Истинная для чудовища (СИ)
— О чем ты сейчас думала? — подозрительно спросил Киро, а я покраснела. Хорошо, что сейчас ночь, и парень не видит мои пылающие щеки, иначе у меня не вышло бы соврать.
— Так о Джордже, — весело отозвалась я и засмеялась, когда фавн скривился, будто съел прокисший суп.
— И что же именно о нем можно думать? — Вся веселость слетела с лица фавна, уступив место недовольству.
Я вспомнила утренний приход Джорджа и его странное поведение. Все-таки нужно уточнить, не приложил ли фавн к этому руку. Вдруг он опять насылает ему видения, только уже с иным содержанием.
— Киро, я заметила за ним несвойственные ему поступки по отношению ко мне, и теперь гадаю, не стал ли ты этому причиной?
Я посмотрела на небо, пытаясь перевести дух, пока Киро раздумывает над ответом.
— Он тебя снова обижал? — настороженно уточнил фавн.
Мотнув головой, я все же посмотрела на Киро.
— Нет, наоборот, он меня защитил на днях. А вчера пришел под калитку с просьбой выйти к нему.
Фавн застыл и тихо проговорил, не отрывая от меня взгляда:
— Нет, красавица, я ничего с ним не делал. Но если он хоть пальцем тебя тронет, я оторву ему уши.
Тон фавна был спокойным, но за ним таилась реальная угроза. И боюсь, одними только ушами он не обойдется.
Киро привел меня к озеру и улыбнулся. Я окинула взглядом местность и застыла в изумлении: над темной водой летали светлячки. Будто маленькие звезды, они отражались в водной глади, как в зеркале. Местами над озером плыл туман. Полная луна освещала сказочное место и прокладывала серебряную дорожку по спокойному озеру, как будто манила зайти искупаться. Я сделала пару шагов к воде, но остановилась. Ночью купаться в озере не самая хорошая идея. Обернувшись, я увидела Киро, который улыбался одним краешком губ.
— Это же сон, Амедеа, здесь не опасно, забыла? — объяснил мне фавн как маленькому ребенку, а я фыркнула. Вечно он подлавливает меня на таких моментах.
— Да я вовсе не боюсь! — гордо задрав нос, сказала я и зашла в прохладную воду.
Длинная сорочка намокла, но это меня не остановило. Я заходила все дальше на глубину, и восторг наполнял мою душу до краев. Окунувшись по плечи, я оторвала ноги от дна и поплыла. Доплыв до середины озера, я перевернулась на спину и расслабилась. Надо мной простиралось бескрайнее небо с миллиардами звезд. Туманная дымка обволакивала, словно живая, и из-за нее я не видела берега. Разглядеть фавна тоже не вышло.
— Киро! — позвала я его полушепотом. Но никто не отозвался, лишь вдалеке послышался всплеск воды, будто вскинулась рыба.
Я лежала на воде и млела от удовольствия, как вдруг чьи-то руки схватили меня за талию. Не успела я завизжать, как рядом вынырнул Киро с шаловливой улыбкой.
— Испугалась, русалка? — Не отпуская мою талию, он всматривался в мои глаза.
— Вот еще! — ответила я с вызовом, но внутри почему-то смутилась.
Может, причиной тому была его близость, или же взгляд, от которого участилось дыхание. Его лицо было в дюйме от моего, и я, кажется, даже перестала дышать, охваченная волнением этого момента. Сотни мыслей пронеслись в голове за эти секунды, и когда его лоб соприкоснулся с моим, а наше жаркое дыхание сплелось, я не нашла ничего лучше, чем проснуться. Ну что за несправедливость? Ответа на этот вопрос я не нашла… В этот раз даже петух промолчал.
Встав с постели, я подошла к окну, в которое уже заглядывал рассвет, и прикоснулась к губам. Почти поцелуй. Мне стало очень досадно, что не хватило какого-то мгновения, чтобы узнать, как это: ощутить его губы на своих. Почему-то казалось, что это было бы прекрасно. Все потому, что мне до безумия хотелось нашего поцелуя. Хоть это неправильно, но желание уже укоренилась в моей душе и требовало выхода. Не став развивать дальше эту мысль, я загнала ее на задворки памяти и принялась одеваться. Когда со сборами было покончено, я вышла на кухню. Дедушка уже был собран и как раз набирал сушеных трав из горшочка для чая, которые тонким ароматом заполнили кухню и сделали утро более уютным.
