Эромант. Система Соблазнения (СИ)

По идее, наши силы равны, но лишь на коротком промежутке. Шаманка гораздо выносливее, особенно с учетом образа жизни. Я же и близко не ощущал себя марафонцем, а значит, надо брать победу мигом, на рывке, ведь затягивание боя неминуемо приведет к истощению ресурсов и поражению.
Поэтому сразу накинулся на соперницу, как медведь, схватил за плечи и надавил всем весом, чтобы повалить наземь. Толчок с ускорением вышел настолько сильным, что шаманка пропахала пятками около метра и зарылась в песок глубже щиколоток.
Ее мышцы напряглись так, что едва не окаменели, а скрип зубов резанул по ушам. Со всех сторон тут же раздались вопли и хлопки — заметно опьяневшие девчонки с интересом наблюдали за поединком и активно болели за вождя.
И она устояла, потому что просто не могла проиграть человеку у всех на глазах. И не просто устояла, но и немедленно перешла в наступление, навалившись всем телом уже на меня. И моих сил хватило всего на полминуты напряженного сопротивления, после чего колени подогнулись, и лицо оказалась аккурат напротив взмокшей от пота груди.
Нараз не преминула воспользоваться открывшейся возможностью, обхватила меня за шею и вдавила голову промеж зеленых дынь. В своем положении я доставал только до задницы, и попытки раскачать девушку и завалить набок ни к чему не привели — та широко расставила ноги и уперлась, как лафет.
Дышать же становилось все сложнее, голова пошла кругом, и на ум пришло единственное решение. Присел еще ниже, обхватил шаманку под попу и оторвал от земли в надежде бросить на спину.
Однако не рассчитал силы и сместил центр тяжести не от себя, а наоборот. В итоге я сам грохнулся навзничь с высоты своего роста, а девушка свалилась сверху, прижав всем телом. Вцепилась в запястья, уложила на лопатки и вновь ткнула грудями в нос, а лодыжками как тисками сжала ноги, что почти полностью обездвижила.
— Сдавайся, поросенок, — радостно прошипела, предвкушая скорый триумф. — Тебе меня не взять.
Это мы еще посмотрим. Я так быстро не сдаюсь, особенно, когда на кону такой приз. Тем более, что столь тесный контакт лишь добавлял сил, и кровь бурлила, как закипевшая, насыщая мышцы кровью и волшбой.
Я резко развел руки в стороны — Нараз не ожидала такого маневра, и вспотевшие ладони соскользнули с запястий. Я же обхватил ее спину, сдавил до треска ребер и потянул в сторону. Девушка невольно охнула и расставила шире колени, чтобы не опрокинуться, и в этот миг я освободил ноги и резко подобрал колени.
Они уперлись в зеленый живот и приподняли зад шаманки, точно домкратом. Орка полностью потеряла контакт с землей, после чего я столкнул ее с себя и уже сам накинулся сверху.
В ответ соперница скрестила лодыжки на моей талии, но меня это лишь раззадорило. Я вцепился в ее запястья, перед тем изваляв ладони в песке, чтобы не скользили, и намертво прижал к земле.
Мы вошли в своего рода горизонтальный клинч, истратив в первые минуты большую часть энергии. Оставалось только часто дышать друг другу в лица и обливаться потом от жара разгоряченных тел. И все это, похоже, выглядело настолько эротично, что даже зрительницы перестали орать, смеяться и полностью сосредоточились на развязке.
— Ну и кто теперь проиграл? — я наклонился к самой ее шее и провел языком по трепещущей венке.
Нараз скрипнула зубами и задергалась пуще прежнего, но вырваться из захвата не смогла.
— Я победил, — шепнул на ухо, а затем нарочно ослабил хватку.
Раззадоренная издевкой противница тут же воспользовалась моментом и швырнула меня набок. Затем перевернула на спину, заломила руку и вцепилась зубами в отросшие волосы на затылке. Потрепала от души, надавила коленом на поясницу и вскинула свободный кулак над головой.
Пляж огласил торжествующий рык. Шаманке поднесли полную чарку, но пила она без особого удовольствия, потому что знала — я поддался, чтобы не дать ей упасть в глазах сородичей.
— Варанар довольна вашими потом и болью! — возопила старуха. — Наступает полночь — время Лаверан. Славьте богиню природы и жизни… как сумеете. Ешьте и пейте в ее честь! Или же просто выспитесь перед завтрашним походом.
 
