Устанавливая правила (СИ)

«Я хочу свою сестру.
Хочу знать, что с ней случилось».
Понимаю, что должна сказать, объяснить причину моего появления в компании. Но слова не хотят слетать с моих губ. Слишком рано.
И он слишком близко.
Рулз наклоняет голову в сторону, пристально глядя на меня.
— Не хочешь говорить? Тогда говорить буду я. Я хочу, чтобы ты была голой, сверху. Сейчас.
— Нет.
— Нет? — переспрашивает, приподняв бровь.
Я сокращаю расстояние между нами, приблизившись к нему вплотную. Ухватившись за ручки кресла, наклоняюсь над ним, и моё лицо оказывается на расстоянии дыхания от его лица. Я чувствую резкий запах его парфюма, смешанный с запахом дыма.
— Я знаю таких мужчин, как ты.
— Тех, у кого есть власть?
— Тех, кто не может себя насытить.
Не знаю, почему позволяю ему, но когда Рулз поднимает руку и расстёгивает верхние пуговицы моей блузки, я не возражаю. Он скользит пальцем в моё декольте, следуя по контуру нижнего белья. Ощущение от его костяшек на кружевах сильное.
Слишком интенсивно, чтобы я могла выдержать.
Я выпрямляю спину, уклоняясь от его прикосновений. Смотрю на мужчину сверху вниз, моя блузка наполовину распахнута, а твёрдые соски натягивают тонкую ткань.
Я отступаю на шаг.
— Тебе придётся сделать больше, чтобы заполучить меня.
— Я могу тебя заставить.
Его слова разжигают во мне подозрение. Я вспоминаю рисунок сестры: кулак, сжатый так сильно, что кажется жестоким.
— Ты уже поступал так? Хочу сказать — заставлял женщину…
Задаю ему вопрос с улыбкой, будто ответ меня не волнует и я просто играю.
Рулз проводит языком по губам, позволяя мне увидеть блеск его зубов.
— О да. Хочешь, чтобы заставил и тебя тоже?
Я качаю головой.
— Ты не можешь прикасаться ко мне. Нет, если не захочу я. У меня есть полный доступ к базам данных твоей компании и всей информации, которую они содержат. Мне достаточно одного клика, чтобы погубить тебя.
Он скрипит зубами.
— Ты подписала соглашение о неразглашении.
— Его подписала Серена Фостер. Но, как уже догадался, её не существует. А я, напротив, здесь. И я знаю все твои секреты.
Мужчина едва поднимает голову. То, как он увлажняет губы наводит на совершенно неуместные мысли. Мрачный и решительный, Рулз не должен привлекать меня, но он привлекает.
Ночь темна, а я — мотылёк.
Если не буду осторожна, то сгорю до утра.
— Видишь ли, Шэрон, чтобы заполучить тебя, мне не нужно принуждать или шантажировать. — Улыбка, вспыхнувшая на его лице, заставляет меня затаить дыхание. — Мне достаточно, чтобы ты захотела этого так же сильно, как и я.
Извращённый. Опасный. Притягательный.
Когда Рулз встаёт и приближается ко мне, он — всё это и даже больше. Мужчина не прикасается ко мне. Ему это и не нужно. Одно его присутствие заставляет меня отступить, пока не оказываюсь прижатой спиной к окну. Рулз упирается в стекло, заключая меня в свои объятия, затем наклоняется и проводит губами по моей шее от ложбинки до уха.
— Оттолкни меня, — приказывает он.
И я отталкиваю. Я игнорирую дрожь желания, которая сжимает мой живот. Я кладу руки ему на плечи и со всей силой отталкиваю. Рулз отшатывается, разражаясь искренним смехом. Тогда я спешно выскакиваю из помещения, но он не делает никаких попыток остановить меня.
Я убегаю так быстро, как только могу. Сажусь в первое попавшееся такси и называю домашний адрес. Понимаю, там для меня тоже небезопасно, поскольку Рулз знает, где живу, но я не могу больше никуда пойти.
Кроме того, не хочу, чтобы он думал, что я боюсь.
«Даже если и так. И очень сильно».
Чего я никак не ожидала, вернувшись, так это найти на компьютере записку с моим именем.
Я беру листок и переворачиваю.
Два дня.
С ужасом понимаю, что Рулз (или кто-то для него), вломился в мой дом.
Я комкаю записку и выбрасываю.
Если он выяснил, кто я, то, скорее всего, он также обнаружил, что я за ним шпионила. Не удивлюсь, если в ответ на «должок» он установил камеры в моей квартире. Я оглядываюсь вокруг. Вроде бы ничего не изменилось, всё как и было утром. Но я не могу избавиться от ощущения, что Рулз наблюдает за мной.
 
