Вторжение (СИ)

— Ты тоже его разглядел? — майор задумчиво смотрел в темноту. — Если это исчадие вдруг решит прогуляться по мосту, крыть нам будет нечем. У ЦЕРНа я видел, как от брони такого же рикошетили крупнокалиберные пули, оставляя лишь вмятины. Чудовище за секунды оказалось среди нас! Бой превратился в бойню… За полминуты я лишился одной БМП, трех БТР и почти полной роты своих бойцов! — Он со злостью сжал кулаки. — Никто, ни один из нас не был готов к такому! Ту тварь остановила лишь длинная очередь в упор из автоматической пушки второй БМП… Добивали ее несколькими ПТУРами, удачно оказавшимися под рукой. Сейчас же нет ни БМП, ни ракетных установок, ни даже взрывчатки, чтобы разрушить мост…
— Может быть, стоит отступить, чтобы снова дать им бой уже со свежими силами? — рискнул спросить Алекс. — Скоро ведь подойдет подкрепление…
— Нельзя. Мы — последний барьер между этими чудовищами и жителями Женевы, большинство — граждане Швейцарии, страны, которой я принес присягу. Их все еще слишком много на этом берегу, сейчас безопасном лишь благодаря таким же солдатам, стоящим насмерть вдоль Роны. Надо держаться до последнего. До тех пор, пока от нас будет хоть какой-то толк. — Гросс повернулся к Алексу. — Ты не солдат, к тебе это не относится. Через пять-десять минут подъедет грузовик, залезай туда и эвакуируйся вместе с остальными гражданскими. Если нам обоим повезет, еще увидимся. — Протянув ладонь для прощального рукопожатия, майор понял, что ученый с ошарашенным видом смотрит куда-то мимо — на мост за его спиной, тоже обернулся и его брови удивленно поползли вверх. Посмотреть действительно было на что.
Из непроглядного мрака на набережную, один за другим, размеренной поступью, выходили закованные в металлические доспехи демоны. Мощные кирасы с начертанными на них зловещими символами закрывали их торс, глухие шлемы с прорезями для рогов, из глубины которых светились злобой и ненавистью багровые огни, железные наручи и поножи, прикрывающие уязвимые суставы лап — тьма выплескивала все новые и новые десятки чудовищ. В левой лапе каждый держал массивный ростовой щит, судя по виду, довольно толстый. По крайней мере, беглый автоматный огонь их уже не особо беспокоил — пули лишь высекали снопы искр, в лучшем случае оставляя лакуны в металле. В правой же покоилось двухметровое копье устрашающего вида. На боку в ножнах висел уже знакомый Алексу меч-тесак. Демоны, не обращая внимания на стрельбу, создавали на противоположном берегу подобие какого-то построения, смутно знакомого ученому.
— Всем АГС, огонь короткими очередями по скоплению бронепехоты противника! Пулеметным расчетам ждать моей команды! Где свет, твою мать? Вешай еще одну ракету на тот сквер! — Гросс кричал в гарнитуру рации, отдавая все новые приказы. Его помощник склонился над стационарной радиостанцией — скорее всего, пытаясь вызвать хоть какое-то подкрепление.
Первые гранаты разорвались прямо позади строя, щедро засыпав его осколками — гранатометчики уже неплохо пристрелялись ранее. Несколько демонов упало, но, опершись на древки копий, почти все вновь поднялись на ноги. Вдруг над полем битвы зазвучал протяжный низкий гул — от одного звука у Алекса перехватило дыхание и по телу прошел озноб. Вспыхнувшая над сквером ракета осветила могучее пятиметровое чудовище, надежно прикрытое от усеянного шипами хвоста до концов острых витых бараньих рогов мощной броней. Одна ладонь сжимала древко исполинского, под стать своему хозяину, топора. В другой же находился источник звука — обитый металлом огромный рог, чей гул разносился по всей Женеве.
Как по команде, строй скачком уплотнился и часть солдат — а по общему впечатлению, это были именно солдаты — подняла щиты, приняв на них следующую очередь из автоматических гранатометов. Последующие взрывы даже не нарушили построения, лишь качнулись те демоны, которые непосредственно принимали на себя удары. Весь отряд, как один, сделал первый шаг, слитно лязгнув металлом по закопченному асфальту. Потом еще один. И еще. Вдруг Алекс вспомнил, где он это уже видел:
 
— Да это же «черепаха»! — воскликнул он, встретив непонимающий взгляд майора. — В смысле, древнеримский строй! Так легионеры в атаку на варваров успешно ходили!