Орки тушили костры недопитым пивом и песком и устало брели в лагерь. Анри умудрилась заснуть прямо в прибое — Карадан бережно поднял ее и понес в сторону леса. Я ощутил легкий укол ревности, но ничего такого кузнец явно не замышлял, потому что сам едва переставлял ноги.
Нараз же все еще подрагивала от нервного напряжения и держалась так, словно стояла на шухере во время крупной кражи. Когда же все разошлись, а огни погасли, схватила меня за руку и злобно рыкнула:
— За мной.
И потащила прямиком в лес, осторожно обходя кусты и стараясь не шуметь.
— А мы куда? — спросил, хотя примерно догадывался об ответе, и мысли о грядущем пускали ток по всему телу.
— На алтарь, — проворчала спутница, не сбавляя темпа.
Я вновь чувствовал себя студентом, что украдкой привел домой подружку, пока родители уехали на дачу. И постоянное ожидание скрежета ключа в замке будоражило сильнее любого афродизиака.
Сейчас ощущалось нечто похожее, только вместо родителей были чудовища, аномалии или кто похуже — например, эльфийки.
И несмотря на опасность, шаманка уверенно вела меня прямиком к ручью. Что неудивительно — если уж и приносить жертву, то исключительно в священном месте. Но как вскоре выяснилось — ручей лишь середина пути.
Она провела меня вверх по течению — к самому водопаду, и принялась стягивать с себя одежду.
— Раздевайся, чего встал.
— Что, прямо здесь будем? Холодно…
— Какой же ты нежный, — проворчала девушка, избавившись от набедренной повязки. — Зимой мы делаем это прямо в снегу. Но мы тут не за этим. Смой песок. Не хочу, чтобы он попал, куда не надо. Я люблю острые ощущения, но не настолько.
Мы как следует сполоснулись в студеной воде. Затем шаманка приблизилась, но вместо прелюдии снова взяла за руку и повела еще выше, на крутой горный склон, сплошь заваленный курумами — огромными камнями, оставшимися после селей и сходов.
И несложно догадаться, куда именно вела козлиная тропа — к той самой драконьей пасти, из которой мне и выпал самородок. Должно быть, это и есть самое священное место, где жертва дойдет прямиком до адресата. Вот только дойду ли я до алтаря — большой вопрос, потому что поскользнулся на первом же влажном валуне и пребольно ударился коленом.
— Блин…
— Какой же ты неженка, — фыркнула Нараз. — Смотри — пока дойдем, все желание растеряю.
— Ну, извини… я больше привык к кроватям.
— А для нас чем опаснее — тем приятней, — она протянула ладонь. — И тем скорее богини подарят здоровое потомство. Да не абы какое, а воинов и охотников. Ну а от тебя я надеюсь понести могучего шамана.
У меня кольнуло в груди — не столько от напряжения, сколько от услышанного. К своим годам уже начал задумываться о детях, но что я мог передать по наследству — хреновые скуфские гены?
А чему бы научил — крутить гайки за гроши? Будь я миллионером — тогда бы настрогал штук десять и замутил свой собственный клан Любимовых. Но в этом мире я мог подарить потомству воистину великую жизнь, а не прозябание в нищете.
И от этих мыслей почему-то потеплело и слегка сжалось в груди. И когда смотрел на тугую задницу впереди, то вожделел ее хозяйку не только членом, но и сердцем. Пусть пока лишь самую малость, но кто знает, к чему приведут эти отношения.
— А у вас как — вне брака можно рожать?
— Конечно, — Нараз запыхалась и села на камень передохнуть, дожидаясь меня и попутно мотивируя широко расставленными ногами. — Орки о таких вещах вообще не думают. Жену или мужа в любой миг могут убить в бою или на охоте — так к чему все эти клятвы и обряды?
 
— И то верно, — смахнул липкий пот со лба и продолжил карабкаться, стараясь не оглядываться — мы преодолели уже метров сто по склону.