Истина внутри кошмара (СИ)
Она прошла через множество тяжелых испытаний, и это было заметно не только по шрамам, но и по выражению лица, холодному и собранному, с глубокими карими глазами, в глубине которых читались одновременно и страдания, и… счастье? Что же с ней могло такое случится при жизни, что даже попав в загробный мир, она воспринимает это как простую прогулку?
В момент, когда образ начал растворяться, в голове снова послышался отдаленный голос, в этот раз более четкий, и совершенно точно принадлежавший Джирэн:
"Мы умрем, да?"
— Нет, ни в коем случае… — прошептала я. — Мы обязательно спасемся, выберемся из этого жуткого места.
Проскочившая в последний момент улыбка и образ снова сменился на обычное отражение, показывая меня — худощавую, черноволосую, неаккуратную, как всегда задумчивую и сосредоточенную на собственных мыслях Ромалин.
Но в тот момент, когда картинка преобразовалась, снова проскочила тень, очертания которой смутно напомнили кого-то еще. Фигура, непохожая ни на меня, ни на этих двух загадочных девушек…
— Рэвери? Но почему…
Снова она. Одаренная и могущественная Рэвери…
Правительница Рандервиля сильно повлияла на мою жизнь, пожалуй, не в самую лучшую сторону, но почему бывшая соперница промелькнула сейчас, уже после заката моего тяжелого жизненного пути?
— Ищи свет, Ромалин. Лишь свет в черном тумане сможет открыть тебе правду и понять, где находится конец в этом кошмарном цикле, — вещал затихающий голос судьи.
— Постой, я…
Но было слишком поздно. Тьма рассеялась, предоставляя моему взору уже привычный загробный лабиринт. За спиной располагалась расщелина, но настолько узкая, что даже мои костлявые конечности не пролезут внутрь.
Я упала на колени и опустила голову. Черные локоны опустились на лицо, прикрыв правый глаз, а ногти впились в ладони. Снова здесь, снова пленник кошмара в этом бесконечном и уже изрядно надоевшем тумане.
Клетка, запертая на прочный замок, так сильно напоминающая мою жизнь.
3. Цена души — часть 2
— Что случилось? Где мы?
Вдалеке замелькал Виз. Я видела его, а он меня нет. Послышался женский искаженный голос, скорее всего, принадлежавший Эмилен, но она не входила в мой радиус обзора, и разобрать ее речь не удавалось. Судя по всему, туман сильно притупляет отчетливость звуков.
Очевидно, они проследовали за мной в синее пламя, но, вероятно, наш жутковатый судья не удостоил их чести присутствовать на его приеме.
Но где Джирэн?
Девушки поблизости не наблюдалось. Неужели она осталась там? Нет, слишком глупо…
И все же, именно сейчас, когда у меня к ней столько вопросов, она удосужилась исчезнуть. Что теперь? Сидеть и ждать ее здесь?
Я хотела встать и нагнать своих спутников, но что-то меня остановило. Они прятались за моей спиной, ждали, когда кто-то услужливо расчистит им путь. Им не хватило смелости принять вызов судьи, и наверняка прошло бы очень много времени до их первого серьезного решения. Именно поэтому они в замешательстве, ведь, в отличие от меня, им неизвестно, что делать дальше.
И, честно говоря, я не горела желанием делиться с ними тем, что узнала, пусть даже это очередная запутанная подсказка. Если хватит решительности — выпутаются сами. Судья сказал, что нужно искать некий свет в тумане, а это значит, что надобности в этих двоих, как и в остальных — никакой. Мне противно от одной мысли, что придется делать за кого-то вроде Сомы большую часть работы, буквально вытаскивая их отсюда на себе. И пусть совсем недавно мне казалось, что причина моего пленения в Визе, я что-то не вижу внутри него никакого "света", так как это самая обычная заблудшая душа, которая вполне могла бы и не попадать сюда. Но ведь это не лишило бы меня возможности выбраться?
