Господин Теней (СИ)
- Точно, - произнес я. – Я оттолкнул Генни… И в меня ударила Авада…
- Но как ты тогда выжил? – напряглась Грейнджер.
- На мне была мантия-невидимка, - отвечаю ей. – После того как я очнулся в больнице, мне пришло письмо от «друга», и там он сказал, что на мантии «сломалась печать». Возможно, она была чем-то большим, чем просто вечной мантией-невидимкой. Не зря же она у нас из поколения в поколение передавалась.
- Насколько мне известно, род Поттеров в свое время слился с потомками Игнотиуса Певерелла, - нахмурилась Панси. – Если вспомнить ту сказку Барда Бидля, то это многое объясняет.
Да, я как-то читал историю о трех братьях. Так себе сказка, могли бы и получше придумать. Но если на самом деле все было иначе и в сказке лишь общую фабулу передали, то все становится куда интереснее. Жаль, не узнать всей правды.
- После тех событий мантию стало невозможно носить. Она будто жизнь стала вытягивать и…
- Да, тогда сказка про трех братьев, что получили Дары от Смерти, кажется весьма правдоподобной, - хмыкнула Паркинсон. – Скорее всего, Игнотиус не знал, как справиться с мощью своего «подарка» и запечатал большую часть его силу. Возможно, когда в артефакт ударила Авада, она и сломала печать, в результате это и спасло тебя от Авады, а также не дало умереть в Арке Смерти. А там ты уже мог или встретить этого «друга» или же с самой Смертью, что оставила на тебе свой след. И это же сняло с тебя проклятье.
- Возможно, - кивнул я. – Но пока ничего непонятно.
Мы на некоторое время замолчали, каждый думая о своем. Такие известия весьма напрягают.
Ничего дальше вспомнить не могу, может, потом будет. Но, по крайней мере, я чувствую, что это именно мои воспоминания, а не что-то чужое.
- У меня есть три теории о том, что с тобой потом произошло, - заявила Панси. – За их правдоподобность я не ручаюсь. Считайте это лишь натягиванием совы на глобус.
- Такие вещи лучше доверить профессионалу, - фыркнула Гермиона.
- Найдем профессионала - сразу же передадим.
Она сделала небольшую паузу.
- Итак, теория первая: Гарри после Авады отлетает в Арку Смерти, проходит через нее. Что там внутри происходило, я даже гадать не буду, а перейду к более интересному. Гарри оказывается в ином мире и там встречает этого некого «друга»…
- Привет. Как тебя зовут? – звучит чей-то голос рядом со мной.
Бледно-серые, почти белые глаза, смотря на меня со смесью тоски и безразличия. Пустые глаза, будто увидевшие так много боли, что перестали различать цвета мира… Мертвые глаза… еще более мертвые… чем мои…
- И вместе они с еще некоторыми людьми проводят там какое-то время, но потом происходит что-то страшное…
Голос… кто-то… говорит…
- Держись… Не смей умирать… Я не дам тебе умереть…
Дальше была лишь темнота…
- Там почти все погибают, а «друг» спасает Гарри, - продолжает Панси. – Но ранение оказывается слишком серьезным, и он возвращает Гарри в свой мир, чтобы спасти.
- Но если я там провел достаточно времени, то почему никак не изменился? – спросил я.
- Понятия не имею, - ответила слизеринка. – Но даже в нашем мире более чем достаточно могущественных явлений, о природе которых я не знаю. За гранью миров? О, их не счесть.
Не знаю, что сказать на это.
Я и согласен, и не согласен с ней. Да и поверить в то, что я был в ином мире и даже жил там, мне сложно. Ничего такого я не чувствую, по крайней мере, пока.
- Это самая оптимистичная теория, и я бы хотела, чтобы она была верна, - заявила Паркинсон.
Я напрягся.
- Вторая теория заключается в том, что все те воспоминания, что ты видишь, не твои, - сказала она. – Они принадлежат кому-то другому. Либо самому «другу», либо кому-то близкому ему. Тот человек был ранен и умирал. Спасти его было невозможно. Но тут очень удачно подвернулся ты, а потому «друг» решил перенести в тебя чужую душу и воспоминания, а после вернул домой, чтобы пронаблюдать в спокойной обстановке и проконтролировать. Но я бы не хотела, чтобы эта теория была правдой.
