Истина внутри кошмара (СИ)

— Как же хорошо, что ты пришла в себя, не представляю, как бы мы тащили тебя наверх, — выдохнул подошедший Марли. — Еще и этот неприятный тип отказывается помогать, слишком гордый, знаете ли.
Думаю, не стоит уточнять о ком он говорил.
— Не будем терять времени, — я уверенно встала, игнорируя все еще подозрительный взгляд Виза и слегка обеспокоенную, но молчаливую Джирэн. — Пойду первой, если вы боитесь.
Казалось, что уже никакая опасность этого места меня не напугает, потому что сейчас мое сознание полностью поглощено стремлением разгадать эту загадку.
  
4. Одна во мраке — часть 3
 
— Как вы добрались до этой громадины такой цельной группой?
Мы вместе с Джирэн шли впереди всех, в то время как остальные сохраняли небольшую дистанцию. Узкий проход и близость обрыва вынуждали быть крайне осторожными и выверять все свои шаги.
— Взялись за руки, — ответила девушка. — Так нас переместило всего один раз, и всех сразу. Это Виз придумал.
Значит, если кого-то перемещает, то затягивает и тех, кто с ним контактирует. Неплохо, Виз, неплохо, хотя до подобной идеи я догадалась бы и сама, не будь моя душа в таком скверном состоянии.
Мне хотелось еще разок заглянуть внутрь своего разума, но местность почти не давала такой возможности, а в те редкие моменты, когда тропинка была безопасной, у меня не получалось что-либо увидеть.
Из-за тумана мы не могли увидеть, насколько высоко забрались, так как завеса плавала и внизу. В такие моменты мне вспоминалось, как я летним днем забиралась на крышу дома и смотрела на небо, пытаясь в голове представить, какого это, оказаться внутри облака. Мне уже приходилось видеть высокие горы, и наверняка где-то в мире имелись и такие, что доходят до самого небосвода.
В моей семье считали, что облака — это некие небесные покровители, которые следят за порядком на земле, наблюдая своим широким взором сверху, а каждый раз, когда они друг с другом сталкиваются, у них возникает конфликт, который оборачивается дождем. У меня не было каких-либо оснований верить в подобное, так как это не более чем простая легенда, необходимая для того, чтобы на ее основе придумывали красивые истории. Лично мне хотелось верить, что это просто очень мягкий и нежный воздух, легкий, но приятный, словно овечья шкура. Очень нравилось представлять, как я окунаюсь в эту пушистую массу.
Вот и сейчас, будь этот темный туман ярко-голубым, да и поближе к моему телу, вышло бы то самое облако, охватывающее необычайно высокую скалу. Пожалуй, меня бы даже настиг соблазн прыгнуть в эту гущу. Интересно, можно ли ходить по облачному воздуху, или я бы просто провалилась насквозь? Наверное, рисковать в такой ситуации не самая лучшая идея.
Тропинка, которая до этого вела по краям скалы вдоль обрывов, зашла в темную пещеру. Видимость внутри напомнила расщелину, в которую я зашла, переступив через синее пламя в испытании судьи, то есть видимость была никакой. В попытках двигаться на ощупь пришлось несколько раз врезаться в препятствие, а нога и вовсе обнаружила дыру, которая могла вести глубоко вниз. Не решившись идти вслепую, я приняла решение вернуться назад к своей группе, которая выжидала снаружи.
— Ох, и что же теперь делать-то? — с ужасом спросил Марли, после того как я озвучила результаты исследований.
Сома уверенно зашел внутрь, оттолкнув с дороги и меня, и толстяка. Я лишь с улыбкой смотрела на проход, в уме прикидывая как много времени пройдет. Как и ожидалось, вышел он очень быстро.
— Сколько уже можно ставить на пути нелепые препятствия? — злобно оскалился он, и пошел назад по тропе.
— Ты куда это собрался, златовласик? — спросила Эмелин.
Я подумала, что такое прозвище выведет эльфа из себя, но ответил он на удивление спокойно.
— Поищу другие пути.
— А я, пожалуй, осмотрю эту пещеру, — Виз, наоборот, пошел внутрь.
Эмилен продолжала улыбаться, сложив руки на груди, но мне показалось, будто бы ее левая ладонь старательно придерживает область в районе ребер. Сделав пару шагов в сторону, как бы невзначай, я взглянула туда и увидела край объемного темного пятна, вокруг которого кожа, наоборот, побледнела до мертвенно-белого цвета. Вероятно, ей тоже довелось попасть в западню, и теперь она очень старается не подавать виду, что темные силки добрались и до нее.
 
