Э 7 (СИ)
— Одаренные? — хмыкнула Владлена, облокотившись о стол. — Встречали мы таких, считающих себя избранными. Одного еле грохнули.
— Значит вам попадались одноразовые. — в ответ усмехнулся я. — Но даже такие бывают очень опасны. Например я — могу полностью пропускать через себя любые твердые объекты и электричество. Пули, осколки, дробь… ножи — все это не причиняет мне никакого вреда. К тому же я могу проходить сквозь стены.
— Значит обычным оружием тебя не убить? — спросила настороженно Владлена.
— И необычным тоже. — кивнул я. — Не утопить, не отравить газом, не… множество других «но». Пробовали. Хотя сейчас это не так важно. Главное — я на вашей стороне, что уже доказал — избавив вас от рептайдов.
— Мы бы и сами справились. — заметил один из ветеранов. — Завалили бы лестницу мебелью, и они дальше третьего этажа не прошли.
— Согласна, нас не в первый раз штурмуют. — кивнула Владлена. — К тому же, сколько мы не видели «одаренных» вам все мало. Все время они что-то хотят и требуют. Один урод коллекционировал маленьких девочек. Другая — спасала детей, называя себя Мамой, уводила их от выживших родителей. Утверждала, что с ней им безопаснее, а сама пожирала их души.
— У нас на дворе апокалипсис, всем приходится чем-то расплачиваться за безопасность. — мрачно заметил я. — Мне тоже встречались разные уроды, но это не значит, что нужно терять веру в людей. Иначе бы я просто прошел мимо.
— Мы бы справились. — гордо произнес ветеран, но осекся под взглядом лидера.
— Допустим, ты хочешь помогать людям. Тебя твой дар повернул в эту сторону. — усмехнулась Владлена. — Нам повезло. Но это не значит, что с остальными будет так же. Вы нелюди, как и остальные твари что хотят нас сожрать. И все же я готова с тобой сотрудничать.
— Это ты мне сейчас одолжение делаешь? — спросил я, с трудом сдерживаясь. — Что ж. Удачи вам, всего наилучшего.
— Стой! — каким-то шестым чувством поняв, что я готовлюсь телепортироваться Владлена разом сменила тон. — Погоди, я не права. Мы бы и в самом деле справились сами, а появление каждой новой силы в первую очередь вызывает агрессию и опасения…
— Но информация вам важнее гордости? — понимающе усмехнулся я.
— Да. — нехотя признала Владлена.
— В таком случае одной картой вы не расплатитесь. — холодно ответил я.
— Наши припасы только для своих. — тут же возразил один из ополченцев, начальница хотела что-то сказать, но я поднял ладонь, останавливая ее.
— Мне не нужны ваши патроны или еда, у меня своего добра навалом. — сказал я, одним движением извлекая из подпространства квадроцикл, а затем убирая его обратно. Несколько секунд я откровенно наслаждался вызванным эффектом, и выпученными от удивления глазами военных. — Карта, подробная информация о регионе и точки гибели одаренных. К слову, что случилось с детьми, которых вы забрали у «матери»?
— Почти все они погибли. — нехотя признала Владлена. — Она свела их с ума, искривила души, так что они бросились с оружием на собственных родителей. Некоторых удалось взять живыми… спустя почти неделю ломки они начали приходить в себя.
— Интересный эффект. И какая сейчас там аномалия? — спросил я.
— Туман, заставляющий бросаться на окружающих с оружием. Если человек заходит один — то просто садится в центр области и сидит там, улыбаясь, пока не умрет. Если появляется кто-то другой — атакует. С животными и монстрами та же история. — рассказала Владлена, расстилая на столе туристическую карту Москвы с кучей пометок на северо-востоке. — После этого мы поняли, что убивать одаренных надо вдали от жилья.
— А где ее убили? — уточнил я.
— В этом доме, на пятом этаже, над продуктовым. — указала Владлена. — От облака не помогают ни противогазы, ни полный костюм химзащиты. Так что дело не в воздухе.
— Если аномалия воздействует непосредственно на разум, я справлюсь. Блокаду получил, да и есть свои хитрости. — ответил я, не став вдаваться в подробности. — Что с любителем гаремов?
