Холод 2 (СИ)

Меня опечалил тот факт, что Даша заразилась. Конечно, оставалась надежда, что болезнь не приводит к летальному исходу (что вряд ли) или что у светлейших усиленный иммунитет (это более вероятно, хотя источники говорили, что даже светлейшие умирали во время эпидемий), но я всё равно переживал. Мы с Дашей сблизились за эти дни, и мне становилось тяжело от мысли, что она умрёт на моих руках.
— И что нам делать? — спросила Даша.
— Посмотрим, — ответил я. — Полагаю, сыворотка из пепельной смолы может спасти наши жизни, если станет совсем плохо, но не уверен. Она помогла при той загадочной болезни в Высоком, но поможет ли сейчас... — я развёл руками.
— Вы хотите, чтобы мы приняли сыворотку? — нахмурился Гордей.
— Возможно, у вас не будет иного выбора. Или смерть или сыворотка. Я не знаю. Давайте просто выберемся из Сна, а потом уже решим, что делать дальше. Хорошо?
Даша и Гордей согласились.
Теперь экспедицией командовал я. Гордей официально принял моё лидерство, а Даша — негласно, а значит, вся ответственность за жизни этих двоих лежала на мне. А я не знал, что предпринять. Оставалось полагаться на удачу.
Но дела наши оказались даже хуже, чем мы надеялись. Едва начало светать, как с улицы стали доноситься вопли, похожие на человеческие. Выглянув из окна, мы обнаружили, что у крыльца собралась небольшая толпа мор-солдат, вооружённых алебардами, мечами, копьями. Существа бродили взад-вперёд, их было слишком много, чтобы справиться с ними втроём. Да ещё и чёрный туман не исчезал.
А вскоре моры собрались на крыльце и принялись высаживать дверь. Тогда я велел брать всё необходимое и спускаться в подвал.
Подвал оказался большим и холодным с тесными помещениями, заставленными ящиками и бочками, и низкими потолками. Стены покрывал иней. Наверх вела узкая каменная лестница, и в случае нападения, мы смогли бы долго держать оборону. Имелся здесь и второй выход — во двор. Туда вела железная дверь, запертая на ключ, выглядела она весьма надёжно.
Мы устроились в помещении, заваленном старой мебелью. Тут были столы, стулья, шкаф и несколько скамеек, а так же какой-то садовый инвентарь. Разложив на столе и полу кристаллы, мы принялись ждать в надежде, что моры уйдут. Гордей достал приспособление, напоминающее электроплитку: в центре находился кристалл в оправе из какого-то металла, а от этой оправы шла спираль. Данное приспособление предназначалось для приготовления пищи в походных условиях, но сейчас мы его использовали, чтобы греться. Сами по себе кристаллы тепло не выделяли — только при взаимодействии с некоторыми видами металлов. Эта их особенность, как я понял, широко применялось, начиная от оружейных замков, заканчивая двигателями для телег. Сейчас эта плитка оказалась единственным обогревателем в холодном подвале.
Гордей и Даша, закутавшись в плащи, грели озябшие пальцы над спиралью. Даша всё смотрела на меня с завистью и повторяла, как повезло мне, что не мёрзну. Могу представить, как им было холодно.
Моры всё же выбили входную дверь особняка и теперь бродили по дому, а мы, замерев, слушали их тяжёлые шаги и ждали, что вот-вот твари начнут ломиться в подвал.
К радости нашей, до этого не дошло, а вскоре и шаги стихли.
Подождав ещё немного, я выбрался в дом, чтобы разведать обстановку. Внутри я существ не обнаружил, а вот на улице их было полно. Жуткие солдаты ковыляли по дороге туда-сюда, бряцая оружием и доспехами. Выходить было всё ещё опасно: толпа слишком велика для нас троих. Оставалось ждать. Стараясь не шуметь, я взял кое-какую еду, чайник, несколько одеял и спустился вниз.
Даша улеглась на скамье и укрылась одеялами. Она старалась держаться, не жаловалась, делала вид, что всё в порядке, но я-то видел, что состояние её ухудшается. Гордей был молчалив и угрюм, впрочем, как всегда.
— Когда вы начали принимать сыворотку, Даниил Святополкович? — спросил он.
Я подумал, что скрывать нет смысла, и рассказал обо всём, что со мной произошло во Сне, начиная с того момента, когда я открыл глаза и увидел перед собой беловолосую девицу.
 
— Ты мне не рассказывал, что видел эту девку раньше, — проговорила Даша.
— Тогда это было ни к чему, — ответил я.
