Станция - Плешь Ведьмы (СИ)
Стало любопытно. Я подошел к дереву, на вершине которого росло настоящее помело и, посомневавшись, начал на него взбираться.
Ветви у сосны были крупным, толстыми, так что легко держали мой вес. Передвигаться было удобно, одна неприятность — все ладошки в смоле и ее никак не отодрать.
На двадцати метрах от земли был вход. Я снова принюхался. Запаха ведьм или человека нет, а тот незнакомый запах, звенящий в голове — стал четче. Пахло уксусом, смолой и чем-то острым.
Я залез внутрь. Сразу стало темно. Ветки так сильно между собой переплелись, что защищали внутреннее пространство этого домика на дереве от света снаружи.
Сняв со спины рюкзак, я вынул из него лампу и, чиркнув спичкой, зажег ее и стал изучать помело ведьм изнутри. Щупал ветки, что заменяли здесь пол, стены и потолок. Восхищенно цокал языком, рассматривая корявую мебель, сплетенную из тех же веток. И искал этот запах, пока не дошел до дупла в основном стволе дерева, источающим этот кисло-сладкий аромат и вокруг которого, по всему стволу, паразитировали блекло светящиеся в темноте поганки.
ИСТОЧНИК! Это он! Нашел. Я его нашел.
Сердце забилось чаще. Теперь главное не совершить ошибок. Источник я пока не трогал и стал обходить помело, продолжая искать ловушки и чужие запахи.
На обеденном столе, с забытыми на нем тарелками и кружками, я заметил царапины. Приблизившись к нему и осветив, я вчитался в надписи, вырезанные на нем ножиком или вилкой.
Яла, Серая Вода, Гюрза, Нин, Рейка, Вельма…
Я покачал головой. Вот так привет из недавнего прошлого. Нин и Вельма… На меня накатило какое-то озорство и я достав нож, начал вырезать рядом слова. Нин, ты плохо целуешься. Кай! И, Вельма — у тебя маленькие сиськи!
— Ха-ха-ха, — рассмеявшись, я оставил стол в покое.
Не знаю, что на меня нашло. Сейчас оглядываясь назад, я не испытываю к ведьмам жгучей ненависти. Подвернется возможность, и я убью их, это так, без вопросов, но вот ненависти — ее нет. Только холодная ярость и понимание, что я еще долго не смогу навредить тем, кто во много раз сильнее меня.
Выходит, Нин и Вельма ночевали здесь? И может даже пользовались этим грязным источником магии?
Удостоверившись, что опасности нет, и помело не навещали уже очень давно, я сел рядом с дуплом и начал изучать его всеми доступными чувствами.
Это точно источник первого класса, а значит, в нем должно быть пятьдесят единиц энергии с плотностью аналогичной цвету воды неофита.
Руки дрожали. Я сейчас рискую и возможно уже никогда не выйду отсюда. Умру в безвестности или мутирую так сильно, что люди примут меня за монстра. Время одуматься еще есть. Так ли мне это надо?
Перед глазами, как живая, предстала Вельма, что мило улыбаясь, откусывала мне ухо. Кусочек за кусочком. Нин, что насиловала мою память и поглаживала меня шелковой ладошкой по щеке. Як Кость. Вспомнил я и презрительные взгляды обычных людей. Хихиканье за спиной.
Гнев снова начал подтачивать мой разум и мне пришлось сделать несколько выдохов вдохов и спросить себя, чего я жду? Разве я уже все для себя не решил? Почему я медлю?
Вспомнив теорию, которой нас учили, я стал действовать, коснувшись рукой дупла. Энергии что в нем клубилась. Вязкой. Противной. Гадкой. Я потянул ее на себя.
Меня передернуло. Кости заломило, выворачивая их из суставов. На языке появился кислый привкус, но я не остановился и зачерпнул единицу энергии, и стал гонять ее по дороге плоти, — так официально называли практику укрепления плоти и духа. Еще есть дорога цвета воды — для увеличения объема резерва. Дорога стихий и дорога Царств — мне недоступные. Дорога разума, которой научил меня Як Кость. И еще множество дорог, укрепляющих и усиливающих мага, и о которых я только догадываюсь.
Мне сейчас доступны только дорога плоти, дорога цвета воды (только-только закончил все расчеты) и показанная бакалавром дорога разума. Гоняя собственную или заемную энергию по особому, подходящему только мне пути через точки в теле и духе, я взращиваю в себе резерв, укрепляю плоть, дух и разум, подготавливая себя к Шторму.
