Эромант. Система Соблазнения (СИ)

— И-ха! — ковбои затрясли винтовками, засвистели и загикали.
— На этот минерал мы купим еще больше подлодок. А также танков и даже гребаных самолетов. Снарядим экспедицию и первыми достигнем Сердца Авилана. Где манорода больше, чем блох на портовой псине. И нам больше не придется лить кровь за Компанию и отдавать ей две трети добычи! Мы сделаем свою — самую богатую и сильную в мире!
Вопли и свисты поднялись невероятные, а самые лихие ганфайтеры вставали на дыбы и палили в воздух из револьверов. Типичные носители блага и просвещения неразвитым народам, ага. Грабить банки и поезда — чревато, вот и переключились на тех, за кого не дадут по шапке. А это случится уже очень скоро.
— Сколько у нас времени? — спросила Анри, ткнувшись носиком в шею.
— Так, — привстал на цыпочках, чтобы лучше видеть двор. — Собираются довольно споро. Как только свалят — придется сразу бежать в каптерку, а потом — в подвал. Точнее, наоборот — надо же забрать яд…
— Я не про это, mongeneral, — усмехнулась девушка. — Сколько времени у нас с тобой?
— Ах да, — нахмурился и щелкнул пальцами. — Я же не объяснил тебе все детали. Значит, суть такова…
Дюран заткнула меня поцелуем — долгим и очень французским. А затем отстранилась на шаг — но лишь для того, чтобы скинуть ночнушку.
— Я хочу тебя, Семен, — в дрожащем голосе скользнула сталь. — Мы оба будем сражаться. Мы оба можем погибнуть. И я хочу лечь с тобой прежде, чем начнется весь этот ад.
Хотел и я того же? Да, безусловно. Еще, млять, как.
Но в прошлый раз похожая история закончилась весьма трагично. И, признаться честно, я боялся повторить этот опыт. Мало ли, как действует моя магия и какие жертвы требует за такую силу?
Вдруг искусственная любовь нарушает некий баланс, отчего ее потом приходится уничтожать. И все, кто проявил ко мне страсть под действием эромантии, будут этой самой волшбой и погублены — чтобы сохранить равновесие чувств в природе или типа того.
Может, это догадка на уровне божьего откровения. Может, просто шиза. Так или иначе, рисковать я не собирался. И вместо безудержного адреналинового квики* чмокнул рыжую в носик и шепнул:
— Мне пора. Будь готова.
— Семен…
Анри попыталась поймать меня за руку, но я развернулся и быстрым шагом вышел в коридор. Заманить ублюдков в западню — есть. Теперь надо попросить повстанцев, чтобы они эту самую западню устроили. Но для этого нужно оружие. Значит, пора в каптерку.
— Саймон!
Едва увидев меня, Чарли перепрыгнула через прилавок, бросилась на шею и поцеловала так, что чуть не высосала язык. Как же это, все-таки, отвлекает — особенно перед столь важным боем.
— Как твои дела? Полковник повела парней в рейд, а значит, нас никто не побеспокоит до самого утра, — ловкие пальчики принялись одновременно расстегивать пуговицы на наших рубашках.
— Чарли, — взял ее за плечи и еле оттянул от себя. — Слушай и повинуйся.
— Да, мой господин, — в глазах вновь полыхнули сердечки. — Чего изволите?
— Приготовь котел бобов с мясом и сыром. Кидай всего — да побольше, не жадничай. Вынеси охранникам и скажи, что полковник велела всем наедаться досыта — силы понадобятся для скорых боев. Но перед тем добавь туда вот это, — поставил на прилавок мышьяк.
— Что это? — Омада удивленно захлопала ресницами.
— Приправа, — ухмыльнулся.
— Ого! А какая? — она схватила банку и поднесла к носу. — Пахнет миндалем…
— Особая, — отобрал пузырь и вернул на место. — Только сама не вздумай попробовать.
— Почему? Я очень проголодалась. Так бы тебя и съела.
— Потому, что это приказ. Как справишься — подготовь все «томпсоны» и револьверы, какие остались на складе. Заряди, сними с предохранителей, выставь автоматический режим огня. Сделай все, чтобы пушками могли пользоваться даже те, кто взял их впервые в руки.
— Да, господин.
— Три «томми, 'кольта» и ножа дай прямо сейчас. И два комплекта одежды на девушек примерно твоих параметров.
