Эромант. Система Соблазнения (СИ)
— Тебе кто-то разрешал меня касаться?
— Ты уже беременна, а мне еще нельзя тебя трогать? — выпалил я.
— Бе… ременна? — она нахмурилась. — Откуда ты узнал?
— С помощью своей магии, — уклончиво произнес в ответ, чтобы не вдаваться в подробности.
— А это девочка или мальчик?
— Ты сомневаешься в воле богини? Это двойня — как и просила.
Нараз прикусила задрожавшую губу, со свистом втянула воздух, а затем заплакала. Тут же слезла с меня, подошла к самому краю скалы и опустилась на колени. Когда же я шагнул к ней, путь преградил разряд тока.
— Не подходи, — рявкнула девушка. — Никто не должен видеть слезы орка!
— Это слезы счастья, — улыбнулся. — В них нет ничего зазорного.
— Не только счастья, — подруга опустила голову. — Но и страха. Ведь мне предстоит растить их в мире, что окружает пожар войны. Пожар, который никто из нас не в силах потушить.
— Мы справимся, — несмотря на угрозу, сел рядом и приобнял за плечо.
— Мы? — она фыркнула. — Ты же собрался к своим.
— Мне спешить некуда. Быть может, у нас получится открыть путь в сердце Авилана. Туда, куда никакой имперец ни за что не доберется. И там все народы могут спокойно растить детей и ни о чем не волноваться.
— Хотелось бы верить, — тяжелый вздох. — Но это — дела далекие. Сейчас мне любопытно кое-что другое. Я скажу, но если засмеешься — все ребра пересчитаю.
— Ты — мать моих будущих детей. Можешь говорить, что угодно. И быть со мной предельно откровенной.
— Мы предались страсти, как орки. Тебе понравилось?
— Спрашиваешь еще. До сих пор в затылке покалывает.
— У меня тоже. И не только в затылке. Твоя стрела весьма велика для моего колчана… Но теперь я хочу попробовать это так, как делают… люди.
Нараз нахмурилась и смущенно опустила голову, явно ожидая насмешек или обвинений в извращенном интересе к чужакам. Но я провел ладонью вдоль хребта и поцеловал в плечо.
— Для начала нужно найти место потеплее. Ну, или хотя бы посуше.
Протянул ей руку и отвел на край «челюсти», где воды почти не было. Уложил на спину, лег сверху и принялся покрывать поцелуями шею. Шаманка какое-то время лежала молча, а затем недовольно спросила:
— Может, начнешь уже?
— Люди не начинают так вот сразу.
— А какой смысл облизывать друг друга?
— Чтобы расслабиться и сильнее возбудиться.
— Но я уже… ургх-х…
Орка скрипнула зубами и скрежетнула ногтями по камням, когда я легонько прикусил сосок — крупный и твердый. Прошелся вокруг языком, свободной рукой поигрывая с соседом, и девушка вновь обхватила меня ногами, призывно ерзая тазом. Но я не собирался спешить. Попросила как у людей — значит, покажу все, на что мы способны.
Вдоволь наигравшись с грудями, собрался уже опуститься ниже, как вдруг ночную тишину прорезал звук, который я вообще не ожидал услышать на богом забытом острове посреди иного мира.
Со стороны лагеря отчетливо донесся стрекот автоматной очереди.
Глава 9
Выстрелы повторились — нет, не показалось — и внутри разлился едкий холод.
Затем еще раз — и еще.
Нараз оттолкнула меня и бросилась вниз, перепрыгивая с камня на камень точно дикая кошка. Я рванул следом, но не развил и десятой части той скорости, неумело и неловко карабкаясь по склону, как раненая сколопендра.
Когда спустился, шаманки уже и след простыл. Зато вдали ярко вспыхнуло и раздался электрический треск, вмиг оборвавшийся короткой очередью. Я стремглав помчал к лагерю, не обращая внимания на царапающие и хлещущие по лицу веткам, но когда добрался до цели, все уже закончилось.
