Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)
-Ну ладно, попробуем... - Литта кинула в автомат несколько монеток и набрала номер. Слышны были гудки. - Фальк, не хватай меня за задницу...
-Я не думал даже!
-Не думал, но хватал... Хотя продолжай, мне нравится.
Он демонстративно убрал руки за спину, насколько позволяла теснота кабинки.
-Алло, - заговорила Литта, когда на том конце провода сняли трубку. - Добрый день! Могу я услышать господина Шольца или госпожу Йенну? Еще раз здравствуйте, госпожа Йенна, мы не знакомы, меня зовут Литта. У меня к вам вопрос -- вашего сына звали Виллем?
Трубка коротко квакнула.
-Опишите его, пожалуйста. Ага... ага... Значит, светло-русые волосы, глаза серые, нос курносый, на виске родинка, рост выше среднего. Точно, он.
Трубка издала явственный хрип. Фальк наклонился поближе и сумел расслышать замирающий женский голос:
-Как? Где? Его... отыскали?..
-Да, случайно наткнулись, - ответила Литта, а Фальк подумал, что при ее искусстве вести переговоры собеседника вполне может хватить удар. - Вы еще там? Фальк, кинь монету... Ага. Так вот, насколько я поняла, Виллем считался пропавшим без вести, но он вполне себе жив. Фальк, убери руки... хотя ладно, оставь... А? Это я не вам.
-Где он?!
-Погодите, не торопитесь, - серьезно произнесла девушка. - Тут дело такое... Словом, Виллем не захотел сообщать домой о том, что выжил. Он серьезно покалечился.
-Идиот! Кретин! Я знала, что мой сын дурак, но не до такой же степени! - взорвалась криками трубка. - Магрит! Магрит, ты где?! А ну иди сюда! Виллем нашелся!
-Это его невеста? - уточнила Литта, переглянувшись с Фальком. - Можно мне с ней переговорить? Вам-то, я понимаю, сын любым хорош, а вот ей...
-Да, невеста, - подтвердина Йенна, шмыгая носом. - У нее семья погибла, я ее к нам забрала, все равно же они с Виллемом пожениться собирались... Магрит, иди быстрее! Держи трубку!
Литта жестом показала, чтобы Фальк кинул еще монету.
-Слушаю, - произнес дрожащий девичий голос. - Это правда? Нашелся?
-Да, - ответила та. - Только, Магрит, у него половина лица обожжена, он в аэроплане горел. Хорошо, глаза целы остались.
-Какая разница! - почти выкрикнула та. - Где он, госпожа?
-Погодите, дослушайте, - серьезно произнесла Литта. - Ожог -- пустяки. Но Виллем не захотел возвращаться, потому что лишился обеих ног. Он хотел умереть.
В трубке воцарилось молчание. Фальк прикрыл глаза: повторялось то же самое, что было с ним, только еще хуже, и сейчас Магрит произнесет "вот как?" и передаст трубку несостоявшейся свекрови, та-то сына всяко не бросит... Литта взяла его за ремень и притянула поближе, погладила по спине. Все-то она понимала...
-Какая разница, - повторила Магрит. Ее явно душили слезы. - Это же все равно Виллем. Где его искать, госпожа, скажите же!
Литта назвала город и добила контрольным выстрелом:
-Ищите его в городском парке, недалеко от фонтана. Он просит там милостыню. Или спросите любого нищего, вам подскажут, если дадите монетку...
На заднем плане что-то грохнуло, должно быть, Йенна свалилась в обморок.
-Мы вылетаем, - твердо произнесла Магрит, - первым же рейсом. Не знаю, как вас благодарить, госпожа. Йенна его уже оплакала, а я все надеялась, вдруг найдется, бывает же, и память теряют, и в плен попадают...
-Не зря надеялись, - усмехнулась Литта. - Ну, удачи! Может, как-нибудь встретимся.
-Спасибо! - раздалось перед тем, как связь прервалась.
Литта повесила трубку.
-Зачем ты это сделала? - спросил Фальк, не торопясь выходить. - Для матери его это радость, пусть и со слезами вперемешку, для Магрит... не знаю, а каково будет ему?
-А каково было тебе? - вопросом на вопрос ответила Литта. - Больно и стыдно, да? И себя самого ты ненавидишь за немочь, и окружающих -- кого за жалость к калеке, кого за презрение или даже брезгливое такое отвращение...
