Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)

-Ты хоть понял, что назвал меня шлюхой? - серьезно спросила Литта, по-прежнему не оборачиваясь. - Кто еще каждую неделю будет менять парней?
Фальк похолодел. Стало быть, он вот так походя оскорбил свою несбыточную мечту? И он думал, что хуже ему быть уже не может?..
-Я... Литта, я глупость сморозил, клянусь! - выговорил он. - Прости, я могу встать только на одно колено...
-Прекрати, идиот! - Литта кинулась поднимать его. - Прощу тебя, так и быть, мужчины все дураки, как бабушки говорят... Только ты впредь думай, прежде чем ляпать чего-ничего, хорошо?
Он кивнул.
-А что ты так дрожишь? Перегрелся, что ли? - слезы у девушки уже высохли, и она явно перестала злиться. - Давай я тебя в озеро макну, оно холоднющее! Фальк? Ты что?
Он стоял молча, опустив руки и не зная, что сказать. И стоит ли вообще говорить. Потом сунул руку во внутренний карман и достал пузырек от какого-то лекарства, он даже не знал, от какого, подобрал где-то. Пузырек был под завязку набит пилюлями, которыми пичкали его в госпитале, а потом в больнице. Фальк выяснил, как они действуют и сколько их нужно выпить, чтобы расстаться наконец с землей насовсем.
-Я отлетался, - просто сказал он.
Зеленые глаза Литты сперва сделались круглыми, потом опасно сузились.
-Ты сдурел? - спросила она сквозь зубы.
Фальк молча покачал головой. Он не хотел ничего объяснять. Боль -- ерунда, можно и потерпеть, но то физическая боль, а внутри болит иначе, и лекарствами этого не заглушить. "Лучше бы я и впрямь умер тогда", - подумал он, и в этот момент Литта вышибла у него из руки пузырек и принялась яростно топтать каблуком, растирая таблетки в мелкую пыль.
-Что ты делаешь?.. - выдавил он. Теперь ему еще полгода придется...
-И не думай! - выдохнула она. Сейчас Литта не улыбалась, а выражение ее лица пугало. - Не смей даже думать об этом!
-Ты что, верующая? - спросил Фальк спокойно. - Я - нет. Мне наплевать на высшие силы и посмертие, мне будет уже все равно.
-Фальк, но зачем? - выговорила она, и он впервые увидел слезы у нее на глазах. - Я не понимаю, зачем?! Или почему?
-Я же сказал. Отлетался. Не могу больше. И не хочу. Меня тут ничто не держит, вот я и решил уйти.
-Как это -- не держит? - нахмурилась Литта. - А работа твоя, ребята-курсанты, они же тебя любят, ты не замечаешь, что ли? Вокруг столько всего интересного, мир такой огромный и красивый! Не понимаю!
-Ребята хихикают у меня за спиной, мол, колченогий инструктор, вояка нашелся... А вокруг... - он отвернулся. - Какая разница, что там в мире, мне туда все равно не попасть. Долину вот увидел, спасибо тебе, я и не знал, что бывает на свете такая красота... Да что ж ты делаешь!
-Ума тебе вкладываю, - зло ответила девушка, глядя, как он потирает горящую щеку. - Совсем рехнулся! Правильно прабабушка говорит, что мужикам надо ума подбавлять, можно и сковородкой! Прадед-то, я говорила, тоже хотел убиться, когда обезножел, а она не позволила. И живы-здоровы оба, слава всему сущему, и летают вместе...
-А? - опомнился Фальк. Рука у нее была очень тяжелой.
-Это у нас семейное, - фыркнула Литта. - Любим летать. А они хоть и немолодые, но иным молодым фору дадут. И прекрати это! Ребята хихикают... Мало ли, над чем они хихикают, может, анекдот похабный рассказывают! А я тебе скажу, что они тебя уважают и вправду любят, я-то знаю. Вот меня подкалывают, я же девушка, ну так я привыкла, да и ответить могу. А ты герой войны, тебя только шепотом поминают, глупый ты человек!
Он молчал.
-Ты что? Ну-ка, сядь, я воды принесу... - встревожилась девушка. - Да мать вашу, куда вы мою фляжку задевали?! Убью олухов! На-ка, попей...
Под крылом аэроплана было прохладно, и стало еще лучше, когда Литта вылила Фальку на голову остатки воды из фляжки, потом сходила к озеру и повторила душ. И села рядом.
-Почему ты так этого стыдишься? - спросила она негромко.
-Потому что я неполноценный, - ответил он, привалившись к стойке шасси и закрыв глаза.