— Ох, Амедеа, ты уже встала? Доброе утро! — Он, не посмотрев на меня, возился с травами, а я быстренько взялась делать тесто на блины.
— Да уж, утро доброе! — громко сказала я и прошипела вдогонку: — Что б его…
Я выгрузила на стол горячие оладьи и села напротив деда, рассерженно подперев голову кулаками. Весь мой вид демонстрировал злость на такую вопиющую несправедливость, как ранний подъем сегодня. Это как показать ребенку конфету и не дать съесть. Бесит-то как!
— Что за черт тебя покусал с утра? Пыхтишь как тот чайник. — Дед лукаво всматривался в мое лицо, а я упрямо вздохнула еще раз.
— Да сон дурной приснился.
Я усмехнулась про себя, подумав, что Киро там тоже не легче. Хотя… Может, мне просто хотелось так думать, а он себе спокойно веселится как ни в чем не бывало.
Отказываться от завтрака я не стала — не в моей привычке морить себя голодом. В любой критической ситуации аппетит у меня не только не пропадает, но и в сто крат увеличивается. Хотя многие девки с нашей деревни старались похудеть, ограничивая себя в еде. Но это не про меня. Если я съем только гроздь винограда за день, то к вечеру упаду в голодный обморок, и сил на работу не останется. Другое дело они — чтобы валяться на перине много усилий не требуется.
Я открыла дверь, вышла на порог и медленно обвела двор глазами. Мой взгляд зацепился за то, чего быть возле нашего дома никак не должно. Подойдя ближе, я увидела красивую корзину, в которой ютились дюжины три куриных яиц. Рядом стоял большой кувшин, внутри него было молоко. Вот дела! Я задумалась, это кто же такой щедрый?
Не став привередничать, я подхватила корзинку и занесла в дом. Встретив удивленный взгляд деда, пожала плечами. Сама не знаю, от кого такие щедрые подарки. Но дед как будто о чем-то догадался, ведь по его лукавому взгляду и ухмылке было видно, что он таки знает, кто наш щедрый даритель.
— Амедеа, я смотрю, голодными мы не останемся — то рыба, то молоко с яйцами. Ты молодец! Такие ухаживания и мне нравятся, я бы сходил на свидание с таким ухажером. — Дед, похихикивая, поднялся с табурета.
— Вот и сходи, дед, тебе не помешает развеяться, — благосклонно разрешила ему я.
Тот лишь почесал седой затылок, хмыкнул и ушел на мельницу. Я же осталась стоять, растерянно рассматривая нежданный гостинец.
Солнце уже было высоко, когда я, завязав соломенную шляпу под подбородком, вышла на улицу. В лицо дыхнул горячий воздух жаркого дня, давая почувствовать разницу с прохладой дома. Я прикрыла маленькую калитку, обвитую дикими розами, и пошла к Паолине. Нужно было помочь ей с каким-то делом. Чего она хотела и зачем напускать такую таинственность, я не знала, но все же упрямо шла, превозмогая крутой подъем и жару. Шагнула на мостовую и почувствовала, как за запястье меня схватила чья-то рука. Резко обернувшись, я онемела: Джордж, чтоб его! Тот стоял, лениво улыбаясь, и, по всей видимости, не собирался отпускать мою руку. Я равнодушно посмотрела на запястье.
— Чего тебе надо, умалишенный? Зачем хватаешь здоровых людей? — Я попыталась отцепить от себя его пальцы.
Не став отвечать на мой вопрос, он задал свой:
— А куда так спешить? Я еле угнался за тобой! — Он все так же крепко держал меня, и я сделала вид, что сдалась.
— Я не виновата, что ты хилый такой. За мной даже улитка угнаться может. — Я тыкнула пальцем в траву, где притаилась упомянутая, и продолжила: — Вот и спроси у нее совета, как бегать быстрее, а мне пора!
Я все-таки вырвала из захвата свою руку, но только обернулась, как парень схватил меня опять, на этот раз за плечо:
— Амедеа, да остановись же ты, я ж ухаживать пытаюсь, так, как ты и учила! А ты брыкаешься! Кстати, понравился подарок?
Он самодовольно ухмыльнулся, а до меня дошло, от кого был сюрприз.
— Ах, так вот откуда такие щедрые подношения? — елейным голоском произнесла я. — И ты встал в такую рань, чтобы поухаживать за девкой вроде меня?