Вторжение (СИ)
Еще одна пуля ударила в сотника, вырвав из нижней лапы громадный кусок мяса. Гиперзвуковые пули-снаряды «Калибурна», орденской электромагнитной снайперской винтовки, рвали броню центуриона, как бумагу. Припав на одно колено, демон схватился за рог. Низкий гул вновь пронесся по долине. Командир центурии осознал, что был слишком самонадеян и сильно опередил своих воинов, чья поддержка ему бы очень пригодилась. Он попытался выиграть время и заметался среди обломков скал в поисках укрытия — но пятиметровому исчадию было негде спрятаться. Очередной выстрел снайпера угодил демону под колено, и лапа с жутким треском подломилась. Доминус рухнул на камни за небольшим скальным кряжем, спрятав голову и часть торса. Все остальное находилось в зоне поражения — и снайпер не преминул этим воспользоваться, всадив несколько пуль в нижнюю часть тела центуриона. Кованая броня демона раскрылась стальными цветками, а из отверстий размером с кулак хлынули потоки черной дымящейся крови.
Сотник взвыл от ярости и бессилия. Он понял, что для него война закончена, и жить ему осталось меньше минуты. Он неимоверным усилием, опершись на крошащийся камень, приподнялся над своим укрытием. Снайпер прекратил стрельбу, дожидаясь, пока центурион не встанет на ноги. Уцелевшей кистью сорвав шлем, демон отбросил его в сторону и развел лапы в стороны, в призывающем смерть жесте. Командир центурии желал встретить ее в лицо, как истинный воин. После секундной паузы тяжелая пуля ударила меж рогов сотника и выбила содержимое черепа через затылок. Он медленно завалился на спину и, пару раз дернувшись, затих.
Велес, опомнившись, рванулся дальше, стремясь как можно скорее покинуть долину. Аль-Каум бежал рядом, поглядывая назад. Центурия, оставшаяся без командира, как раз выходила из посеченной «Триарием» и изломанной сотниками дубовой рощицы. Несколько выстрелов снайпера, пробив навылет свои цели, поубавили остальным решимости, и сотня отступила под прикрытие деревьев. Рыцари тем временем преодолели узкое ущелье и вырвались наружу, сразу же устремившись в густой ельник на горном склоне. Через пару километров они, наконец, позволили себе остановиться и передохнуть.
— Вроде оторвались, погони нет, — тяжело дыша, выдохнул Велес, обессилено опустившись на одно колено и озираясь по сторонам.
— Однако на сей раз это не наша с тобой заслуга, — заметил Аль-Каум. — Похоже, твоя немногословная воительница сама нашла нас…
— Да уж, похоже на Мару, — согласился сержант-командор, восстанавливая дыхание. — Я не знаю ни одного рыцаря, кроме нее, способного сбить выстрелом стрелу сотника сагиттариев в полете. Теперь понятно, почему Ларан так ей восхищается, хоть и слишком горд, чтоб явно это признать. Но, что странно, на карте нет отметки Мары, — Велес обратил внимание на тактический дисплей, уже начиная волноваться. — Может, что-то случилось с ее «Оберегом»?
— Возможно, что-то случилось с ее «Оберегом» с ее же помощью? — как-то подозрительно хитро отозвался Аль-Каум.
Сзади деликатно кашлянули. Велес, обернувшись, аж вздрогнул от неожиданности и второй раз за день ощутил себя полным идиотом.
— Как только у тебя получается так подкрадываться?! — изумился он. — Я ни черта не ощутил!
Мара стояла без шлема в непринужденной позе, прислонясь к еловому стволу. Она не соизволила ответить, а лишь насмешливо хмыкнула, давая исчерпывающую оценку интуиции Велеса, которой он обычно так гордился. Ее волосы цвета воронова крыла, обычно тщательно уложенные, сейчас разлохматились и слиплись от пота, броня была в пыли, а все лицо — в белесых пепельных разводах. Ну вылитая богиня смерти. Велес даже невольно залюбовался девушкой, несмотря на крайне неподходящую для этого обстановку.
Вдруг он уловил движение в густом подлеске. Сержант-командор выхватил «Гриф», а Аль-Каум обнажил свои мечи. Мара даже не дернулась, жестом показав, что все в порядке. Кусты вновь затряслись, и из них, пыхтя и прихрамывая, вылез Гавран. Он испуганно уставился в дуло направленного на него пистолета, и Велес, смутившись, убрал «Гриф» обратно в кобуру.
