Выбор, который делают за нас (СИ)

— Спасибо, — уже сама я потянулась к губам мужчины.
Всё же даже мне в голову не пришло позвонить сестре и узнать о состоянии мамы. Да и насчёт одежды все мысли из головы вылетели, стоило только проснуться в постели с любимым мужчиной. Я чувствовала себя виноватой, перед мамой, перед Никой. Ведь вместо того, что бы находиться там, рядом с ними, я здесь с Сашей и мы…
Самобичевание прервал непонятный музыкальный сигнал.
— А вот и Игорь с Никой, — ещё раз клюнув меня в губы, мужчина, который был облачен в одни пижамные штаны, отправился встречать гостей.
А я только смотрела ему вслед и злилась, ведь сейчас для Ники выпадет чудесная возможность, минимум пялиться на моего мужчину. А максимум, зная сестру, она может и потрогать, то, что ей не принадлежит.
Но увидев бледное осунувшееся лицо сестры, дала себе мысленный подзатыльник и снова стала тонуть в упрёках своей совести. Как я вообще могу думать о подобном, когда мы находимся в подобной ситуации.
— Как ты? — тут же подошла я к сестре. — Кофе будешь?
— Нет, спасибо, — устало плюхнулась за стол Ника. — За сегодняшнюю ночь, кофе более чем достаточно.
— Как там мама?
— Пока без изменений. Игорь обещал держать нас в курсе, — при упоминании о Громове лицо сестры слегка покрылось румянцем. — А ты как?
Видимо зря я списала воодушевление Ники на Громова. Скорее всего, это вид Саши на неё так подействовал.
— После того, что мне вкололи, проснулась здесь. Могу только сказать, что выспалась.
В голове тут же промелькнули картины прошедшей ночи, вызвав краску на моём лице, подсказывая сестре, о том, как конкретно я высыпалась. Ника улыбнулась мне и заговорщицки подмигнула.
— Да ладно, я не слепая. Ты прямо вся светишься, несмотря ни на что. Всё же секс спокон веков был самым лучшим лекарством от всех невзгод.
— О каком лекарстве говорят дамы? — в кухне появился Громов, а мы сразу покраснели как помидоры, от заданного им вопроса.
— Ааа… том, что вы мне вчера вкололи. Я спала как убитая всю ночь, — невнятно стала бормотать я.
— Можно на Ты, друзья моего друга, мои друзья, — всё же Игорь был лёгким человеком.
— А где, Алекс? — вдруг спросила Ника.
— У него важный звонок, всё же понедельник рабочий день, — развел руками мужчина. — А моей компании вам не достаточно.
— Более чем, — жеманно улыбнулась сестричка, чем повергла меня в полный шок.
Дальше, Ника засыпала Громова вопросами относительно его работы, объясняя это тем, что собралась поступать в медицинский. Меня же эта новость удивила. Неужели, то, что произошло с мамой, так сильно повлияло на сестру. Но Игорь так увлеченно рассказывал, сразу видно, что он любит свою профессию, что даже у меня мелькнула мысль, а не закончить ли курсы акушерки, так на всякий случай. Но потом я отбросила все мысли. Сначала приехал Дима с нашими вещами. Потом попрощавшись, удалился Громов. А следом за ним ушел и Александр, у того была назначена важная встреча, которую не удалось перенести. Ника приняла выданное ей Игорем успокоительное и тоже отправилась отдохнуть в отведенную для неё Сашей комнату. А я осталась наедине с самой собой.
Как-то всё разом навалилось. Чувство притупленные вчерашним лекарством обострились. И я снова начала переживать за маму. Очень хотелось отправиться к ней в больницу. Но я обещала Саше, что дождусь его, и мы отправимся туда вместе. Да и в случае чего, Громов сказал, что будет держать нас в курсе состояния здоровья мамы.
А из-за того, что мне некуда было себя деть, я начала заниматься, тем, что делает большинство женщин. А это накручивать себе всякие поганые мысли, создавая проблемы. Главной, из которых была Вяземская. Что-то мне подсказывало, что девчонка не успокоиться, и будет пытаться достигнуть своей цели.
Только спустя трое суток, которые мы по очереди находились в больнице, в ожидание хоть каких-то вестей, Игорь нас порадовал тем, что кризис миновал. Нам было позволено навещать маму.
