Истина внутри кошмара (СИ)

Марли выглядел все более взволнованным и пугался каждого шороха, но очень старательно пытался это скрыть, что, впрочем, получалось очень слабо. Виз, продолжавший идти позади, награждал меня озлобленным взглядом каждый раз, когда я оглядывалась в его сторону, а Джирэн, и Сома сохраняли молчание.
Лишь когда мы пришли к очередной развилке и выбрали направление, она помотала головой и показала иной путь, сказав, что нам нужно идти туда.
— Откуда она знает, куда нужно двигаться? — поинтересовался Виз.
— Он там, я знаю… — тихо ответила она.
— Кто "он"? — дрожащим голосом спросил Марли.
Уточнений не последовало, вместо этого девушка сомкнула глаза и уткнулась в мускулистые плечи.
— Ро'мальен, мы искать хозяин? Мне нужен… хозяин.
— Скоро найдем, не волнуйся, — успокоила я его.
— Интересно будет посмотреть на его рожу, когда он догадается, — усмехнулся Сома.
— Заткнись и иди молча, — ответила я не поворачиваясь в его сторону, но спина почувствовала, как его взгляд злобно просверлил меня насквозь.
С каждым следующим обогнутым препятствием или развилкой Джирэн все чаще подсказывала правильную тропу. Виз открыто подозревал ее из-за излишней осведомленности, постоянно высказывая сомнения, но мы продолжали следовать ее указаниям. В какой-то момент вдалеке послышались крики, напоминающие по интонации громкие возмущения. Они принадлежали женщине. Мы спешно побежали на звук. Пройдя через арку, исписанную странными узорами и украшенную сверху особенно жутким черным деревом, будто бы обугленным после пожара, мы оказались в просторном поле, окруженным скалами со всех сторон, зажимавшим территорию в кольцо. Туман остался снаружи, не последовав за нами и сильно расширяя круг обзора. Сюда вело несколько еще проходов с разных сторон, украшенных практически идентично нашему, а некоторые утесы поднимались настолько высоко, что терялись даже в отступившей вдаль черной пучине.
Но самой главой достопримечательностью этого места было некое существо из огромных грязноватых костей, вросшее в черную гору. Высоко расположенная голова с длинной вытянутой пастью была украшена двумя зелеными светящимися шариками, которыенаходились на месте глаз, в то время как чуть ниже скалу охватили огромные ребра, каждое из которых по размерам было с нашего трехглазого товарища. Вдоль земли растянулись две лапы, а из вершины темного камня высовывался длинный хвост, обвившийся вокруг соседней возвышенности словно змея. Нижняя челюсть громадины периодически шевелилась, глаза то и дело вспыхивали, а прямо перед костяным изваянием стояла женщина.
— Что значит нет? Я плутала в этом провонявшем от тумана лабиринте не для того, чтобы услышать отказ! — истошно орала она, обращаясь к изваянию.
Мы подошли поближе, обратив на себя внимание кричащей. Ее длинные и изящные белокурые волосы спадали почти до пояса, а милые черты лица слегка тронуты естественным для всех искажением. Наверняка при жизни она была той еще красавицей, а судя по одеянию и манере речи, еще и при весьма неплохом статусе.
— Что это за тварь? — спросил Марли, спрятавшись за Ка'тох'аром и поглядывая на зубастую пасть.
— О, еще пачка мертвяков. Сожалею, но здесь очередь, так что будьте добры, свалить куда подальше! — выкрикнула женщина.
— Судя по крикам, не очень то ты здесь преуспеваешь, — ответил Виз.
— А ты, я смотрю, самый умный?
— Возможно и так. И знаешь, что-то я не вижу здесь правила об очередях.
— Ха, да пожалуйста, все равно мы здесь застряли надолго, — насмешливо ответила она, а после показала пальцем на кости в скале. — Эта тварь знает как отсюда выбраться.
Виз собрался уже выйти вперед, но его грубовато оттолкнул эльф, резво заняв место перед лапами и вызвав возмущение бывшего советника, на которые, впрочем, он не обратил никакого внимания.
— Мое почтение. Меня зовут Сома Декайонн, я — эльф из высокогорных равнин поднебесья.
Костяная голова медленно опустилась вниз, а хвост позади немного походил из стороны в сторону.
— Приветствую тебя, эльф. Давненько здесь не появлялись представители вашей расы, — голос был хриплым и очень низким, а челюсть при этом не двинулась с места, лишь глаза засияли более ярким светом. — У меня нет имени, но можешь именовать меня просто "судьей".
 