Орки лежали посреди поляны, посеченные пулями и залитые кровью. Их застали врасплох — пьяных и сонных — и перебили, не дав толком очнутся. Я сразу заметил седые волосы Карадана, из-под которых белела тонкая женская ручка — старик успел закрыть собой Анри.
Чуть поодаль лежала навзничь и Нараз — очередь прошила ее от паха до горла, не оставив ни шанса на выживание. Шаманка забрала с собой лишь одного ублюдка, но дюжина других теперь шастали от палатки к палатке в поисках добычи.
Выглядели они как высокие рослые мужики в костюмах-тройках, длинных кожаных плащах и ковбойских шляпах. Все держали в руках томми-ганы, а в кобурах покачивались тяжелые кольты. Все еще ничего не понимая, я стоял у края поляны и смотрел, как эта нечисть тормошит трупы и с отвращением разбрасывает нехитрый скарб.
— Holy shit, — проворчал один. — What a smell…
Американцы. Янки. Новые конкистадоры, что каким-то чудом прорвались через магический заслон. Это о них предупреждала Лилейн? Это их корабль мы видели с утеса?
— Find the stones, guys! — скомандовал пожилой стрелок с длинными седыми усами, волосами до плеч и повязкой на глазу. — Colonel told us to find everything. Did we crawl through the damn barrier in vain?
— Hey, look!
Молодой ковбой подошел к шаманке и вытащил нож Боуи — здоровенный охотничий тесак, которым и медведя завалить можно. И принялся размашистыми ударами вскрывать грудную клетку — чвяк-чвяк-чвяк. И когда кости разошлись, из раны брызнул ярко-голубой свет — верный признак кристальной маны.
Тут уж я не выдержал такого обращения, и несмотря на неминуемую гибель вылетел из кустов и с громким воплем метнул в подонка ослепительный разряд.
Янки успел выпрямиться и машинально вскинуть руку для защиты, и кинжал словно громоотвод поймал острием молнию, и через выродка прошло столько ампер, что сапоги и плащ изошли черным дымом.
Я хотел врезать и второму, но тут седой с едва уловимой скоростью выхватил револьвер. Грянул выстрел, а мне в живот точно влупил боксер-тяжеловес. Я рухнул, как подкошенный, и только тогда почувствовал тупую боль и разгорающийся в кишках пожар.
— What the hell? — возопил рыжий детина. — He’s a human?
— Hey, ya, — с ядреным южным акцентом произнес старик, ткнув меня раскаленным дульным срезом в плечо. — Doyawannalive?
Кастор Купер
Возраст: 49
Статус: майор АТК
Отношение: подозрение
— Fuckyou… — прорычал в ответ, обливаясь потом и мелко дрожа от нарастающих мучений.
— Ты русский? — довольно внятно спросил ковбой.
— Я тебя урою, мразь… — из глаз сами собой покатились жгучие слезы — из-за боли душевной, телесной и неудержимой ярости, подобной которой испытывать еще не доводилось.
— Почему ты напал на нас? Мы же спасли вас от этих людоедов.
Чтобы не вступать в долгие культурологические споры, набрал слюны побольше и харкнул прямо в посеченную шрамами рожу. Старик осклабился и так рубанул рукояткой «кольта» по голове, что я едва не отключился. Но в планы подонка явно не входило избавление меня от боли — пусть даже временное.
— Свяжите его и дайте зелье, — приказал он своим на родном языке. — И тащите на борт. Колдун и девчонка — достойная добыча. Полковник порадуется, так что можно возвращаться.
Рычащую и лягающуюся Анри вытащили из-под тела кузнеца и прижали к земле. Рыжая успела одеться лишь в кожаное белье, и я ожидал самого страшного, однако несмотря на сальные взгляды и похотливые смешки, выродки ограничились парой шлепков по заднице и связали француженку по рукам и ногам.
Та же участь ждала и меня. Рыжий ковбой схватил за волосы, рывком запрокинул голову и влил в рот пузырек какой-то черной дурно пахнущей жидкости.
Боль приступилась, кровотечение стихло, но в рану все равно засунули тампон из свернутого в рулон бинта — да так, что аж искры из глаз посыпались от непередаваемых ощущений.