Четвертый с Фринагара. Ад во мне. Дело вкуса. Пропавший Ромни. Охота за сокровищем.

— Прошу!
Я открыл дверцу и машинально взглянул на окна своей спальни — с того места, где мы остановились, они были хорошо видны — и вдруг мне показалось, будто там, за темными стеклами, мелькнул и сразу погас слабый огонек.
— Либо вы подожгли мне ресницы, — сказал я Банни, — либо здесь происходит что-то еще более странное, чем на «Фринагаре».
Не успел я закончить фразу, как за окном опять что-то блеснуло. Было похоже, что в комнате чиркают спичкой или зажигалкой. А присутствие людей в моей спальне в этот тихий предутренний час могло означать лишь одно: мне грозит опасность!
  
Глава 5
 
— Что случилось? — спросила Банни.
— Не знаю… Наверное, просто показалось.
Поразмыслив несколько мгновений, я сказал:
— Дорогая Банни! Вы, разумеется, получите свою порцию на сон грядущий, но пока оставайтесь здесь. Никуда не выходите из машины.
— Что же все-таки случилось, Шелл? — взволнованно спросила она.
— Все будет в порядке, не волнуйтесь. Я только схожу и посмотрю.
Я осторожно вышел из машины, тихо прикрыл дверцу и, прежде чем перейти на противоположную сторону улицы, внимательно осмотрелся. Ничего подозрительного, Россмери-стрит была совершенно пустынна, как обычно в эти предутренние часы. Я перешел улицу и вошел в вестибюль отеля. Там никого не было, если не считать ночного дежурного.
— Кто-нибудь приходил ко мне сегодня вечером? — спросил я.
Он покачал головой.
— И вы никого не впускали в мой номер?
— Разумеется, нет! — Дежурный пытливо взглянул на меня. — Что-нибудь случилось?
— Пока не знаю. Вы можете выключить свет в коридоре второго этажа?
— Конечно! — Он показал на рубильник.
— Вот и отлично! Дайте мне ровно минуту времени, а потом выключите свет. А через тридцать секунд после этого позвоните ко мне по телефону. Давайте длинные гудки с короткими промежутками. Ясно?
— Ясно… Но что это…
— Если кто-нибудь подойдет к телефону, скажите, что меня вызывают на междугородную.
Он, разумеется, был очень удивлен, но сказал, что выполнит все в точности. Я взял у него ключ, поднялся на второй этаж и, бесшумно ступая по мягкому ковру, направился к своему номеру. Когда я подошел к нему, в коридоре погас свет.
Мужской голос за дверью тихо произнес:
— Что за чертовщина?!
— Ты о чем? — Голос второго был более низким и не таким четким. Казалось, что человек говорил, почти не открывая рта.
Сердце у меня в груди учащенно заколотилось. Ну что ж, теперь я знаю, что в моей комнате находятся по меньше мере двое мужчин. И на визит вежливости это отнюдь не похоже.
Из-за двери вновь послышался приглушенный голос:
— Свет, что ли, где-то погас? Кажется, в коридоре.
— A-а, заткнись! — Довольно невежливо прервал его второй.
Через несколько секунд в моем номере зазвонил телефон и в это время я нажал на дверную ручку. Дверь была заперта. Я подождал следующего звонка, вставил ключ в замочную скважину и, повернув его, слегка приоткрыл дверь.
В наступившей затем тишине один из моих незваных гостей отчетливо выругался и добавил:
— Черт возьми! Я чуть было не выскочил из собственной шкуры!
— Тебе сказано, заткнись!
Я опустил ключ в карман, достал кольт и зажал его в правой руке. Судя по тому, откуда доносились голоса, они сидели на диване, всего в нескольких футах справа от двери, это было ближе, чем мне хотелось бы, но пришлось смириться.
Снова зазвонил телефон. На этот раз он позволил мне открыть дверь настолько, чтобы проскользнуть в комнату. Я замер, затаив дыхание и чувствуя, как кровь молоточками стучит у меня в висках.
Все, кажется, прошло благополучно — ни неожиданного возгласа, ни резкого движения. Я нащупал выключатель на стене и повернул его.
Яркий свет словно резанул по глазам, заставив на мгновение зажмуриться, но я все-таки успел заметить незнакомого парня, вскочившего с дивана. Это был здоровенный детина.
Как только зажегся свет, он прыгнул на меня.
Блеснуло длинное лезвие ножа. Руку парень держал у бедра и сразу же выбросил ее вперед, целясь мне в живот.
 