— Вот так значит, ты своего лучшего друга встречаешь! — обиженно протянул тот, пытаясь стряхнуть налипший пепел с камуфляжа. — Ладно-ладно, я тебе еще это припомню, когда явишься ко мне на боевую симуляцию!
— Насчет лучшего друга — это прямо серьезное заявление с твоей стороны, — усмехнулся рыцарь. — Все-все, не обижайся, я действительно рад, что ты жив! С твоим-то маячком что? Тоже выковырял его из «Оберега», как Мара?
— Улетел мой «Оберег», вместе с Аркудом, — погрустнел Гавран. Зацепился за какой-то крючок на его «Джаггернауте», чуть руку мне не оторвал. Хорошо, что ремешок в последний момент лопнул. У меня раньше парашют раскрылся, а его отнесло куда-то в сторону.
— А «Гемма» твоя где? — уже из чистого любопытства поинтересовался Велес, примерно представляя, что услышит в ответ.
— Да все там же, стоит в самолете, под сиденьем, — невинным тоном проинформировал его Гавран. — Как-то не до нее было. Ну ничего страшного, я точно помню, куда ее поставил, позже заберем.
— Тебя хлебом не корми, только дай похохмить, — хмыкнул Велес. — От транспортника и его содержимого осталась лишь куча разбросанных по склону горы обломков. Меня взрывом выбросило, потерял сознание, еле успел раскрыть парашют. Потом набрел на гончих, и Аль-Каум, появившийся крайне вовремя, очень мне помог. Ну а затем нас обоих спасла Мара, — Велес благодарно кивнул ей. Она кивнула в ответ, еле заметно улыбнувшись одними глазами.
— Осталось найти остальных, — подытожил Аль-Каум. — И при этом постараться не умереть.
— Согласен. Теперь надо продумать дальнейший маршрут и наши действия. Так, — Велес изменил масштаб карты. — Вот это озеро чуть южнее, за горным хребтом, значит, Анси, рядом городок с тем же названием. Мы сейчас немного севернее, до окраин Женевы чуть больше двадцати километров, до Врат около тридцати пяти, если по прямой. К самим Вратам прорываться нет смысла — поддержки с воздуха нет и не будет, боевые группы либо уничтожены, либо рассеяны. Ретрансляторы радиосигнала тоже превратились в груды пылающих обломков, вместе с несущими их самолетами. Как следствие, связи со штабом нет. Как ни тяжело это признавать, но операция провалена, а наша боевая задача — неосуществима имеющимися средствами. Поэтому нам необходимо соединиться с оставшимися бойцами нашего отряда, а также, если получится, с иными боевыми группами Ордена. После чего организованно отойти на оперативную базу, по возможности ограничиваясь короткими стычками и избегая затяжного боя. По сути, сейчас мы — в тылу врага. Иная тактика, кроме скрытных действий, приведет к бессмысленной гибели всех тех, кому удалось выжить. Я считаю, и искренне уверен, что сейчас, проиграв сражение, нам нужно сберечь все оставшиеся силы для решающей битвы. Хоть я, формально, и назначен штабом командиром нашего сводного отряда — но фактически почти все мы в одном звании. Со многими я воюю бок о бок уже не первый десяток лет. Поэтому я просто обязан спросить — вы согласны с моим решением? Или же кто-то считает иначе?
Велес, подняв взгляд, медленно обвел стоящих перед ним бойцов. По сути, он озвучил отказ от выполнения важнейшей боевой задачи, поставленной Советом магистров Ордена. И не просто в ходе рядовой операции по закрытию одностороннего портала, а в разгар Вторжения — ситуации наивысшей опасности. Орден карал смертью и за меньшее. Поэтому сержанту-командору нужна была безусловная и единогласная поддержка всех своих братьев по оружию. Он поочередно вглядывался в каждого, и с каждым мигом груз ответственности, возложенный на Велеса, становился чуть легче. Уверенный кивок Аль-Каума. Прикрытые в согласии на миг густыми ресницами черные глаза Мары. И утвердительный жест Гаврана, проникнувшегося серьезностью момента. Рыцарь облегченно выдохнул.
— Аль-Каум, покажи на карте, хотя бы примерно, куда мог приземлиться Аркуд. Ты говорил, что видел его…
— Его отнесло севернее, за десяток километров или даже более… — задумчиво изрек араб, изучая карту. Во всяком случае, он гораздо ближе к Женеве, возможно, совсем рядом с окраиной города…