Змеиный дом (СИ)
Ещё с минуту девушки били провинившуюся тройку, пока учительницы буквально за шкирки не растащили их в стороны.
-Что тут происходит?! А?! Быстро объясните своё поведение!
-Это всё Василиса! Она сговорилась с Софьей Леонидовной, чтоб та ставила ей оценки выше! А другим занижала! А Настя — сплетница! Мы её поймали! — стали наперебой тараторить девочки.
Я вместе с Верой и белкой сидели вместе на кровати, эти двое прилезли ко мне во время драки, будто ища защиты в количестве.
-Ничего такого не было! — взвизгнула Софья Леонидовна, густо покраснев.
-Я уверена, тут просто какое-то недоразумение! Давайте не будем совершать поступки, которые нас совсем не красят, и не будем говорить слов, о которых пожалеем! — Лидия Николаевна говорила правильные вещи, но при этом с явным негодованием смотрела на Софью. Хе-хе, явно тоже не верила её словам.
Забрав тройку побитых подружек (Насте сломали левую руку, Марине так подбили глаза, что она вообще ничего не видела, а Василиса явственно подволакивала ногу и утирала кровь из разбитого носа и губ) и записки, учителя ушли. Толпа девок, лишь слегка помятая в драке, ещё с полчаса гудела у нас в комнате, потом переместилась в холл, к телевизору. Только тогда три оставшиеся обитательницы спальни пробрались сюда, залезли на мою постель (вот сучки!) и стали гудеть, обсуждая произошедшее. Я тоже иногда поддакивал и выражал удивление восклицаниями.
В результате этого всего Василису, Настю и Марину поселили в отдельной комнате, которую они запирали на ключ, чтоб никто к ним не вломился. И ходили они всегда только втроём, даже в туалет, боясь быть побитыми. Все в детдоме их чуть ли не ненавидели, шипели на них почище змей, а уж как-то напакостить им считалось благим делом!
Под таким прессингом непривычные девушки сломались. Ходили всё время испуганные, вздрагивали от любого шума, а говорить, казалось, вообще перестали. Василиса к тому жен завалила выпускные экзамены. После слухов для её проверки собрались все учительницы детдома и даже из минобра приехала парочка тёток, посадили её за парту посреди комнаты, а сами расселись по кругу и смотрели. Понятно дело, под таким перекрёстным присмотром кобылица лажала везде, где только можно, и не сдала половину экзаменов. Фиг ей, а не приличное училище или даже ВУЗ, пойдёт в самую лоховскую бурсу!
А я наслаждался жизнью и строил из себя пай-девочку. К счастью, никто в комнате не подумал, что теперь она должна быть альфа-самкой, так что драки за иерархию не было. Все занимались тем, чем хотели, и всё. Меня даже стали приглашать в компанию девочек, хотя я больше слушал, чем говорил. А ещё мы играли в карты на котлеты и вообще мясное в столовой, я чаще всего выигрывал. Соседки с какой-то фанатичной упрямостью пытались раз за разом отыграться, но я от этого только становился сытее. Кстати, сам я экзамены в классе сдал лучше всех в детдоме, потому что программа была очень уж лёгкой. Меня даже пытались так же тестировать, как Василису, но мне было пофиг на их гляделки, так что всё прошло хорошо.
А вот чего я не ожидал, как это произошедшего потом.
Мы с Верой и Катей как раз перекидывались в дурака, сидя на кровати Веры — все остальные разъехались по дальним родственникам и временным опекунам — когда в дверях показалась Лидия Николаевна.
-Найдёнова! — требовательно вскрикнула она, а я аж подпрыгнул от неожиданности.
-Да, Лидия Николаевна! — я бросил карты и подполз к учительнице.
-У меня для тебя новость. — выдавила та таким тоном, будто хоронит кого-то. Ей явно не хотелось, чтоб эта новость была.
-Какая, Лидия Николаевна? — я немного насторожился. Что случилось-то? Нашлись какие-то мои родственники? Я оказался родственником Лидии Николаевны? Чего она такая злая-то?
-Ты попала под программу поддержки сирот редких видов. — наконец разродилась учительница.
-И что это означает? — вот что мне, каждое слово из неё клещами вытаскивать?
-Это означает, что тебе надо собираться. Через два дня ты отправишься в летний лагерь на Южный берег Сиама. И пробудешь там до августа.