Чарли вытащила ключ из ложбинки меж грудей и отперла большой оружейный шкаф, где хранилось еще достаточно волын, патронов и, что самое важное — динамитных шашек. Я спрятал все необходимое в большой брезентовый рюкзак, сунул клинок за голенище и тихой сапой почапал в соседнее крыло.
 
И буквально на выходе из казармы столкнулся со старым усатым ублюдком — Кастором Купером.
— Ты что, воруешь наши вещи под шумок? — окрысился ковбой и толкнул меня винтовкой в барак. — Ну-ка показывай, что в мешке! Джонни, а ты присмотри за ним.
Следом вошел шкет чуть старше меня с редкой щетиной и сигарой в зубах. Похоже, в охране оставили самых молодых, старых и, как следствие, наименее боеспособных. Проще говоря, всякий скам, но даже с ним придется повозиться, ведь если поднимут тревогу, нам несдобровать.
Кастора я бы шлепнул молнией, но против второго не прокачанное заклинание не применишь. Значит, придется по старинке, но так, чтобы не поднять лишнего шума.
— Это оружие для усиления спонсонов, — на ходу придумал я. — Полковник велела раздать — на всякий случай, если заклинят пулеметы.
— Впервые слышу, — старик передернул затвор. — А я был с Генри рядом, пока она не ускакала в лес.
— Не веришь — спроси интенданта. Омада в курсе.
— Спросим. Как только вытащим все из мешка. Джонни — займись. А ты, русак, отойди подальше. И без глупостей. Дернешься — получишь пулю в брюхо.
Сука, надо было подождать, пока Чарли приготовит отраву. Но остров — маленький, можно и не успеть передать послание эльфам, и тогда каратели вернутся не солоно хлебавши. Генриетта потребует к себе фон Винтер, и вся афера мигом вскроется. Что с нами потом сделают — лучше даже не думать.
Так что дернуться пришлось. Когда лежишь на плахе, о прическе беспокоиться глупо. Пошел на риск — рискуй до конца.
Стоило шкету склониться над торбой, как я вскинул руку, и разряд с треском прошиб лоб Кастора насквозь — да с такой силой, что глаза побелели, как у вареной воблы, а из ушей полезли мозги, похожие на подгоревший зефир.
От увиденного парнишка присел на конкретное очко и потянулся к револьверу, но замешкался и получил коленом в лицо. Я успел взять разбег и вмазал так, что янки шлепнулся на спину и обильно пустил сок. Наступив коленом на грудь, вогнал кинжал в горло по самую рукоять. Ковбой дернулся пару раз, захрипел и обмяк.
— Чарли!
— Да, господин! — девушка показалась на пороге с черпаком в руке.
— Отвлекись на минуту.
Мы спрятали тела в оружейном шкафу, и я поспешил прямиком к Анри — благо, остальная охрана куковала на стенах и во двор особо не заглядывала.
— Что это? — рыжая вскочила с кровати за миг до того, как на одеяла упал «томпсон» и прочие вещи.
— Переодевайся и жди сигнала. Скоро начнем.
— Будь осторожен, — подруга таки умудрилась прильнуть ко мне и чмокнуть в губы. — А это — на удачу.
Я спустился в лабораторию, но Фиавин на месте не застал. Пошла искать бункер… наверное. Первым делом проверил коридор и около спальни услышал протяжный приглушенный стон. Что за черт, я же запирал замок?
Ага — и оставил ключи на столе, прямо перед мятежницей.
Млять…
Рванул дверь и застал такую картину. Полностью обнаженную Ирму растянули на кровати, как на дыбе. Эльфийка сидела у нее на животе — спиной к лицу — и резала кожу на бедрах на тонкие полоски.
После приподнимала край и медленно наматывала на рукоятку скальпеля, пока ученая тряслась всем телом, пучила глаза и ревела с засунутыми в рот чулками.
И пока я отлучался по делам, мятежница успела сорвать по пять полос с каждой ноги и явно не собиралась останавливаться на достигнутом.
— Какого хрена ты творишь⁈ — схватил ушастую за руку и стащил на пол — та странно хихикнула и даже не подумала сопротивляться.
— Разве не видишь? Мщу. За себя. За сестер. За рабство, пытки и проклятые столбы в полях. И это — лишь малая толика той боли, которой она заслужила. Сейчас сниму еще немного кожуры и займусь коготками. Потом — веками. И, наконец, глазами.