— Кто она? — спросил Гордей.
— Ноэма, вторая ипостась Бытия.
— Что это значит?
— Долго объяснять... но я попробую.
Пришлось рассказывать о происшествии в Глебово, а потом — о моих приключениях в зазеркалье в ночь перед отправкой во дворец и о том, как я встретил Мастера в замке на горе. Гордей молча слушал и то и дело морщил лоб.
— Такие дела, — подытожил я. — Картина мира, какой её представляют посвящённые — ошибка, ложь, заблуждение. Называй это, как хочешь. Всё устроено совсем не так, как учит церковь. Мир живёт по другим законам, а виновниками всего происходящего являются, как это ни странно — сами же посвящённые. Возможно, тебе, Гордей, трудно осознать всё это. Ты не видел, что видел я. Но поверь, это так.
Сотник снова поморщил лоб, помолчал, обдумывая мои слова, а потом выдал:
— Похоже на ересь.
— Похоже, — кивнул я. — Но вы так слепо привыкли верить учению церкви, что даже мысли не допускаете о том, что оно может быть ошибочным. А если всё же это так?
— Я не могу рассуждать о таких вещах, — покачал головой Гордей.
— Я тоже сомневаюсь, — пробормотала слабым голосом Даша. — Но я видела собственными глазами ту девку... И как её убили, видела. А она была жива потом. Кто знает, может, она сказала правду...
— Все эти ужасы прекратятся, — продолжил я, — когда посвящённых станет меньше. А лучше, чтоб они исчезли совсем. Нужно запретить их мерзкие обряды, необходимо избавить церковь от их влияния.
— Посвящённые — один из столпов общества, — проговорил Гордей. — Они создают артефакты. Они подчиняют себе тьму.
— Да нихрена подобного. Чушь это, придуманная ими самими. А мы просто привыкли верить им на слово.
— Артефакты много кто умеет делать, — добавила в поддержку моих слов Даша.
— Это не законно, — напомнил Гордей.
— Да какая разница? — усмехнулся я. — Чем больше появится посвящённых, тем больше несчастий обрушивается на нас. Поначалу я тоже сомневался, но теперь точно это знаю. То, что я видел в зазеркалье — реальность.
— Как вы выбрались из мира мёртвых? — недоверчиво поинтересовался Гордей. — Оттуда не возвращаются.
— Кто знает, — пожал я плечами. — Ноэма вывела меня обратно. Возможно, моё время ещё не пришло.
Больше мы не разговаривали на эту тему. Я разогрел чайник на кристалло-плитке и мы принялись пить горячую воду.
Я снова поднялся наверх, осмотрел улицу со второго этажа, взял ещё кое-что из еды. Солдаты до сих пор бродили по дороге перед крыльцом, меньше их не становилось, но и в дом почему-то больше не лезли.
Начинало смеркаться. Ещё один день мы провели во Сне, ещё один бессмысленный день, который приближал нас к смерти.
— Ничего не поменялось, — сказал я, спустившись вниз. — Мор полно. Думаю, завтра надо прорываться с боем. Будь, что будет, а если останемся здесь, замёрзнете или сойдёте с ума, а так — хоть какой-то шанс. Даша, ты сможешь идти? Как чувствуешь себя?
— Нормально, — девушка поднялась и села. — Я справлюсь, всё хорошо. Я готова. Тоже думаю: сколько можно тут торчать?
Даша была бледна, под глазами появились синяки. Осмотрев её шею и плечи, я обнаружил новые пузыри. Гордей нашёл у себя такие же на предплечьях. Утром их ещё не было. Только у меня ничего подобного пока не наблюдалось. Да и чувствовал я себя превосходно.
— Тебе плохо, я же вижу, — сказал я. — Ты уверена?
— Если что, выпью твою сыворотку, — Даша слабо улыбнулась.
Я кивнул. Главное, чтоб помогло. Светлейшему, как я понял, нетрудно избавиться от зависимости. Так что не фатально. В данном случае, сыворотка — меньшее зло.
— Может, сейчас выпьешь? — предложил я.
— Пока нет, попробую без неё выздороветь. Всё нормально, правда.
Когда Даша и Гордей, ослабленные болезнью и длительным пребыванием во Сне, уснули, я снова вышел из подвала. Стемнело. Освещая путь фонариком, я пробрался на второй этаж и осмотрел из окна улицу. Мор видно не было. Вскоре послышались шаги, и я еле успел спрятаться и прикрыть светящийся кристалл. Бряцая ржавыми доспехами, мимо прошла группа солдат, а потом снова всё стихло.