-Правда? — даже как-то растерялся.
-Нет, блин, я пошутила! Конечно, правда! Так что собирай свои пожитки, послезавтра я отвезу тебя в Зареченск и передам в руки воспитателей лагеря. Поняла?
-Конечно, Лидия Николаевна!
Полтора месяца без этой пресной рожи?! Ха-ха-ха, вот это отличная новость!
Глава 16
Когда первая радость от того, что я свалю из этого гадюшника (интересно, а нормально так говорить, если я сам — натуральная гадюка?), то на смену пришло беспокойство. А вдруг это того — ловушка? Ну, не знаю, Офца продала меня кому-то, теперь посадит в клетку и отвезёт клиенту, а в детдоме скажет «сбежала». И дальше я в лучшем случае пойду на сумочку с сапогами, потому что кожа хорошая. А в худшем — в какие-нибудь секс-рабыни в экзотическом борделе, я-то тут вполне себе экзотика. И буду я доживать свои дни, весь в татуировках, с ошейником и обслуживая местных старых пузанов. Брррр, даже думать о таком не хочется!
Но Вера с подружкой успокоили меня, мол, такое время от времени случается, каких-нибудь детей увозят и привозят. Несправедливо, что не всех, но жизнь несправедлива по своей сути. А окончательно меня успокоило то, что я не один поеду — со мной отправятся Рита и Маша, две подлизушки Кати, бывшей подружки Василисы, парню которой я подбросила чужие трусы, а так же Степан, парень-лис из клуба Древолазов. Вряд ли всех четверых завезут куда-то не туда, слишком уж палевно будет такое. А я уже понапридумывал интерьеры борделя… Мда…
Поэтому я стал собираться. Ну как собираться — в свой рюкзак засунул все четыре платья, зубную щётку, кружку, ложку с миской и всё. Больше у меня ничего и не было. Грустно? Грустно. Но мне этого было достаточно.
В назначенный день к выходу подъехал видавший виды минивен, из которого вышел Трофим. Мужик отпёр отъезжающую дверь и скомандовал нам загружаться, что мы и сделали. Рита с Машей последние дни были слегка пришибленными — ещё бы, их покровительница выпустилась, новую они ещё не нашли, а в детдоме моими стараниями был такой кавардак, что они не знали, что делать. Но сейчас они явно чувствовали себя на высоте — заняли места рядом с Лидией Николаевной, которая тоже ехала с нами, и изо всех сил подлизывались к ней. А нас со Стёпой оттеснили на задние сидения, где тряска больше. Ну и ладно, я разлёгся сразу на трёх сидениях, вытянув хвост, и пялился в окно. Ещё бы! Первый раз за пределы детдома выезжаю! Степан на соседнем ряду делал то же, разве что такого роскошного хвоста у него не было, и вытянуться всем телом он не мог.
Наш детдом располагался в пригороде столицы одной из областей, так что теперь мы выезжали из деревни в цивилизацию. Дороги становились всё лучше, вдоль дороги становилось больше домов, а сами они вырастали всё выше и выше. Как-то незаметно мы вдруг стали ехать не через частные дома пригородов, а сквозь городскую застройку — «свечки» многоэтажек, яркие магазины, торговые центры, какие-то развлекательные комплексы. К моему удивлению, архитектура этого мира, по крайней мере этой части света, ничем особо не отличалась от российской. Даже панельные пятиэтажки были! Правда, зелени было больше, факт, и парки встречались чаще, а ещё проекты домов были разные, явно для зверолюдей разного размера. Хотя и «универсальных» жилищ хватало.
По улицам ходили полураздетые по случаю июня люди, выставляя напоказ свои зверолюдские особенности. Ух, я даже серпенту видел одну! Какая-то дамочка в майке и каких-то непонятных поясах выбиралась из машины, сверкая на солнце ярко-серебристой чешуёй хвоста. А длинная была — жуть! И грудь я успел мельком заметить, солидная такая. Но в основном были обычные люди, травоядные в виде белок и кроликов, а так же изредка встречались хищники и крупные травоядные. Бычара с длинными, в полметра, рогами в майке-алкоголичке, куцых шортах и с бутылкой пива в руках, сидящий в сквере, вообще был прям гопник какой из старого мира.