Истина внутри кошмара (СИ)
— Ты можешь убить меня, если хочешь.
Виз в недоумении перемещал взгляд то на меня, то на Джирэн. Я сделала шаг вперед и подняла правую руку, сжимая ей воздух, слово бы репетируя удушающее движение. Я чувствовала, как дергается мой глаз, как нервозно прыгают то вверх, то вниз уголки моего рта. Неужели эти воспоминания свели меня с ума?
Нет, я все еще Ромалин, и останусь только ей. Она же — не более чем мое отражение, ненастоящий и фальшивый образ, без личности и собственной души. Если лишь такое убийство позволит мне достичь своей цели, я сделаю это.
Еще один шаг в сторону девушки. Она смотрела на меня своим привычным взглядом, но что-то в нем показалось мне иным. Раньше я воспринимала это как безразличие, но теперь… теперь казалось, что в ее глазах отражается вся моя зацикленная жизнь. Джирэн так искренне хотела воссоединиться со своей сестрой… она мечтала о том, как однажды вместе с ней пройдет за сияющую арку, и многим пожертвовала ради этого. Так есть ли у меня право нарушать собственное обещание, отклоняться от своего же решения, пусть и происходящего из таких далеких дней?
Рука прикоснулась к горлу, но пальцы так и не решились сжаться. Нет, это неправильно… мне не хочется так поступать. Все-таки, эта девушка — главное напоминание о прошлом, моя собственная малая частичка, которая продолжает существование ради меня и моего обещания.
— Да что же я делаю…
Голова опустилась, как и рука, которая так и не причинила никому вреда. И что теперь? Раз за разом перерождаться, теряя свою личность и накопленные знания, в ожидании момента, когда жизнь Рэвери оборвется? Мне ведь все равно придется убить Джирэн, чтобы вернуться наверх, так почему же я не могу решиться на этот маленький шаг?
Неужели… мне жалко ее?
— Ромалин, — обратился ко мне Виз, который все еще не понимал, что происходит. — Не знаю, что между вами происходит, но не допусти ошибку, о которой потом пожалеешь.
…
Ошибка.
И то, что я должна сделать…
Хочу ли я в самом деле попасть в белые сады и обрести покой? Хочу ли я потерять свою личность, кануть в забвение и переродиться? Казалось, что все варианты так плохи, что ни один из них мне не подходит. Все это время я лишь хотела избежать страшной участи в пучине кошмара, но даже не задумывалась над тем, какую цель преследую. Перспектива потерять себя казалась ужасной. Так чего же я хочу на самом деле?
Моя сестра — самый дорогой для меня человек, и в то же время, самый ненавистный. Тут произошел конфликт моей текущей личности с предыдущей. Полагаю, именно поэтому я попала сюда, в загробный мир. Я не смирилась с тем, что сделала Рэвери с моей новой семьей, и та близость, то влечение к ней, которое подсознательно ощущалось мною с момента ее появления в Рандервиле полностью рассеялось. Глупое стечение обстоятельств нарушило мой цикл, нарушило инстинкты, жившие в моей душе, заставив воспринимать того, ради кого я жила, как злейшего врага.
И теперь, у меня есть выбор. Крайне тяжелый выбор, который определит все. Я могу закончить все здесь и сейчас, воспользовавшись возможностью расторгнуть сделку с Унарием, а могу продолжить свой путь и в очередной раз переродиться, проживая одну жизнь за другой, каждый раз теряя воспоминания и по новой знакомясь со своей сестрой, которая даже не подозревает о том, кто я такая.
Выбрать себя и спастись, или принести в жертву свою личину, продолжая цикл ради обещания Джирэн.
Так какое же решение мне стоит принять?
7. Обещание из далеких дней — часть 2
Когда Рэвери пришла в наш город, у меня был особенно сложный и болезненный период. Я могла несколько солнечных циклов провести в лежачем положении, не имея возможности встать. Большая часть времени проводилась во сне, и порой казалось, что реальный мир становится все более далеким от моего сознания, а его место постепенно занимают собственные фантазии, в которые я погружалась очень надолго. Лишь изредка приходилось просыпаться, чтобы принять скудный рацион, приложить к голове новую шкуру, смоченную в холодной воде, и снова погрузится в небытие.
