Охота за "Красным Февралем" (СИ)
— Англостан восстанет из пепла, — послушно повторила Джерри, продолжаю держать в руках банкноту Имперского Банка Индии. — Но как?
— Ты знаешь, что сейчас происходит в Индии? — спросила Королева Тихого Океана.
— Прогнивший палочный режим гандистов и неруистов… — начала было коммандер Вонг, но тут же запнулась и натужно рассмеялась. — Нет. Будем считать, что ничего не знаю.
— «Прогнивший палочный режим неруистов», — повторила Фамке и хихикнула. — Взгляд, конечно, очень варварский, но верный. Страна на грани гражданской войны. Шесть правительств сменились за два года. Перманентный экономический кризис. Вот такая пачка чая, — она кивнула на коробку со слоном, — вчера в полдень стоила пятнадцать миллиардов рупий — я специально проверяла. Пакистанцы планируют вторжение и собираются вернуть на трон в Агре Великих Моголов; Сфера планирует «народное восстание»; даже сунданезийский губернатор Цейлона и вице-король монгольского Тибета что-то планируют. Это далеко не все, но не стану забивать твою прелестную головку незначительными деталями и сразу перейду к сути дела. Многие индийцы будут рады, если Король-Император вернется. Мы — я и мои друзья — над этим работаем. А ты можешь нам помочь.
— Король-Император мертв, — напомнила Джерри. — Он не вернется.
— Король-Император жив, — перебила ее Фамке. — Он жив, но спит под горой. Мы можем разбудить его.
— Эээ… — запнулась Джеральдина. — «Спит под горой»?! А нельзя ли без красочных метафор и переносных смыслов? Я такое в Сфере каждый день слышу…
— Он в самом буквальном смысле спит под горой, — снова перебила ее Рыжая Ведьма. — В Бутане. Глубокая заморозка. Анабиоз. Криосон. «Кельвинатор». «Сальваторий». Никогда про такое не слышала? Неудивительно. Секретная технология. Между войнами в Англостане работали лучшие ученые бывшей Британской Империи, и они никогда не испытывали недостатка в средствах — индийские набобы и магараджи были готовы платить за свою безопасность. Даже ты должна помнить, сколько всякого удивительного оружия было пущено англостанцами в ход в последние годы Войны. От белголландцев только пух летел во все стороны. Анабиоз — побочный эффект одной из военных медицинских программ. Да, человека помещают в морозильную камеру, в которой он может спать хоть тысячу лет и не постареть за это время ни на секунду. Цена оказалось запредельной по тем временам, поэтому до массового применения дело не дошло — но для одного человека сделали исключение.
— Мой отец как-то назвал Короля-Императора ослом, — само собой вспомнила Джерри. — Безмозглым ослом.
— Имел право, если хочешь знать мое мнение, — неожиданно согласилась Фамке. — Последний из Виндзоров не был самым лучшим правителем, но в этом нет ничего плохого или преступного. Он был всего лишь человеком, а не богом, и потому имел право ошибаться. Так или иначе, под его руководством Империя выиграла войну… жаль, что она проиграла мир. Но теперь у нас — англостанцев — появилась возможность выиграть и мир тоже. Пусть Король-Император далек от идеала, но нам и не требуется идеальный правитель. Мы нуждаемся в символе, в знамени, под сенью которого соберутся наши сторонники. И Король-Император станет таковым. Только сама подумай, какое впечатление произведет его «воскресение» на темных и суеверных индусов!
Джерри представила — и содрогнулась.
— Мы собираем армию, — продолжала Фамке ван дер Бумен, — самую настоящую армию — сейчас она проходит обучение в хорватских тренировочных лагерях. Но флот нам тоже не помешает, напротив. Подумай только, что мы сможем сделать и чего сумеем достичь, если у нас под рукой будет новенькая атомная субмарина!
Коммандер Вонг даже представлять не стала. Она и так прекрасно знала, чего можно добиться, имея под рукой атомную подводную лодку.
— Теперь все зависит от тебя, — сказала Фамке на прощание, когда Джерри уже стояла в дверях. — Мяч на твоей стороне поля, как говорили у нас в Англостане. Будь готова действовать, а мы найдем способ связаться с тобой.