Пройдя немного в сторону и стараясь сохранять беззвучность, я заметила, что местность немного изменилась. Камни стали более плоскими, крутыми, и настолько высокими, что не удавалось увидеть их вершину в тумане. В то же время деревья исказились так сильно, что называть их таковыми можно с большой натяжкой, ведь теперь корни могли выходить откуда угодно, даже из скалы, а свисали они порой таким образом, что напоминали гигантские костяные лапы судьи, так и норовящие схватить меня, когда я этого не замечаю. А ведь и правда, из-за постоянно меняющегося гула и колебаний в воздухе порой казалось, что эта мертвая растительность немного двигается. Особенно напрягло, когда один такой экземпляр оказался настолько большим, что все его ответвления исчезали за границей тумана.
Впрочем, руки, тянущиеся из темноты к тем, кто замешкается, никуда не пропали, и мне совершенно не хотелось с ними контактировать.
Надо бы как-то найти Джирэн, избегая остальных, но ее нигде не видно. Неподалеку бродил Марли, выискивая хоть кого-то, а Сома просто изучал окружение, и за его спиной прошмыгнуть было особенно трудно, благо моя природная незаметность сыграла на руку.
Структура местности тоже изменилась. Многие тропы могли уходить вниз или вверх, вместо земли роль дороги периодически начинали играть скалы, которые могли оказаться неровными и недоступными для перемещения из-за своих выступов и резких изгибов, а количество тупиков и, наоборот, открытых пространств увеличилось. Если раньше главной трудностью были постоянные повороты и попытка не зациклить процесс исследования в нескончаемый круг, то теперь довольно часто приходилось разворачиваться назад и искать другой путь ввиду невозможности куда-либо пройти. Играло роль еще и то, что, обнаружив недосягаемый проход, мне обязательно хотелось как-нибудь пробраться в закрытую зону, но пока я нащупывала туда дорожку, попадалось еще несколько таких же загадочных труднодоступных расщелин, подъемов или заросших тропинок. Поначалу мною даже предпринимались попытки запомнить всю эту систему, но она оказалась настолько сложной, что я провалилась еще до десятка скопленных в голове потенциальных путей.
После очередного поворота моему взору предстало еще одно существо. Разобрать, человек это или нет, было весьма проблемно из-за плачевного внешнего вида. Черты лица размыты, кожа побелела, а белки глаз, наоборот, почернели. Чем-то это напоминало оживший труп, но очень неразборчивый. Я бы, не задумываясь, проигнорировала сие явление, если бы оно не располагалось прямо посреди дороги, которую мне очень хотелось исследовать. Поначалу была надежда, что у меня получится тихо перешагнуть через это неподвижное тело, но почти исчезнувшие зрачки быстро повернулись в мою сторону.
— Бесполезно…
Я перепрыгнула через него, проигнорировав еле слышную речь.
— … тьма одолеет тебя, как и всех нас.
Поневоле, моя голова все-таки развернулась к нему. Он не сразу обратил на это внимание, и я, немного подумав, подошла поближе. Догадка оказалась верной, и лежачий заметил меня лишь вблизи, на расстоянии двух моих шагов. Видимо, туман уже достаточно плотно сгустился над ним, зажимая в черный купол.
— Что с тобой? — поинтересовалась я, не столько из интереса или беспокойства, сколько из стремления избежать подобной участи.
— Отсюда невозможно выбраться. Все бесполезно. Они знают, ждут момента, когда я ослабну, чтобы явиться ко мне и истязать мое тело. Они придут за мной… совсем скоро…
— Кто "они"?
Черные глаза посмотрели мне в лицо.
— Те, кого я предал. Они жаждут мести, и не успокоятся, пока не уничтожат меня. Но я не позволю… они не найдут меня здесь… не поймают…
На его лице проскочила безумная улыбка, глаза расширились, а пальцы согнулись, впившись в колени. Почерневшие зубы оскалились и заскрежетали.
Нахмурившись, я развернулась и пошла дальше. Значит, все здесь закручивается вокруг тумана, который может как отдаляться, так и приближаться. Что, если тот самый свет напрямую зависит от положения этой темной завесы? Вполне логично — если она рядом, то начинаешь сходить с ума, как этот бедолага, а если далеко, то сохраняешь рассудок, да еще и больше видишь в придачу, что очень сильно облегчает поиски в такой запутанной местности.