Я уже давно изучил, как должен вести себя человек, чтобы уклониться от такого удара, и сейчас сделал это почти автоматически. О пистолете в моей руке я даже, забыл.
Когда блестящая сталь промелькнула там, где мгновением раньше стоял я, мне даже не пришлось резко разворачиваться, чтобы ударить бандита по предплечью ребром левой ладони. В следующий миг моя правая рука сжала его кулак. Пистолет отлетел в угол, но мне было сейчас не до него… Резкий рывок, и я услышал, как затрещали сухожилия и связки. Противник мой завопил от боли, нож выскользнул из его ослабевших пальцев и упал на пол.
Все, что я здесь описал, произошло за какие-нибудь три секунды, не больше. Вопль верзилы со сломанной рукой, казалось, взорвал тишину и вызвал к действию второго гангстера — маленького противного человечка с крысиной физиономией. Он процедил сквозь зубы ругательство и кинулся на меня.
Я еще сильнее дернул верзилу за больную руку и бросил его на коротышку. Коротышка пошатнулся. И тут мой кулак, словно свинцовый молот, врезался в его подбородок. Послышался треск крошащихся зубов. Он взмахнул руками и навзничь рухнул на ковер, застыв там в неудобной позе.
Верзила попытался было приподняться, но неосмотрительно оперся на сломанную руку и с мучительным воплем снова упал.
Я почувствовал некоторую вялость, руки дрожали, ноги сделались ватными. Это была естественная реакция на только что перенесенные волнения. Добром это не кончится — рано или поздно, заработаю себе инфаркт.
Я поднял пистолет и сунул его обратно в плечевую кобуру. Потом положил нож на длинный низкий кофейный столик и обыскал гангстеров. В результате обыска к ножу присоединились кольт сорок пятого калибра, еще один пистолет поменьше, два бумажника и связка ключей. В моем кармане все еще лежал пружинный кастет Джо Наварро. Его я тоже приобщил к коллекции. После этого отправился на кухню, отыскал бутылку бурбона и плеснул его в стакан. Я редко пью чистое виски, но сейчас сделал это с удовольствием.
Вернувшись в гостиную, я сел на диван и исследовал бумажники, но кроме денег, — в общей сложности двести двадцать три доллара — ничего там не нашел. Ни документов, ни водительских прав, ничего! Впрочем, и так было ясно, что это лишь наемные убийцы, которым кто-то поручил расправиться со мной.
Я закурил сигарету. Бурбон приятно согрел желудок, и я уже почти пришел в норму. Беспокоили меня только суставы пальцев правой руки. Они распухли и болели.
Вдруг за моей дверью послышался какой-то шорох, а затем раздался робкий стук.
Я замер и снова вынул кольт из кобуры. В комнате меня поджидали двое, но вполне вероятно, с ними был еще кто-нибудь. А вдруг это Банни устала ждать меня в машине? Тем не менее, рисковать я не мог и осторожно приблизился к двери. Переложив пистолет в левую руку и держа его наготове, правой я нажал на ручку двери и, рывком распахнув ее, сразу же отскочил в сторону.
Но это был не мужчина. И не Банни. Передо мной стояла Элейн Эмерсон!
  
Глава 6
 
Лицо Элейн было бледным, и без того большие глаза сейчас казались огромными и словно подернутыми туманом. Мягкий огонек в них погас, и от этого они стали еще темнее.
Увидев пистолет в моей руке, она вскрикнула.
— Элейн… — пробормотал я, пряча пистолет. — Как… Как вы сюда попали?
Она вошла в гостиную и снова испуганно вскрикнула. Потом дрожащей рукой показала на что-то на полу.
Лишь только сейчас я вспомнил о двух поверженных гангстерах, лежащих на ковре.
— Простите, Элейн… Ради Бога, простите! Здесь немного не прибрано.
Рука ее безвольно повисла, и она взглянула на меня.
— Что здесь… Что здесь…
— Садитесь, Элейн. — Я подвел ее к дивану, усадил поудобнее, так, чтобы она не могла видеть гангстеров. — Одну минуточку. Я должен… слегка навести порядок.