Тогда меня часто посещали мысли — зачем я существую, если являюсь не более чем обузой для своей родни? Встретила бы смерть во время очередного сна, и всем стало бы от этого только лучше. И все же, я хотела жить, а потому, продолжала бороться. Когда становилось немного легче — начинала чаще двигаться, делать различные дела по дому и всячески адаптировать свой организм к более тяжелым условиям. Постель стала для меня чем-то ненавистным, словно тюрьма, которая сковывает движения и привязывает к себе на долгий срок, а потому все свободное время хотелось проводить за каким-нибудь простым занятием. Неважно каким, лишь бы отвлекало разум и отодвигало очередной процесс засыпания.
Правда, на фоне ситуации в старом Рандервиле, придумать себе что-то действительно полезное почти невозможно. Люди живут в грязи, помогают друг другу только если это необходимо для выживания, а некоторые и вовсе откровенно используют труд тех, кому тяжело самостоятельно добыть пропитание себе и своей семье. Либо ты опытный охотник и добытчик, который рискует, но имеет все, что нужно, либо обыкновенный трудяга, работающий не покладая рук. Многие погибали от лап хищников, как в попытке пойти против устоев, так и от простых набегов, ведь город не имел защиты как таковой. Не было даже вождя, по крайней мере, стабильного, потому что никто не мог удержать народ вроде нашего в сильной руке дольше, чем на одну луну.
Так как же одна девушка смогла так все изменить? Увы, помню я не слишком много. Началось все с того самого момента, когда большая часть моей семьи начала больше времени проводить дома, уже не оставляя меня в полном одиночестве. Еды стало больше, особенно мяса, которого так не хватало. Я постепенно шла на поправку, мое самочувствие улучшалось, а организм получил те самые свежие силы, в которых нуждался долгое время.
Естественно, меня заинтересовала причина таких изменений. Как оказалось, в наши болотистые земли пришла загадочная девушка, которая сумела на удивление быстро прийти к власти. На протяжении нескольких лун она завоевывала уважение народа, помогая тем, кто нуждался. Наши наиболее сильные представители утратили свое влияние, потому что Рэвери делала все безвозмездно, не требуя ничего взамен. Многие пытались от нее избавиться, ни один день не обходился без поединка, когда кто-нибудь то и дело бросал чужестранке вызов, однако не нашлось ни одного человека, кто смог бы с ней справиться. Девушка виртуозно побеждала одного бунтаря за другим, оставляя их травмированными, с вывихнутыми конечностями и ранами. Разумеется, пытались ее одолеть и толпой, но тогда Рэвери бралась за оружие, что кончалось, как минимум, парочкой жертв и отступлением остатков. Она была непобедимой, бесстрашной и сильной — тем самым лидером, в котором так нуждался наш загнивающий народ.
Тогда я восхищалась ей, ведь косвенно благодаря этому человеку у меня получилось вновь встать на ноги. Наш народ постепенно склонялся перед ней, восхваляя как великую правительницу. Она не просто вдохнула в кого-то вроде меня вторую жизнь, а стала примером для подражания. Мне неоднократно доводилось мечтать, как однажды получится показать себя и занять высокое место, получив признание в обществе. Мы бы правили вместе, бок о бок, и для меня было бы честью помогать ей во всем.
Однако, позднее что-то случилось с нашей госпожой. Прошли годы, мы переселились на другое место и построили нормальный город — новый Рандервиль. Именно тогда, когда наша жизнь перешла на совершенно новый уровень, народ стал особенно требовательным. Я думала, что великий лидер вроде Рэвери без проблем найдет простое решение, но подобное предположение оказалось ошибочным. Она стала более жестокой и бессердечной, заставляя нас много работать ради всеобщего процветания, и всегда жестоко наказывала тех, кто шел против нее.
В то время я занималась тем, что вырезала из дерева или других материалов различные фигуры. Дело довольно-таки бесполезное, но именно оно помогало мне коротать время дома. Так, образ Рэвери стал моей первой полноценной работой. Деревянная статуэтка девушки должна была стать подарком для нашей госпожи, но так и не попала к ней в руки из-за того самого события, что полностью изменило меня. Болезнь снова взяла верх, а когда мое заботливое семейство попыталось попросить аудиенции у правительницы, то столкнулась с резким отказом, ввиду ее занятости. Тогда мы обратились к советникам, три наиболее приближенных к госпоже человека, но и они оказались глухи к нашим просьбам. Тогда, мои братья, которые на тот момент входили в группы дозорных, начали воровать целебные травы и еду для меня. Конечно, и я молила о помощи, что сподвигло их к окончательному принятию подобного решения, а все потому, что больше всего меня пугала перспектива вновь оказаться прикованной к собственной комнате и ее кривым стенам.