Я знаю, что это так.
— Тебе меня не запугать, — кричу я
Словно чтобы доказать ему это, я снимаю юбку и блузку и в ярости направляюсь в ванную. Несмотря на то что Рулз едва заметно прикоснулся ко мне, я чувствую, как горит кожа. Я бросаюсь в душ, и растирая тело, думаю о том, что произойдёт, когда ультиматум, который он мне поставил, закончится. Ничего хорошего, без тени сомнения.
Я опираюсь руками о кафель и отдаюсь ласкам воды. Чувствую, как она струится по моей коже. Его руки не будут такими нежными, когда он возьмёт меня. Я должна бояться его и того, что он может со мной сделать, но страх исчез. Осознание того, что мы снова будем одни в тёмной комнате, вызывает во мне дрожь. Я сжимаю губы. И когда жар, который я чувствую между бёдер, усиливается, а фантазии, которые преследовали меня последние несколько ночей, становятся всё более реальными, у меня вырывается стон.
«Я смогу воплотить в реальность все твои фантазии, включая самые тёмные и жестокие…»
Трудно не коснуться себя, но я сопротивляюсь.
Глубоко вдыхаю, борясь сама с собой.
«Ты знаешь, что мне это под силу».
Я качаю головой, чувствуя одновременно отвращение и шок от эмоций, бушующих внутри меня. В порыве гнева я выхожу из душа, но вместо того, чтобы завернуться в полотенце, иду на середину комнаты.
Там я останавливаюсь. Обнажённая.
Я кусаю губу, вспоминая ночь, когда Рулз прислал мне видео с парочкой, трахающейся у него на глазах.
— Ты любишь смотреть, да?
Я знаю, что любит.
А мне бы понравилось, если бы за мной наблюдали.
Не все: он.
Вот почему я нежно поглаживаю грудь.
Томная ласка, полная обещаний.
Когда моя рука скользит вниз — к влажному лону, — мои губы изгибаются в улыбке. Если он действительно шпионит за мной, я знаю, чего он ожидает, что хотел бы увидеть.
И знаю, чего он никогда не получит.
— Смотри сюда, Рулз.
Я поднимаю оба средних пальца, высоко удерживая кулаки, кружусь на месте, а затем быстро залезаю в кровать под одеяло. Сегодня ночью, наверное, я опять не смогу уснуть, но что-то подсказывает мне, что и он тоже.
«Два дня».
  
Глава 11
 
Шэрон
— Ты хоть знаешь, который сейчас час?
Не успела я пройти контроль на входе в Rules Corporation, как практически из ниоткуда появился Томас.
— Я задержалась, извини.
На самом деле бессонная ночь и визит к Бернсу стали не просто задержкой. Я опоздала более чем на три часа и выглядела ужасно с глубокими мешками под глазами, зато получила нужный мне фоторобот. Согласно описаниям свидетелей, мужчина, который последовал за моей сестрой в «Голубые ноты», и мужчина, который наблюдал за ней в закусочной, — один и тот же человек.
У Бернса остались друзья в полицейском участке, но он всё равно не смог раздобыть никакой информации. Надеюсь, мои знакомые смогут сделать больше.
— Рулз высоко оценил твою работу. Он уже трижды спрашивал меня, можем ли мы опубликовать обновление программы, но я не знал, что ответить.
«Рулз…»
От одной мысли о нём скручивает желудок. Я прячу напряжение, охватившее моё тело, за улыбкой.
— Рада, что моя работа его удовлетворила. Если ему нужна окончательная версия, я могу предоставить её через час — время, для проверки результатов тестов, которые я запустила вчера вечером.
Томас поднимает рукав пиджака и смотрит на часы.