Позывной «Хоттабыч» 4 (СИ)
— Охренеть — не встать! — Гулко выдохнул Кощей, поднабравшийся от меня дурацких присказок. — Да ты еще и Артефактор-Восстановитель, старик… Это просто уму непостижимо!
Глава 7
Вжик! Вжик! Вжик! — Командир невозмутимо пластал камень восстановленным мною кинжалом на тоненькие ломтики, словно податливую колбасу, абсолютно не прилагая никаких усилий. Сверкающее бронзовое лезвие, собранное из нескольких кусков, прежде разрозненных, а теперь соединенных в одно целое при помощи Магии, тупиться не собиралось, продолжая вгрызаться в твердую оплавленную породу с прежней интенсивностью. — Вжик! Вжик! Вжик!
— Командир, — взмолился я, не в состоянии наблюдать за этой монотонной «работой», — может, хватит уже издеваться над этим ножичком? И так видно, что он, сука, не тупится! Он, похоже, самозатачивающимся стал!
— Почему же стал? — произнес Кощей, который, в отличие от меня, с настоящим интересом ученого-натуралиста наблюдал за Головиным, усевшись прямо на теплую землю. — Если верить древним легендам, этот кинжал и до своего уничтожения мог легко разрезать даже алмаз! Старикан просто восстановил как его физическую форму, так и Магические свойства.
— Так тебе известна история этого кинжала? — Князь, наконец-то, остановился и посмотрел на Великана.
— Известна, — не стал скрывать Кощей. — Только этот кинжал был специально уничтожен — разбит на куски еще до моего рождения. Я даже не знал, что его части хранились здесь, в Агартхе.
— Даже так? — заинтересованно произнес командир. — Его специально уничтожили? С какой же целью? Вернее, что в нем было такого опасного?
— Этот кинжал в свое время выковал сам хромоногий Гефест, — велеречиво пояснил Кощей, — затаив обиду на Богов, низринувших его за физические уродства со сверкающего величием Олимпа.
— Не маловат ли ножичек для лапы Асура-Великана? — Указал я Кощею на явное несоответствие — кинжал предназначался для человеческой руки.
— Гефест, кто угодно, только не воин и не убийца. — Мотнул лобастой головой, украшенной костяными наростами Кощей, — Гефест — кузнец! Гефест — творец! Гефест — гений-оружейник, в конце-то концов! Он сделал этот кинжал для одного из Героев, так же люто ненавидящего все Олимпийское сборище… Но история не донесла до нас его имя.
— Хочешь сказать, что я этой «зубочисткой», легко смогу распластать Асура, типа тебя, твое бессмертие, как банальную ливерную колбасу? — Так же, как и я, усомнился в достоверности «легенды» князь Головин. — Да с такой длиною лезвия я даже тебе до сердца не достану…
— Гефест не ставил перед собой задачу создать орудие убийства, — ответил Великан.
— Тогда для чего был создан этот кинжал, если не убивать? — Недоумевал командир. — Это ведь оружие?
— Я понимаю твое недоумение, — продолжил Кощей, — оружие, дейчствительно, должно убивать. Но Гефест хотел не убить, Великий Кузнец-Артефактор хотел отмстить! И хотел насладиться сполна результатом этой мести. А мертвые сраму не имут, князь, если ты понимаешь, о чем я? Этот кинжал, получивший имя «Заступник Отверженных», погруженный в плоть уничтожал всю Энергетическую Систему Асура, лишая его Дара и доступа к Магии! Превращая, по сути, в презренного простеца-смерда. А что может быть страшнее смерти для Всесильного Бога? Только превращение в жалкого и никчемного отщепенца, не способного даже на минимальное Энергетическое Воздействие!
— Хм… — Командир другими глазами посмотрел на медное лезвие кинжала. — А с современными Магами как он работает? Так же лишает их Дара?
— Не могу тебе этого сказать. — Пожал плечами Асур. — Все происходило задолго до появления людей. Через какое-то время Гефест примирился с Богами и даже ковал для них в последствие оружие для Титаномахии — те же молнии Зевса. Не будь его, не было бы и победы Богов над Титанами, и эти Монстры по сей день бы правили землей.
— А ножичек? — поинтересовался я дальнейшей судьбой «Заступника Отверженных».
