Четвертый с Фринагара. Ад во мне. Дело вкуса. Пропавший Ромни. Охота за сокровищем.
Я буквально потерял дар речи, а Сильвермен, выдрав оставшиеся листья из деревянного переплета и бросив их, повернулся ко мне с приятной улыбкой на лице.
— Я точно не знаю, сколько лет было этому манускрипту. Знаю только, что до того, как попасть ко мне, он пролежал несколько столетий в одном из индийских монастырей.
Ошеломленный, я долго стоял, уставившись на него и наконец выдавил из себя:
— Как… как вы могли? Ведь это бесчеловечно!
— Вы ошибаетесь, мистер Скотт! В этом мире все человечно! Надеюсь, мне нет необходимости разъяснять вам мою точку зрения?
Я молча пошел к выходу. На полпути остановился и, обернувшись, сказал:
— Вы уже разъяснили мне, уважаемый! Даже более того. Но, по-моему, немного перестарались. Слишком усердно пытались меня запугать. Сдается, что я искал убийц Белдена не там, где следовало. Вероятно, нужно было начинать с вас.
Наши взгляды встретились, и несколько секунд мы пристально смотрели друг на друга. Затем он сжал губы и тихо сказал:
— Идиот! Какой идиот!.. Вон отсюда!
Глава 15
Когда я проснулся и вышел в гостиную, день уже клонился к вечеру. Пока Элейн возилась на маленькой кухоньке, что-то напевая себе под нос, я присел на кушетку. Через час заставил себя проглотить несколько ложек овсяной каши, выпил чашку черного кофе и собрался уходить.
Прежде, чем покинуть гостеприимный «Стью-Везент», я позвонил в комиссию по расследованию убийств. Когда я представился сержанту, снявшему трубку, он рявкнул густым басом:
— Где вы пропадаете? Капитан все утро разыскивает вас!
— А что ему нужно?
— Сейчас его позову. Не вешайте трубку.
Через минуту в трубке послышался голос Сэма:
— Шелл!
— Угу. Что случилось?
— Куда ты запропастился? Звонил и в твое бюро, и на квартиру, и в другие места, где ты любишь околачиваться. В конце концов подумал даже, что тебя наконец пристукнули.
— А к чему вся эта паника?
— Никакой паники. Просто любопытные новости. И все вертится вокруг твоей личности. Видимо, некоторым людям просто-напросто ты встал поперек горла.
— Я уже многим вставал поперек горла.
— Все это не то… Дело в том, что мне недавно звонил начальник полицейского управления. Сам звонил, понимаешь? И принялся задавать разные вопросы о тебе, как на викторине.
— Что за вопросы?
— В основном о твоем характере, репутации, о том, не слишком ли часто пускаешь в ход свой кольт… Мне пришлось сообщить ему о гангстере, которого ты пристрелил вчера.
— А ты сообщил ему, что этого гангстера наняли убить меня?
— Конечно! И, тем не менее, чувствую, что под тобой скоро начнет гореть земля, Шелл.
Да, вот таким он был всегда, старина Сэм. О том, что ему становится слишком жарко, он не сказал ни слова!
— Некоторые весьма влиятельные люди намекают на то, что тебя давно нужно лишить лицензии…
— Угу. И знаешь, кто за этим стоит?
— Нет. Но догадываюсь. Капитану Роберту Госсу вряд ли понравилась та миленькая экзекуция, которую ты учинил над ним. А ведь у него очень большие связи!
— Возможно, Сэм. Но мне все-таки кажется, что это Сильвермен.
— Не принимайся за старое, Шелл!
— Я навестил его сегодня ночью.
— Что-о???
Голос Сэма почему-то напомнил мне рев медведя, разбуженного посреди зимней спячки. Потом ров перешел в какое-то урчание, и, наконец, к Сэму вновь вернулась способность говорить по-человечески.
— Значит, ты и его навестил? — сказал Сэм со странным спокойствием. — И, надеюсь, тоже пристукнул, как Госса? Во всяком случае, почесал о него свои кулаки?
— Нет, мы просто побеседовали.
— Знаешь что, Шелл? Приезжай-ка лучше ко мне.
— Нечего не имею против… Кстати, а не может случиться так, что я приеду и получу возможность лицезреть мир только через решетку?
— Ордер на твой арест не получен. Пока что. Да, я тебе хотел сообщить еще кое-что. Мы установили личность женщины. Той, что выбежала из дома Белдена после убийства.