— У варваров не было крупнокалиберных пулеметов, — с мрачным огнем в глазах процедил Гросс. — Всем пулеметным расчетам на БТРах: цель — строй бронепехоты врага! Огонь короткими очередями — по готовности!
Загрохотали крупнокалиберные пулеметы, посылая навстречу демонам смерть, упакованную в обертку из свинца и стали. У Алекса моментально заложило уши. Хлестнувшие по первым рядам меченосцев очереди произвели неплохой эффект — тяжелые пули вырывали щиты у исчадий из лап, пробивали доспехи навылет, либо просто отрывали их хозяину голову вместе со шлемом. Потеряв с десяток воинов, строй остановился — видимо, для перегруппировки.
— И что же делали римляне, когда варвары надирали им зад издалека? — ухмыльнулся майор, обращаясь к ученому.
— Ну, у них были метательные копья-пилумы! — машинально прокричал ему в ответ полуоглохший от стрельбы Алекс, вспомнив сцену из какого-то исторического фильма. — И римляне их довольно метко мета…
— Всем в укрытие! — Не дал ему договорить Гросс. — Пулеметчикам продолжать огонь!
Строй, повинуясь очередному сигналу рога, за пару секунд разуплотнился, и в следующий миг сотня копий взмыла в воздух. Майор бросился на замешкавшегося Алекса, придавив того к земле, а спустя мгновение смертельный ливень обрушился на позиции армейцев. Бритвенные острия пробивали нерасторопных насквозь вместе с бронежилетом, пригвождая к земле. Несколько копий воткнулось в асфальт совсем рядом с Гроссом, лежащем на ученом, лишь каким-то чудом не задев его. Демоны наверняка тоже наблюдали за противником и понимали, что жизнь офицера гораздо важнее и дороже жизни обычного бойца. Строй снова сомкнулся, и характерный синхронный и ритмичный лязг металла сотни марширующих исчадий дал понять людям, что «черепаха» вновь движется. Майор скатился вбок и ученый тяжело поднялся на ноги, хватая ртом воздух — при падении ему сбило дыхание.
Дав еще пару коротких очередей, один из пулеметов замолк. Скорее всего, закончились патроны, ведь целей было предостаточно. По прекратившемуся грохоту Алекс понял, что с остальными тоже что-то не так — кончился боезапас или же убиты сами стрелки. Сейчас наступление демонов сдерживали лишь АГС — гранатометы теперь лупили без остановок, прямой наводкой и почти в упор, выбивая отдельных воинов и немного замедляя общее продвижение строя. Переведя взгляд на дальний берег, ученый понял, что командир демонов тоже вышел из тени — опасаться ему было некого. Шагавшее с топором наперевес к началу моста чудовище обтекал как скалу, поток бегущих вперед звероподобных тварей. Автоматчики переключились на них, но гончих было слишком много — не меньше полутора сотен. И они, невзирая на потери, стремительно сокращали расстояние.
Услышав сзади долгожданный рев мотора, уже собравшийся было бежать Алекс облегченно выдохнул, одновременно ощутив укол совести. Вспомнив слова майора, он подавил это чувство. В конце концов, он же действительно не солдат! А навоевался уже за десятерых. Пора сваливать из этого ада, в который превратилась еще вчера мирная, сытая и спокойная Женева. Обернувшись, он перевел взгляд на подъезжающий транспорт и озадаченно замер. Едущая к передовым позициям машина меньше всего походила на ожидаемый им стандартный армейский грузовик. Спустя несколько секунд, резко затормозив, таинственный транспорт замер в десятке метров от ученого, давая возможность хорошо его рассмотреть.
Он выглядел как гибрид колесного БТРа, увеличенного раза в полтора, и бронированного грузовика для армейских операций. Орудия или пулеметов на нем не было, но имелись малозаметные на матовой черной броне щели-бойницы. Никаких опознавательных знаков тоже не виднелось, а сам броневик производил впечатление военного транспорта какой-то частной военной конторы. Внезапно сзади с шипением открылся люк, превратившись в пандус. По нему начали спускаться вооруженные люди, привлекающие еще больше удивленных взглядов. Странный черный с темно-серыми вкраплениями камуфляж, шлемы со встроенными тактическими дисплеями дополненной реальности, оружие, пусть и похожее на современное — но в то же время и какое-то иное. Его вид не поддавался конкретной национальной идентификации — как будто над созданием трудились все страны одновременно. И опять — никаких знаков различия на форме, нашивок или иных надписей. Прибывшие молча и бесшумно растекались по огневым позициям, будто не замечая находящихся вокруг них опешивших армейцев.