— Признаюсь честно, мне пребывание в этом месте тоже не очень то и нравится, а потому, позвольте спросить, великий судья, как же можно отсюда выбраться?
— Сожалею, но ты умер, и твоя душа обречена скитаться по этим туманным дебрям.
— Что? — возмутился Сома. — Не может такого быть!
— А что насчет меня, — вмешался Виз, решивший не ждать своей очереди. — Я вообще не должен здесь быть, меня несправедливо убила эта мерзавка, ради своей жалкой мести! Верните меня назад!
— Мне все равно, как ты умер, — ответил судья, и в его голосе послышалась легкая угроза. — Ты останешься здесь вместе со всеми.
Белокурая женщина усмехнулась, в то время как Виз опустил голову и сжал кулаки. Остальные не торопились что-либо предпринимать. Марли боялся, Ка'тох'ар с любопытством рассматривал кого-то, кто значительно превышал его по размерам, в то время как Джирэн, спустившаяся вниз, поглядывала на меня и словно бы не обращала внимания на страшную морду.
А потому, я вышла вперед, встав рядом с Визом.
— Скажи, что с нами будет дальше?
— Вы будете скитаться в тумане до тех пор, пока ваша душа не рассыплется в прах.
— В таком случае, зачем нужен судья? К тому же, душ подозрительно маловато, а значит, существует способ выбраться, не так ли?
Послышался треск, а голова нагнулась ниже, направив взор зеленых огоньков прямо на меня.
— А ты наблюдательна, человеческая девочка. Однако, позволь заметить, что не каждая душа после смерти попадает сюда.
Нижняя челюсть опасно нависла надо мной. Казалось, что этот неустойчивый кусок свалиться на меня и раздавит в лепешку, но какой смысл бояться, если я уже мертва?
— Значит, ты распределяешь души в разные места? В таком случае, почему ты сидишь здесь, прикованный к скале словно такой же пленник? Сомневаюсь что из всех вариантов эти мертвые дебри самые приятные.
Пасть раскрылась еще шире. На всякий случай я зажмурилась, в ожидании пронзающих тело клыков, но судья в ответ лишь рассмеялся.
— Неплохо-неплохо. Не ожидал такого хладнокровия от мелочи, вроде тебя. Я расскажу, что действительности ждет душу на закате жизни.
Воодушевившись моей смелостью, остальные тоже прибавили себе уверенности и подошли ближе. Белокурая одобрительно кивнула, и, казалось, даже на лице Сомы на мгновение промелькнула нотка уважения. Марли же перестал прятаться, встав ровно и, как обычно, старался не подавать ни единого намека на свою трусоватость.
— После смерти у души есть три возможных исхода, — говорил судья. — Наиболее достойные поднимаются наверх, в белые сады, где могут сами вершить свою судьбу. Остальные отправляются на путь перерождения, где проходят через очищение, избавляясь от воспоминания и личности, а после начинают новый цикл. Однако, непринятие собственной смерти или мрак внутри ваших душ могут привести к появлению мертвого тумана и заточению в самых низинах загробного мира до тех пор, пока сущность не обращается в прах. Но, стоит признать, некоторые все же выбираются.
— Интересно, и как же им это удается? — спросила белокурая, после недолгого молчания.
— Все зависит от души… и только от души.
— Мы пропали, — Марли опустился на колени и забил руками в каменную почву. — Мы все здесь превратимся в прах, как и наши тела после смерти.
 
Он захныкал. Остальные тоже выглядели разбито. Ка'тох'ар, который, кажется, ясно понял смысл сказанных слов, запаниковал и опустился рядом с усатым толстяком, вдарив мощным кулаком в камень. Лишь вспыльчивая женщина и разгневанный эльф не сдавались.
— Послушай, судья, я не желаю и не собираюсь торчать тут до конца своего существования. Эта девчонка права, ты здесь не просто для того, чтобы рассказывать истории о загробной жизни, — вопил Сома.