-Кто тебе это ляпнул? - поразилась Литта.
 
Фальк помолчал, а потом решил, что лучше сказать все и сразу, не то потом будет хуже.
-Моя невеста.
-Вот дура-то! - выпалила девушка. - Ну... извини...
-Ничего, - ровным тоном ответил он. - Она больше не невеста мне. Разорвала помолвку, когда узнала, что со мной случилось.
-Ты ее любил? - тихо спросила Литта.
-Не знаю, - равнодушно ответил Фальк, глядя в небо. - Думал, что люблю. Но все равно было очень больно. Тогда. Я надеялся, что она...
Он замолчал.
Девушка погладила его по плечу.
-А потом я узнал, как это -- любить по-настоящему, - добавил он. - Но уже слишком поздно...
-Вот дурак-человек! Чего тебе поздно-то? - подскочила Литта. - Тебе тридцать едва сравнялось, еще успеешь налетаться! Пойдем! Давай, вставай, а то силой потащу! Голова не болит, не кружится? А то тут солнышко такое...
-Да не болит у меня ничего! - Фальк встал. - Нечему уже.
Он лгал: у него нестерпимо болело сердце, потому что Литта была невероятно хороша на этом самом солнце.
-Прадеду было хуже, - серьезно сказала она. - Он не мог летать, и то выдюжил! А ты можешь! Распустил сопли, инструктор, называется... А ну встряхнись и полетим дальше!
-Горючего не хватит, - мрачно сказал Фальк.
-Дозаправимся, - фыркнула Литта.
-Где? В горах?
-Узнаешь, - сказала она загадочно. - Хотя нет. Пока рано. Ты совсем никакой, так что давай-ка на базу...
-Ну так заводи, - спокойно сказал он. - Что тянешь?
-Резину, - хмыкнула Литта. - Ну-ка, от винта!
*
Они не разговаривали почти две недели. Не о чем было, разве что по службе. "Привет, пришли механика, пятый номер проверить надо, мотор барахлит. Сегодня моя смена... Скажи в столовой, еще раз тухлятину приготовят, сами все сожрут, я прослежу! Курсант такой-то совсем негоден, надо отчислять или переводить во вспомогательные службы..."
Фальк не знал, что ему делать. Разговаривать с женщинами он не умел, только как с сослуживицами, вот и с невестой тогда... Он всякий раз хотел напиться, как вспоминал ту беседу. Слава Создателю, не лицом к лицу, по телефону, он еще был в госпитале, решил позвонить и сказать, что жив и относительно здоров...
Выяснилось, что она уже в курсе, видимо, его родственники сообщили, ему-то было не до писем. Только он еще об этом не знал.
-Дина, слышишь меня? - спросил он в трубку, тяжело опираясь на костыли, стоять ему еще было трудно. - Как ты там?
-Как обычно, - отозвалась она и вдруг спохватилась: - Фальк, это ты? Где ты?
-В госпитале, - усмехнулся он. - Но раз звоню, значит, жив и могу передвигаться, верно?
-В инвалидной коляске? - спросила Дина, и Фальк чуть не выронил трубку.
-Пока на костылях, - сказал он. - Там видно будет. А кто тебе сказал, что я покалечился?
-Твоя мать, - ответила она. - Ты перестал писать, и я к ней зашла, спросила, в чем дело. Она сказала, что ты разбился... Правда, не насмерть.
"Лучше бы насмерть", - подумал тогда Фальк.
-Извини, я не мог написать, лежал без сознания, - сказал он через силу.
-Я понимаю.
-Дина, меня не изуродовало, - сказал Фальк зачем-то, хотя уже понимал, к чему идет дело. - Я все такой же...
-Только безногий, да? - произнесла она, и он молча повесил трубку.
С тех пор он с ней не разговаривал. Пилюли, правда, начал копить попозже, пока он без них обойтись не мог, боли случались невыносимые. Потом это сошло на нет, но Фальк продолжал симулировать: он знал, что жить ему незачем, и мечтал только о покое. А Литта взяла и раздавила его мечту...
-Слушаю, - ответил он на вызов. - Инспекция? Разумеется, мы готовы принять проверку в любой момент. Да, я сообщу начальнику. Всего доброго.
Проверок еще только не хватало, подумал он и связался с начальником училища. Тот новостям тоже не обрадовался, от таких визитов хорошего не жди...
-Фальк, ты бы убрал свой фанероплан подальше, - попросил он. - А то ведь начнется: средства разбазарили, на этажерках летаете, сам знаешь.