аккуратно причесанный, являлся к ужину. И Лара каждый раз ловила себя на том, что прислушивается к его шагам, наблюдает из окна, как он, широко шагая своими длинными ногами, пересекает луг или же с необычайной легкостью несет на могучих плечах какой-нибудь тяжелый груз. Очнувшись и осознав, что она снова смотрит на Кэла, Лара поспешно отворачивалась.