Те эмоции, которые я испытала, увидев её на больничной кровати, не предать словами. Возникало ощущение, что она голодала как минимум год, настолько было исхудавшим её тело. А бледная сероватая кожа, ни чем не напоминала ту, что была у мамы от природы. На белом словно мел лице четко были очерчены скулы и огромные голубые глаза. Вся румяность и пышность, отступили, уступив место болезненному виду.
 
— Мамочка, — всхлипнули мы одновременно с Никой.
Она улыбнулась посиневшими губами. Все её движения и мимика была усталой и медленной. В сердце страхом колыхнулось, что вот так прощаются с людьми. Схватив ладонь мамы с тонкими изящными пальчика, прижала её к своей груди опускаясь на пол подле кровати, одновременно замечая, что с левой стороны, так же присела и Ника.
— Вы сейчас действительно как близнецы, — с трудом выговорила мама, — даже движения у вас синхронные.
— Как ты себя чувствуешь? — утирая тыльной стороной ладони выступившие слёзы, спросила Ника.
У меня же ком в горле встал. Я не могла вымолвить ни слова, судорожно следя, за каждым маминым вздохом. Я боялась потерять её. Она ведь ещё так молода. Она мне так нужна, да и Ники тоже нужна. Может и папа одумается, и поймёт, что лучше, женщины, что провела с ним более двадцати лет, никого нет.
— Уже лучше. Я просто не ожидала… — мама запнулась.
Смысла говорить не было. Ни кто из нас не ожидал подобной выходки от отца. И в том, что мама сейчас находится в таком состоянии здесь, исключительно его вина. Которую вряд ли я смогу простить.
— Он ещё пожалеет, что так поступил, — зло прошипела сестра.
— Мы уж об этом позаботимся, — поддержала я настрой Ники.
— Не тратьте на это свою жизнь, девочки, — печально улыбнулась мама.
Мы её не понимали. Но смерено кивнули все равно оставшись при своём мнении. Как минимум, у нас теперь нет отца. Точнее у меня точно. Вот только у меня есть поддержка в лице Саши, а у Ники? У Ники в любом случае буду я.
И я ещё заставлю, отца раскается за всю ту боль, что он причинил мамочке. Я знаю достаточно его секретов, которые могут «осчастливить» его жизнь в ближайшее время.
Извинившись перед мамой, вышла из палаты под предлогом посетить туалетную комнату, несмотря на то, что та находилась в палате у мамы. Саша постарался, что бы ей досталась лучшая палата в этом заведении. А дальше я приступила к плану своей мести. Достала свой iPhon и набрала Саше. Он взял трубку на второй гудок.
— Всё хорошо, милая? — прозвучал любимый голос в телефонном аппарате.
— Да, Саш. Маме уже лучше. Нас даже к ней пустили. Ты не мог бы для меня кое-что сделать?
— Если ты про цветы, то я уже связался с Кристиной, и ближайшее время ей доставят их, в очень большом количестве. Так как там будут цветы и от отца и Димы. Знаю ещё что Брянов и кое-кто из гостей, в том числе и Тито, тоже отправили ей их.
Упоминание о рыжеволосой красавице цветочницы заставили поморщиться. Но, Саша, же сказал, что он будет со мной честен, а про Кристину говорил, что она просто знакомая. Значит можно не ставить её в ранг соперниц. По крайней мере, я на это очень надеялась.
— Нет, я про другое. У вас работает такой человек как Васильев Денис Владимирович, ты его знаешь?
— Дааа, — как то настороженно протянул Саша, — я как раз назначил его на должность личного ассистента у Димы. Что ты о нём знаешь? — задал вопрос в лоб, бедующий супруг.
— Всё. И кто является его родителями.
— Хочешь просветить парня, о том, что вы родственники? Зря, он вроде как на тебя запал, — по голосу поняла, что Саша улыбается.
— Нет, — тоже улыбнулась я. — Просто знать, где он и что с ним, будет одним из моих козырей. Мне нужна вся информация на папину подстилку. Что, где, почему, ну ты понимаешь.
— Солнышко, ты только делай задуманное, хорошо продумав каждый шаг. А то ведь выльешь всю эту грязь, а брызги достигнут нас.
— Я обещаю, что всё сделаю с умом.
— Хорошо. С тобой свяжется человек в ближайшее время. Уточнишь, какую информацию тебе нужно, он всё предоставит.