Восхождение Администратора (СИ)

— То есть мы все в белом, а Азура злодейский злодей, так что ли? — не выдержал Триумф.
— Не, если так ставить вопрос, то она молодец, а мы мудаки, не спорю, — поднял руки Штурм. — Но зарплату я получаю тут, да и пусечка мне нравится б…
— Паяц. — Высказалась Батарея, потирая кулак. — Я ещё тогда сказала — затаиться на базе и ждать, пока она не получит ранг А-класса. Спасать гражданских и решать проблемы оставшихся двух с лишним миллионов человек под нашим попечением. Полезли на неё, как идиоты, и получили по башке.
— Нельзя было подпускать её к детям, — отрезала Ополчение.
— Верно. Хотя мы изначально повели себя, как мудаки. Извини, Ханна. — Частично согласился с коллегой Скорость.
— Вроде всё делаем логично и по Уставу, а становится только хреновей, и версия Штурма звучит всё правдоподобнее. Вот из-за такой ***ни я и не хочу быть командиром, — подытожил Бесстрашный.
22.03.2011. Конференц-зал Профсоюза Докеров Броктон Бей.
— Итак, леди и джентльмены. — Дэнни обвёл взглядом собравшихся. — Скажите, пожалуйста, чего вы хотите от жизни. Сейчас и через месяц.
— Дэнни, ты что, собираешься цитировать нам мистера Смита с курсов по прикладной психологии? — поинтересовался Жан Вилар, второй переговорщик в организации. — Если ты нашел контракты, так и скажи. Если что-то ещё…
— Погоди, Тэд, — поднял руку глава профсоюза Мартин О’Хара. — Дай я этому умнику отвечу. Значится так, не хватает мне в основном возможности самовыражения, а ещё уважения подчинённых и немножечко любви от окружающих, так как я успешный и состоятельный бизнесмен, у которого есть всё, что нужно для удовлетворения низменных потребностей. Пирамида Маслоу, чтоб её в качель.
Мартин, выбранный на место руководителя за принципиальность, бешеную работоспособность и отличную память, позволявшие сократить бюрократический аппарат организации чуть ли не вдвое, по должности вынужден был общаться с людьми, негативно реагирующими на попытку послать на переговоры кого-то на уровень ниже главы профсоюза. За десять с лишним лет работы он научился рассуждать на любые интересующие местных олигархов темы, перечитал уйму профильной литературы и выработал отвращение к любому алкоголю и привычку сыпать «плебейским» жаргоном перед подчинёнными.
— Лично я хочу узнать, зачем я сижу тут вместо того, чтобы закончить отчёты и пойти домой, а через месяц узнать, что Арон добился выплат по аварии на Третьей авеню. — Сказала Мэгги Сьюз, та самая единственная леди среди джентльменов, отвечавшая в профсоюзе за соц. защиту.
— Ничего не обещаю, — пожал плечами Арон Шипельски, глава юридического отдела профсоюза. — Но Мэгги права, что за бомбу ты притащил, если тебе понадобились я, она и этот бандит?
— Но-но-но! — подал голос Джон Браун, его подчинённый, отвечавший за форсмажоры и околоуголовные дела. — Это расизм! Афроамериканцев обижают!
— Я еврей, мне можно. — Отмахнулось начальство.
— Хорошо, давайте пройдёмся по пирамиде Маслоу, — Кивнул Дэнни. — Все необходимые каждому из нас вещи, как, например, возможность самореализации, получение эстетического удовольствия, признание окружающих и удовлетворение жажды познания — всё это находится на её вершине. И я даже допускаю, что моё предложение повлечёт за собой что-то подобное, но давайте всё-таки сосредоточимся на основании. Еда, жильё, здоровье, чувство защищённости и уверенность в том, что всё это не пропадёт через неделю.
— То есть деньги. — Сказал Вилар.
— Не смеши моих шаманских предков, — сморщился Джон. — В текущей ситуации на деньги ты купишь пожрать, в лучшем случае — квартиру в центре и медицинскую страховку. Но чувства защищённости у тебя не будет хотя бы потому, что и эти деньги можно не успеть потратить, так как их отберут. Нас вербуют в культ… или банду. И я уже не знаю, что хуже. В одном случае ты веришь, что тебе станет лучше, а в другом тебе станет лучше, но только до того момента, пока тебя не кинут новые «товарищи».