— Его мы прикончили на пустыре, где раньше был парк. Пришлось закопать урода заживо, а то он воскресал дважды. — усмехнулась предводительница поселения, показав на отметку. Я сравнил ее с предыдущей — над обеими стояли значки с черепами. Впрочем, таких мест было штук двадцать, вряд ли они убили столько одаренных.
— Какая после него осталась аномалия? — спросил я, запоминая метки.
— Это сложно описать… когда кто-то или что-то туда заходит, его разрывает на части. Словно когтями режет. — передернув плечами от воспоминания произнес один из ветеранов.
— Ну что, стоят наши сведенья небольшой истории? — сверля меня взглядом спросила Владлена. — Ты же карту уже запомнил, пора и свою показать.
— С некоторых пор у меня некоторые проблемы с запоминанием всего подряд. — невесело хмыкнул я, вспомнив о Тали. — Придется переносить все на Коммуникатор. Заодно можете спрашивать, а я постараюсь ответить… что смогу.
— Если у вас есть штаб, да еще генеральный — сколько там выживших? — жадно спросила Владлена.
— Около десяти тысяч. По крайней мере столько было на момент моего ухода. Еще полторы тысячи в СВР и столько же — в Яснево. Примерно по тысяче еще в нескольких поселениях… сколько сейчас в аэропорту Остафьево — не знаю. Наверное, не меньше тысячи. — ответил я, занося себе на КПК информацию.
— Все? — выждав несколько секунд нетерпеливо спросила Владлена.
— Да, это все выжившие юго-запада о которых мне известно. Говорили о Зеленограде, но с ними нет связи. Но вот и с вами тоже не было, так что не факт. Может кто-то остался. — сказал я, пожав плечами. — Вот этот значок, с черепом?
— Здесь туманники, твари с щупальцами которые создают облако вокруг себя. Оружия не боятся а вот огнеметы на них действуют безотказно. — сказала Владлена.
— А, спруты. Так называемые паразиты, довольно безобидные твари если к ним не лезть, или если закидывать гранатами и коктейлями издали… ну или если есть молния. — кивнул я, делая пометку. — Здесь?
— Черепахи. Логово. — сказала военная, нахмурившись. — Что с эвакуацией? Где росгвардия и МЧС из других городов?
— У себя в городах. Надеюсь. — не весело усмехнулся я. — Помощи ждать не стоит. Взяться ей неоткуда, и мы здесь сами по себе. Что здесь?
— Что значит сами по себе? — вмешался в разговор ветеран, но я молча ждал, указав пальцем на интересующую меня точку.
— Здесь было поселение… потом они заразились какой-то дрянью. Все изошли червяками. Больше мы туда не совались. — ответила Владлена. — Так в чем дело? Почему нам никто не поможет? Такое во всей стране? Во всем мире?
— Нет. К счастью, нет. Хотя сейчас я уже ни в чем не уверен… если по-простому — мы отрезаны от остальных, и пока помощи не будет. Потом, возможно, ситуация изменится и все станет понятней, но пока даже смысла надеяться нет. — сказал я, ставя у себя отметку в виде пчелы. — По поводу поселения, скорее всего там теперь улей. Шершни вырастают до полутора метров в длину, если отожрутся. Хорошая новость в том, что их личинки перестают быть агрессивны, когда улей уже сформировался. Но без защиты лучше ходить только по асфальту.
— Значит эти черви — личинки? — с отвращением спросил ветеран, кивнув я показал на следующую пометку, где несколько зданий были обведены в одну область.
— Поселение. Было. Что там теперь неизвестно. Две группы ушло, ни один не вернулся, хотя там были опытные разведчики. — ответила Владлена, заставив меня так же обвести здания и пометить знаком опасности. Мне сейчас не до того, чтобы разбираться, что это может быть за дрянь. — Значит припасы — только то, что найдем?
— Верно. Найдете, наладите собственное производство или придумаете как приспособить изменившиеся условия под себя. — сказал я, и по взгляду военной понял, что она в отчаянье. — Не все так плохо. В одном из поселений местные с помощью феромонов умудрились приручить шершней. В другом — прикормив кристаллида золотом, договорились о сотрудничестве в обмен на тяжелые металлы.