-С тобой невозможно разговаривать, - мрачно произнес он. - Ты меня будто насквозь видишь.
-Там и видеть нечего, ты весь как на ладони, - сказала она серьезно. - Вот все это помножь на десять, прибавь попрошайничество, и поймешь, каково будет Виллему. Но если Магрит такова, какой мне показалась, то она с ним справится. Еще и мать поможет. Выходи давай, там очередь уже...
Шагая по бульвару, Фальк попытался представить, как это Магрит -- а Виллем показывал фотографии, милая девушка, пусть не красавица вроде Литты или даже Дины, - найдет в парке своего жениха. И что они скажут друг другу. И...
Он встряхнул головой, подумав, что если бы Дина тогда приехала к нему в госпиталь, все могло сложиться иначе. Хотя... Вряд ли. Одно дело услышать, что человек покалечился, а другое -- войти в палату, где бредят в горячке, стонут, кричат несколько раненых, нечем дышать, а воняет так, что слезу вышибает, потому что не хватает санитарок. Попадались самоотверженные родственники, которые сами и перевязки делали, и уколы ставили, вытаскивали своих близких, пытались помочь остальным, но... их было слишком мало.
Фальк запомнил одну пожилую женщину: сын ее, как и Виллем, горел, только не в аэроплане, а в бронемашине, и ему оставалось всего ничего, потому что с такой площадью ожога -- на него выплеснулось загоревшееся топливо -- не живут. Ему не давали прийти в себя, чтобы не свихнулся от боли, надеялись на чудо, а мать терпеливо меняла повязки, хотя это уже было бесполезно -- там не только кожа, а уже и мясо слезало клочьями... Только перед смертью тот очнулся, успел увидеть мать... и все. А она осталась при госпитале, выхаживать тех, у кого еще был шанс. Хотя чаще все же сиживала с теми, у кого шансов не оставалось...
-Ты что загрустил? - спросила Литта.
-Так... Задумался. Может, не стоило этого делать? Я... - Фальк помолчал, собираясь с мыслями. - Мне паршиво, хотя, конечно, не сравнить с тем, как было раньше. Но у меня хоть есть возможность что-то делать, пусть не в полную силу. Я нарочно пошел в инструкторы, чтобы не потерять себя. - Он помолчал и добавил: - Я хотел уйти самим собой, а не опустившимся ничтожеством. А я бы наверняка спился, останься без неба, я знавал таких... А Виллему даже спиться не на что. Как он еще с ума не сошел!
-Может, он покрепче тебя будет? Может, у него не настолько тонкая душевная организация? - ядовито спросила Литта. - Между прочим, что-то можно делать и руками. И головой. У кого она имеется, конечно.
-Тебе все шутки... - вяло огрызнулся он. - Не сбивай! Я клоню к тому, что, может, не стоило делать выбор за него? Он об этом не просил!
-Фальк... - Литта остановилась и повернулась к нему лицом. Тени от каштановых листьев причудливо расцветили ее платье. - Знаешь, иногда лучше что-то сделать и пожалеть, чем не сделать вообще ничего и мучиться потом всю жизнь. Ты бы смог спать спокойно, зная, что твой боевой товарищ просит милостыню в парке? Живет на пособие и то, что удастся выклянчить, и большую часть наверняка отберут профессиональные нищие? И что он замерзнет первой же суровой зимой, потому что сам так решил?
Он промолчал.
-Ты ведь тоже решил, - добавила она, отвернувшись. - Только я перерешила.
-Да уж, с тобой только свяжись, рад не будешь, - буркнул Фальк и украдкой потрогал ее косу. Литта показала ему кулак.
-То есть ты не рад?
-Умирать, во всяком случае, расхотел, - искренне ответил он.
-Ну и слава всему сущему, - ответила она. - Вот и наша колымага! Заводи мотор, а я вон туда сбегаю, похоже, там горячими бутербродами торгуют, возьму на дорожку! И водички запить.
Фальк только вздохнул и подумал, что мужу Литты непросто окажется прокормить супругу.
Он занялся автомобилем, который сходу заводиться отказывался, было у него такое мерзкое обыкновение, поэтому не сразу понял, что Литта возвращается, но не одна.
-Де-евушка, ну давайте познакомимся, - тянул один парень, рослый, широкоплечий, откровенно шпанской наружности.
-Знакомьтесь, - милостиво позволила Литта.
-Я Энц, а это Грит, - галантно представился тот. - Дайте помогу донести...