Я подошла к краю небольшого уступа, на котором мы стояли. Тропа плотно упиралась в темное ущелье внутри горы, и нет ни одного, даже самого маленького прохода в другую сторону. Снизу, как обычно, плотные клубы тумана.
— Джирэн, ты ведь отсюда многое видишь, не так ли?
Она опустила взгляд вниз. И правда, отсюда ей по силам изучить весь лабиринт, и, возможно, даже оценить его размеры.
— Да, внизу туманные дебри, и им нет конца… но все так сильно сливается, что ничего не разобрать.
Неудивительно, принимая в расчет однообразие загробного мира. Как же много загнивающих душ бродят где-то там, внизу, в поисках выхода, или в смиренном ожидании своей окончательной смерти.
— Как долго нам еще идти? — спросила Эмилен. — Ты ведь видишь эту гору, насколько она высокая?
Джирэн не сразу отреагировала, но, увидев на моем лице такую же заинтересованность, подняла голову наверх.
— Гора очень большая, никогда не забиралась так высоко… Но это свечение, так похоже на луну…
— Какое еще свечение? — резко перебила ее я.
Девушка показала пальцем в точку наверху, чуть сбоку от скалы.
— Оно освещает тропинки, показывает путь.
"Свет в тумане" — подумала я.
— Ты все это время видела свет, и не сказала мне…
— Но ведь ты не спрашивала, Ромалин.
— Да… и правда, почему я об этом не подумала…
— О чем вы говорите? — удивилась Эмилен.
Я засунула руку себе в волосы и отвернулась от них, вновь посмотрев в туман. Яркий источник света, похожий на луну, прямо над горой. Джирэн видит его, и наверняка о нем была речь в подсказке судьи. Это означает что нам точно нужно попасть на самый верх, как можно ближе к нему. Вот только… смогу ли я увидеть этот самый свет сквозь туман?
А может, в этом и смысл? Нужно прогнать туман настолько, чтобы взор дотянулся до яркого просвета? Нет, вряд ли, ведь девушка, которая его видит, все еще здесь, в загробном мире.
Как же все сложно и запутанно, еще и после видений голова будто потяжелела.
— Эй, я тебя спрашиваю, отвечай! — уже более грозно кричала Эмилен, схватив меня за плечо.
— Да не знаю я, ясно тебе?! — не выдержала я. — Сама пытаюсь понять, что здесь происходит и как отсюда выбраться. Не думай, что ты такая особенная и единственная хочешь спастись!
Она смотрела на меня с удивлением, а Марли так и вовсе разинул рот от такой картины. Я сдернула руку со своего плеча и зашла обратно в пещеру. Не знаю зачем, но сейчас мне очень не хочется находиться в чьей-либо компании. Лучше уж сидеть в этом загадочном мраке и думать, в одиночестве и тишине, не обременяя себя необходимостью объяснять недалеким свои домыслы.
Скоро он вновь навестил меня. Мы много разговаривали на самые разные темы, и хранитель арки отвечал на большую часть моих вопросов. Меня действительно поражало то, как много может знать существо, провожающее души в их дальнейший путь. Так, я выяснила, что почти всех живых существ когда-то сотворили высшие силы, а в природе был построен некий баланс, который постоянно немного меняется, стремясь к своему совершенству. Удивительные способности к выживаемости моей сестры, как оказалось, далеко не самая удивительная вещь, которую можно встретить в ходе своей жизни.
 
Как же поразительно устроен этот мир! Мне никогда не приходилось задумываться о том, как много вещей взаимосвязаны друг с другом. Даже жалко, что я так мало повидала, ограничивая свое сознание весьма примитивными представлениями об окружении.
Странным показалось то, что за все наши встречи Унарий ни разу не попытался уговорить меня пройти в его арку, но когда я однажды все-таки спросила что происходит с душами, которые через нее проходят, то услышала в ответ что благочестивые постигают там свой вечный и непоколебимый свет. Увы, не слишком понятно, но подробностей узнать не удалось. Более мы не возвращались к этой теме, до того самого момента…