Понимаю, что она хочет сказать.
Ведь если во мне чужая душа и память, то они скоро могут вытеснить меня. А может, уже вытесняют.
Действительно ли то, что делаю сейчас, это я?
До этого я был жалким неудачником, слабаком и ничтожеством, а затем резко изменился. Я изменился, потому что повзрослел и переосмыслил себя или это все чужое влияние? Не хочу чужую душу и память. Не хочу осознавать, что я на самом деле неисправимое ничтожество, которое никак иначе не переделать.
- Ну, а что за третья теория?
- Прошлая жизнь, - отвечает девушка. – Мы не знаем временных рамок, а потому они могут быть любыми. Ты в прошлой жизни жил там и, может, был другим человеком, но погиб в какой-то момент. Вот тебя и пытаются «разбудить».
Да, не густо, но это было бы куда более оптимистично, чем вторая. Это все же я, но в прошлой жизни.
- Вот как-то так, - пожала слизеринка плечами. – Может, все теории и не правильны, может, они все ложные, и все на самом деле иначе, а может, все правдивы. Черт его знает, что могло с тобой произойти в ином мире и сколько лет ты там провел. Может, ты постареть и умереть успел, а затем тебя вернули сюда или ты сожрал кучу душ, вот чужую память и получил. Тут можно столько сов перетянуть, что глобусов не хватит.
Наступила тишина.
Каждый из нас думал о своем.
- Кстати, Гарри, - сказала Гермиона. – А что ты говорил про какую-то отметину на груди?
- Ну, у меня на коже чуть более бледный след появился, - ответил я. – Как будто от шрама, но ничего иного.
- Странно, что ты этого не видела, Гермиона, - усмехнулась Панси. – После той ночи ты точно должна была многое рассмотреть.
- Заткнись! – покраснела Миона.
- Ладно, Гарри, - посмотрела на меня Паркинсон. – Показывай, что там у тебя на груди.
- Ну, я бы не хотел раздеваться…
- А придется. Показывай, давай. Гермиона, помогай, а то он никогда не разденется.
- Эй! Вы что делаете?! – напрягся я. Взгляды у них были какими-то странно голодными. – Отпусти меня! Панси, штаны мои не трогай, след выше! Отпустите-е-е-е-е-е-е!
Глава 22. Гарем.
- Так вот оно какое, - хмыкнула Панси, смотря на голую грудь Гарри.
Кожа у него бледновата, но след вполне себе виден.
«Какая жуть».
Она представила себе, каким мог бы быть такой шрам. Да тут пол туловища скорее оторвет. Будто гигантский коготь прорезал плоть, кости и органы. После такого не выживают. Так что первая теория, кажется, куда ближе, но это же может быть и проявлением иной души или памяти.
Призыв принес больше вопросов, чем ответов.
«Зато я заинтересовала собой Пака. Если мне понадобится срочно сила, можно будет обсудить это с ним».
Пока она не планировала заключать с кем-то каких-то контрактов, особенно с кем-то вроде Неблагого Двора. Цены там очень и очень большие, а становиться рабыней ей как-то не охота. Плюс контракт – это зависимость от иной сущности, что может стать проблемой. Оригинал в свое время думал над подобным источником силы, но решил отказаться от него, не желая становиться зависимым от кого-то или кому-то обязанным. Он хотел своей силы и только для себя, а не занимать что-то у кого-то.
Вот и Панси пока тоже не желает рисковать подобным образом.
Конечно, если совсем прижмет, то можно и попробовать, но точно не сейчас. Пока она еще может сама лавировать и расти естественным путем, она будет расти, а резкой и непреодолимой опасности пока нет.
- Вы долго еще будете пялиться на меня? – спросил краснеющий Гарри.
Его явно не радовала перспектива стоять полуголым перед ними.
Ну, на самом деле можно было все проще сделать, но теми теориями она ребят как-то в депрессию вогнала, а потому пришлось быстро придумывать, как бы развеселить. Гермиона тоже все поняла и подыграла, так что Гарри точно не впадет в уныние.