Один, два, шесть единиц энергии. Все! Больше не могу! Тело пронзила боль, и я завизжал, убрав руку от источника, катаясь по полу этой хижины на дереве в попытке унять невыносимую боль. Воя от ужаса и двигающихся под кожей тысяч червей — такие у меня был ощущения.
Сознания я не терял и все чувствовал.
Агония кончилась, и я остался лежать на полу, бездумно уставившись в потолок.
Так. Я смог пустить на свое развитее шесть единиц грязной энергии из источника и остался жив. Уже хорошо. Теперь пора подумать о последствиях. Сразу из плохого — нос зверски чесался, и дышать тяжело. Ощупав себя, я понял, что все закономерно. Как дышать, когда из твоих огромных ноздрей торчат пучки волос, что отрасли за час до подбородка и кажется, продолжают расти и дальше?
Я нервно рассмеялся.
Покряхтев, я встал с пола, разделся догола и начал осматривать себя внимательнее. От ступней, до пояса и шрамов на груди. Внешних изменений ниже шеи я так и не нашел. Взяв в руки прихваченное на такой случай из дома зеркало, я начал рассматривать свое отражение в нем. И первым делом меня привлекли глаза. О, нет. Они внешне не изменились. Меня удивило выражение глаз. Я ведь и сам не заметил, как изменился. Шрамы на груди и шее, возле правого уха. Глаза. На мир из зеркала смотрел уже другой человек, не тот, что приехал в Плешь Ведьмы три месяца назад.
Я улыбнулся своему отражению и в уголках моих глаз скопились морщинки, делая меня тем, кто я есть. Все тем же Каем. Хорошим, как говорит Роза человеком. Добрым.
Тем временем волосы в ноздрях расти перестали. Потрогав их, я достал из кармана нож и попытался их срезать. Все получилось и коса волос, как у девицы, упала на пол.
Вдох. Дышится хорошо. Хеморецепция работает. Кажется, не все так плохо, если не считать боли и поганых ощущений во всем теле, я остаюсь в выигрыше.
Такую цену я за силу платить готов.
Прождав еще где-то с час и удостоверившись, что волосы в носу отрастать, не собираются, я собрал вещи и направился обратно в деревню. Уже вечереет, а мне нужно успеть доделать работу по хозяйству. Покормить животных, проверить, не искали ли меня в деревне, и обдумать все перед сном.
Умаялся.
А вот и ночь пришла. Я лежу на кровати и слушаю, как трещат в печке дрова. Глаза смотрят на стрелки будильника, мерно отсчитывая секунду за секундой.
У меня все получилось. Источник что я нашел, не перекорежил меня и не превратил в урода. Теперь я смогу развиваться как нормальный неофит и даже больше. Шесть единиц энергии я беру из источника и две единцы мои собственные. Итого восемь единиц. Вчера я и мечтать о таком не мог! Все мои проблемы разом решились. Теперь только нужно тренироваться. Не жалеть себя. Бегать в лес к источнику и обратно, а там…
Для талантов, одаренных стихией — нормальным считается стать учеником за год. Хорошим результатом считается полгода. Отличным (выдающимся) — три месяца. Недаром из привилегированных школ половина магов выходит уже учениками. А вот статистики для таких, как я — нет. Мы, бесталантные, хорошо, если станем учениками за три года упорных трудов. Но загадывать рано. Нужны замеры, но я надеялся, что теперь мой прогресс сделает значительный шаг вперед. Я верю в это.
Так, со счастливыми мыслями в голове я и заснул.
Следующие три недели я был очень занят. Постоянно в бегах. Нужно было успевать везде, и распорядок моего дня выглядел так. Встать когда еще темно. Подоить козу, покормить ее и кур, убраться в сарае. Позавтракать и пробежаться вдоль путей, вычистив урны и собрав другой мусор, что нерадивые люди, накидали мимо.
К этому времени уже рассветало, и я шел на обход деревни. Принюхивался и искал запах волшебных трав. Сверяясь со списком в своей голове, проверял, чтобы травами не пахло от домов, в которых живут люди без лицензий на их сбор.
Когда народ в деревне просыпался и выводил на улицы скотину, я выборочно останавливал тех, кто пах страхом или опасениями. Проверял у них паспорта и оружие. Таким образом, в деревне не осталось тех, кто нарушает закон у меня на виду.