Когда Джеральдина окончательно ушла, Фамке вернулась в салон своего номера и обнаружила там бывшего майора Куба Тоширо.
— Хороший чай, — заметил Тоширо-старший. — Ты не против?..
— Угощайся, — позволила Фамке, снова плюхнулась в кресло, согнулась пополам и расхохоталась. — Бутанский холодильник! Ахахахаха! Это надо же… Ой, не могу! Только честно, сам придумал или подсказал кто-то?
— Музыкой навеяло, — небрежно признался японский дезертир. — Ты еще не слышала про сегодняшнее выступление профессора Кавада Никонори? Ладно, это не к спеху. Ты даже не представляешь себе, во что готовы поверить граждане Сферы, у которых есть хоть капля воображения и образования. По себе знаю…
— А все эти люди из списка? — поинтересовалась Фамке. — Ты даже не успел мне рассказать, как тебе удалось их разыскать.
— Ты же понимаешь, что достаточно было найти одного, — Тоширо-старший наполнил чашечку и опустился в кресло, которое еще хранило тепло Джеральдины Вонг. — И я его нашел. В доме майора Ригли работала индийская служанка. А у нее был сын, который иногда помогал матушке по хозяйству. Шалопай, «вечный студент», и по совместительству — член индийского сопротивления. Прямо скажем, не один из героев — так, мелкая сошка. Время от времени расклеивал листовки, вот и все его подвиги. Но парнишка мечтал о славе. И пришла ему в голову оригинальная — как ему казалось — идея. Он завел журнал, в который записывал все, что происходит в доме Ригли. Все, все подряд. Кто пришел, кто ушел, кто приехал в гости, о чем говорили, имена, фамилии, даты — ВСЕ. Даже вот эти стихи, которыми девчонки-школьницы обменивались. Через несколько месяцев наш доморощенный шпион показал тетрадку лидеру своей ячейки. Тот неожиданно похвалил и сказал — «продолжай». Вот студент и продолжал, до самого начала Войны, да и некоторое время после — пока члены фамилии Ригли не разбежались кто куда, и весь проект пошел коту под хвост. Но журнальчик наш подпольщик все-таки сохранил. А после падения династии началась малая гражданская война — ну как малая — по индийским масштабам, минимум миллион убитых, до сих пор точно подсчитать не могут. Плюс вторжение Сферы и «пасификация» Бангладеш. Наш герой и его семья были мусульманами, вот и пришлось им бежать в Пакистан. На новом месте устроились не сразу, сама понимаешь — нищие беженцы, кому они были нужны. Выживали как могли. Вот студент и принес летопись династии Ригли в новорожденную пакистанскую контрразведку. Надеялся хоть пару фунтов заработать. Журнал у него, как ни странно, взяли, а самого «героя сопротивления» наградили затрещиной и выкинули обратно на улицу. Он мне сам об этом рассказал, и если бы только знала, сколько НЕНАВИСТИ было в его словах и глазах… Честное слово, не каждый день мне удавалось так легко и просто вербовать нового преданного агента. Но вернемся к журналу. Пакистанский офицер, отобравший тетрадку у нашего студента, покрутил ее в руках, навел кое-какие справки, да и отправил трофей в архив пакистанской секретной службы. Майор Ригли не был очень важной шишкой в Англостанской Империи, его жена и дочь пропали без вести где-то на востоке, почти все его гости мертвы или вне зоны досягаемости — проект без особых перспектив. Для пакистанцев пятнадцатилетней давности, конечно — нам-то он пригодился.
— То есть журнал последние пятнадцать лет пролежал в пакистанских архивах? — уточнила Рыжая Ведьма. — А ты как до него добрался?
— Могольский Пакистан и Красная Сфера только на людях и при свете дня проклинают друг друга, — поведал Куба Тоширо. — На самом-то деле мы давно и очень плодотворно сотрудничаем. «Враг моего врага» и все такое, а у нас есть общий враг — Индия. Вот и остались у меня кое-какие связи с прежних времен… Да, военная разведка Сферы много потеряла в моем лице — и ложная скромность здесь неуместна.
— Как я тебя понимаю! — ухмыльнулась Фамке ван дер Бумен — Королева, Императрица и прочая, прочая, прочая. — Ладно, на сегодня с делами покончено. Так и будем чай пить или отметим наши успехи как следует?..