— Дэнни, скажи, что я не прав, и ты просто добыл ещё несколько старых закладок в труднодоступных местах, что ты словил триггер на старости лет, что ты связался с Незаметными наконец, но не то, о чём я думаю! — мгновенно насторожился О’Хара.
 
— Незаметных не существует, — одновременно ответили Эберт, Шипельски и Сьюз.
Незаметные, местная городская легенда, были, точнее, НЕ были организацией Скрытников и примазавшихся кейпов поддержки, поставивших своей целью спокойную, безопасную, а главное, незаметную жизнь в стороне от банд, СКП, и прочей суеты, опасной для жизни. Достоверных доказательств их существования не было, что, по мнению местных конспирологов, и было неоспоримым свидетельством их существования. Как, впрочем, и рептилоидов на Нибиру, мирового правительства, тайных организации кейпов, управляющей миром, и прочих бредней сторонников заговоров.
— Какая банда? — недоуменно уточнил Вилар. — Эберт, ты же всегда был против, так ведь? — Жан прибился к профсоюзу позже всех присутствующих, заметно позже появления Кладбища Кораблей и отвечал за контакты с муниципалитетом и средним бизнесом на западе и в центре, не связанные с доками от слова совсем. Молодой, активный, пышущий энтузиазмом, он честно тянул лямку, но слегка комплексовал перед старожилами.
— Да с Азурой он связался, — ответил Арон. — Больше не с кем.
— Эберт, скажи, что это правда! — внезапно рявкнула миниатюрная соцработница и после слегка ошарашенного кивка Дэнни затараторила. — Двадцать семь сложных случаев, из них четыре пациента, не подлежащих транспортировке, ещё семнадцать бывших членов профсоюза, которых мы можем вытащить из-за застарелых травм, общее истощение у…
— Мэгги, а ты не слишком торопишься? — попытался вклиниться её начальник, но та лишь отмахнулась.
— Заткнись, Мартин. У примерно сорока членов профсоюза, дай мне день, и я подготовлю все данные, когда она сможет приступить к лечению?
— Мэгги, ты берега не попутала? — набычился ирландец.
— Это ты, Мак’Кормакам, скажи, когда я сообщу, что ты не хочешь, чтобы их мать снова смогла видеть. Или Салту с его ногой. Джонсону с его дочками. Если ты встанешь в позу, я прямо сейчас назову тебе двадцать семь человек, которые ради одного визита Панацеи билеты на стол положат.
— Погоди, Мэгги, не тараторь, мы не услышали предложение нашего друга полностью. — Успокаивающе произнёс Арон. — Про здоровье мы уже поняли, про защищённость в общих чертах можно догадаться, а вот про жильё и еду хотелось бы уточнить.
— Грибница. Быстрорастущие грибы, содержащие все необходимые для здорового организма витамины, растущие хотя бы на тех же канализационных отходах. Два визита в месяц и урожай прокормит пятьсот человек. Начать можно на этой неделе. По поводу визитов к лежачим больных — дай список, и через три-четыре дня можно будет собрать у первого пациента ещё пять-семь ходячих. Желающим можно будет подтянуть тонус до оптимального. Капитана Америку не обещаю, но Капрала Броктон-Бей вполне.
— Капралов убивают, Дэнни, — веско заявил О’Хара. — Можете расколоть профсоюз, можете меня переизбрать, но я не собираюсь поставлять суперсолдат ни злодеям, ни героям. Что у тебя там с Азурой я не знаю и знать не хочу…
Шипельски и Сьюз переглянулись. Среди собравшихся они лучше всех знали Дэнни вне работы, и оба имели некоторые подозрения на этот счёт. Собственно, Арон эти подозрения имел уже несколько недель, так как внезапные попытки Эберта выйти на Чистоту не были столь уж незаметными, но по вполне понятным причинам старый еврей тогда никому про эти подозрения не рассказал, да и сейчас не собирался. Про падение Кайзера благодаря СМИ знали если не все, то многие, а потому сложить два и два было элементарно. По всему выходило, что Эберт уже давно связался с Азурой и выполняет для неё разные мелкие или не очень поручения. А за что там и почему, Арона не волновало. Это личная жизнь Эберта, и соваться туда третьим лишним он не собирался. Как и не собирался сдавать Кайзеру в своё время, заняв выжидательную позицию и, как показало время, совсем не зря.