Я весь сжался. Элейн, сидевшая рядом со мной на диване, сразу это заметила.
— Что случилось, Шелл?
Я ничего ей не ответил, а лишь сказал в трубку:
— Вот как? И что же это за последнее издание «Женщины в белом»?
— Эта женщина — Элейн Эмерсон, сводная сестра убитого.
— Как вы узнали?
— Эмерсон видели с Белденом в ночь, когда его убили, на «Фринагаре», и на ней было белое платье. Она ушла вместе с братом, а потом исчезла. Делом Белдена занялись Роулинс и Симпсон. Твои показания о событиях прошлой ночи многое прояснили. Они попытались разыскать Наварро, но безуспешно. Зато познакомились с его партнершей по танцам Бернайс Уэйд… Ты ее знаешь, Шелл?
— Да… — невнятно промычал я. — Кажется, немножко знаком.
— Хорошо, что не солгал! Может, добавишь подробности?
Выбора у меня не оставалось. Он наверняка уже немало узнал из рассказа Банни.
— Добавлю, Сэм, — сказал я. — Сейчас приеду.
— Подожди, не вешай трубку, Шелл! Если ты знаешь, где сейчас находится Элейн Эмерсон, лучше скажи мне сразу. — Он замолчал, видимо, ожидая моего ответа, но не дождавшись, продолжил: — Скажу тебе откровенно, Шелл, на этот раз ты попал в очень неприятную историю. Стоит тебе сделать один неверный шаг — и будешь выращивать помидоры в какой-нибудь глуши. Да и то только в том случае, если повезет.
— Послушай, Сэм…
Но он уже вышел из себя и не дал мне договорить:
— Если ты скрываешь местонахождение этой женщины, если хочешь сделаться соучастником преступления, если сам напрашиваешься на неприятности, идиот ты этакий, то мне…
— Ну зачем же так кипятиться, Сэм? Повесь трубку и успокойся! Я буду у тебя через полчаса.
Он тяжело вздохнул.
— Ну что ж, давай, кати сюда! Только будь осторожен в дороге!
— Конечно, Сэм. — Я мгновенно оценил его последнюю фразу и сказал: — Но если случится худшее, не очень-то расстраивайся. Я всегда любил выращивать помидоры.
Он сочно выругался и бросил трубку на аппарат с таким треском, что чуть не оглушил меня.
Я повернулся к Элейн.
— Полиция напала на твой след и ей известно твое имя.
Элейн приняла новость совершенно спокойно.
— Надо отдать им должное, они не зря едят свой хлеб. А что еще тебе удалось узнать?
— Долго рассказывать. Положение чертовски усложняется. Ты нужна полиции как свидетель, и рано или поздно они тебя найдут. Стоит только этому случиться, о твоем местонахождении тут же узнают гангстеры и тогда…
— А зачем этим преступникам убивать меня? Ведь я их даже не видела в лицо!
— Но они-то об этом не знают! И, разумеется, сделают все, чтобы убрать с дороги такого опасного свидетеля.
Перед уходом я включил телевизор, и мы прослушали новости. Имя Элейн Эмерсон почти не сходило с уст комментатора. А напоследок он даже добавил, что этой ночью ее видели в обществе Шеллона Скотта, частного детектива из Лос-Анджелеса.
Элейн с тревогой взглянула на меня, но не сказала ни слова.
Сэм сидел в своем кабинете за столом и с мрачным видом жевал незажженную сигару. Кроме нас в кабинете никого не было, и я выложил ему все, что знал сам, добавив, что Элейн Эмерсон является моей клиенткой.
Когда я закончил, Сэм спросил:
— Вот и отлично! И где же она?
— Откуда я могу знать?
— Опять начинается игра в жмурки! Ну, хорошо, не хочешь — не говори.
Это было не похоже на Сэма — он так легко не уступает. Впрочем, мне казалось, что он и не собирается уступать. Поэтому я быстро постарался переменить тему.
— Кстати, о повышенном интересе ко мне со стороны твоего начальства. Наверное, организована кампания с целью устранить меня любыми методами — официальными и неофициальными. Значит, за всем этим стоит человек, имеющий огромное влияние и такие же огромные деньги. Наемные убийцы стоят дорого, а за последнее время уж слишком много их крутится вокруг моей скромной персоны.