— После примирения Гефест преподнес этот кинжал Зевсу, не только, как акт доброй воли, но и как напоминание… Верховный Олимпиец внял этому предупреждению и на глазах Великого Кузнеца разбил опасный Артефакт на куски, которые повелел уничтожить.
— Выходит, что кто-то хранил осколки столько времени и даже притащил их в Благословенную страну, — подытожил командир. — Вот только восстановить не попытался. Странно…
— Ничего странного, — отозвался Асур, — таких, как наш старикан — Артефакторов-Восстановителей, рождается один в тысячу лет, если не реже.
— А Гефест? Он смог бы починить? — Мне стало интересно мнение Кощея.
— Сомневаюсь, — произнес Гигант. — Создать новый Артефакт — это одно, а вот восстановить… — Кощей в очередной раз абсолютно по-человечески пожал плечами. — Хотя он, возможно, и смог бы. Гений Кузнечной Магии! Оружейный Бог! Но вот от тебя я такого не ожидал, старикашка, — признался Кощей. — Попробуй восстановить что-нибудь еще, — предложил он мне, — так сказать, для чистоты эксперимента.
Я попытался повторить уже знакомую мне операцию, но к собственному стыду моментально обломался. Ну, не чувствовал я в себе больше тех Сил, что «управляли» мной. Вот настолечко, даже, не чувствовал.
— Не могу… — Признался я после нескольких безрезультатных попыток. — Не чувствую больше ничего такого...
— Если один раз сумел, то и второй не за горами, — философски произнес Кощей. — Как обычно и происходит с подобными умениями: первый раз — всегда спонтанный.
— А дальше? — Озадачил я Титана.
— А дальше, как пойдет, никто этого не сможет предсказать. Разве что Мойры [1], Вёльвы [2] или Рожаницы [3], если они сумели выжить в мире, лишенном Магической Энергии.
[1] Мо́йры (др. гр. мойра, букв. «часть», «доля», отсюда «участь», которую получает каждый при рождении[1]) — в древнегреческой мифологии богини судьбы, Именно предсказательницы судеб открыли Зевсу, что у него будет отнята власть над миром.
[2] Вёльва, Вельва, Вала или Спакуна — в скандинавской мифологии провидица; о существовании у древних германцев женщин-пророчиц, почитаемых как божество, упоминает римский историк Тацит.
[3] Рожаницы (суженицы, орисницы) — в славянской мифологии существа женского пола, определяющие судьбу ребёнка при рождении, соответствуют древнегреческим Мойрам и древнеримским Паркам. Даже имена Рожаниц — Доля и Недоля удивительным образом перекликаются с буквальным толкованием значения мойра — «доля».
— Хочешь сказать, что эти Пряхи-Провидицы действительно умели управлять чужими Судьбами? — Решил я провентилировать и это небезынтересный вопрос. — Одна Мойра ткет наши Нити Жизни, вторая — сплетает, а третья — расстригает? Чик по ниточке — и ты уже на Небесах…
— Чего ты несешь, старый? — Искренне расхохотался Кощей, забрызгав всю нашу компанию слюной. — На каких Небесах?
— Ну, не на Небесах, так в Аду, в Царстве Мертвых, одним словом! — пояснил я.
— Запомни, Хоттабыч, — прекратив смеяться, уже серьезно заявил Кощей, — и вы тоже внемлите, ребятки — никто не управляет вашими Судьбами! Вы сами «ткете» свои Нити Жизни своими решениями и поступками! Ибо Демиург даровал вам, как и всем разумным существам, настоящую свободу выбора, не ограниченную никакими запретами! Каждый ваш шаг меняет не только Нити ваших Жизней — он меняет окружающий вас мир. Именно поэтому Веер Миров безграничен и многообразен! А Прорицательницы — лишь видят одну из многочисленных вероятностей, имеющих наибольший шанс к реализации. Но всё… повторяю — всё находится именно в ваших руках! Неумолимого и неизменного Рока — не существует в природе! Дерзайте ребятки, и все невозможное в один прекрасный момент вам покорится!
— Не стоит прогибаться под изменчивый мир — пусть лучше он прогнется под нас! — Напел я известные в моем мире строки.
— Ты все правильно понял, старик! — Согласно прогудел Великан. — Пусть лучше мир прогнется под нас! — Он рывком оторвал задницу от земли и поднялся на ноги. — Я смотрю, что ты уже вполне очухался?