Ведьма. Долго и счастливо? (СИ)

Камилла Санторини
– Что думаешь, Джеральд? – обеспокоенно спросила ведьма своего супруга, умостившись на широком подлокотнике кресла, на котором сидел мужчина.
– Наломали дров, мальчишки. А ведь наша Лисса уже ищет причины ссоры в себе, – расстроенно качал головой лорд Вудсток.
– Любит их обоих все-равно, да и к Леонарду еще не остыла. Я же вижу, он до сих пор у нее вот здесь, – леди положила узкую ладошку на грудь мужа, туда где ровно билось сильное сердце мага.
– Поэтому решила помочь? – хитро прищурился генерал.
– Не могу видеть, как она страдает, – огненно-рыжие кудри всколыхнулись, в изумрудных глазах застыла горечь.
– Лисенок добра и великодушна, – Джер утешающе сжал руку супруги, – она не станет слишком долго мучить искренне раскаявшихся мужчин.
– Что-то Генриха долго нет, – внезапное волнение за друга сжало грудь.
– Успокойся, любимая. Уверен, он явится с минуты на минуту, – буквально несколько мгновений спустя в гостиную, погруженную в интимный полумрак, бесшумно вошел дворецкий.
– Его Величество король Волларии Генрих Роутэн, – негромко произнес он, пропуская измотанного дорогой монарха.
– Генри! – воскликнула ведьма и вспорхнула с кресла, обнимая правителя. – Я уже начала волноваться, – Камилла звонко расцеловала старого друга в обе щеки, Генерал ограничился крепким рукопожатием.
– Ужасно устал, Ками, – пробормотал монарх, небрежно проводя широкой ладонью по отросшим темным волосам.
– Тогда расскажешь обо всем завтра. Твоя комната уже готова, уж не обессудь, – несколько смутилась красавица, – у нас не королевский дворец. Ужин тебе принесут, если пожелаешь.
– Перестань. У вас потрясающий дом, уютный и очень теплый в отличии от моего жилища. А Вики? – с надеждой посмотрел на супругов.
– Она тебя очень ждала сегодня, но день был насыщенным, и девочки уснули, так и не дождавшись, – сочувственно ответил Джеральд.
– У Вики для тебя сюрприз, так что будь готов встать пораньше, вряд ли непоседа дотерпит до обеда, – добавила ведьма.
Пожелав супругам звездной ночи, король скрылся за дверью комнаты и, приняв душ, с удовольствием растянулся на удобной широкой кровати.
Мелисса Вудсток
Глупое сердце болело и ныло всю ночь, надеясь, что придут, ворвутся ураганом, сожмут в крепких объятиях, зацелуют до звездочек в глазах, убедят, что все между нами, как прежде, повинятся, а я прощу. Разум твердил, что нужно разобраться в ситуации, выяснить все до конца, не поддаваться порывам и, если потребуется, отпустить… Остаться навсегда с незаживающей дырой в груди, но дать свободу Верону. От мыслей, что его может больше не быть в моей жизни, слезы брызнули из глаз, а в душе поселилась тоска, старательно гнала ее от себя. В конце концов, ничего еще не решено, сначала мы поговорим, как я и обещала Дариусу.
К рассвету так и не сомкнула глаз, проваливаясь в странную полудрему, наблюдая, как ночные тени прячутся по углам от ярких лучей утреннего светила. Оставаться и дальше в кровати не имело никакого смысла. Быстро привела себя в порядок и вышла из комнаты. Замок еще спал, но было одно место, где уже вовсю кипела работа – кухня. Готовка всегда меня успокаивала, вот я и решила наведаться в вотчину Фредерико.
– Мелисса, птичка моя! – радостно воскликнул главный повар. – Как я счастлив видеть тебя! – он тут же сжал меня своими мощными руками, приподнимая над полом.
– Я тоже Фредди, я тоже! – этому жизнерадостному магу просто невозможно не улыбнуться в ответ.
– Что привело тебя ко мне в такую рань? – подозрительно прищурился он.
– Да вот, решила приготовить что-нибудь для семьи к завтраку, ты не против?
– Как я могу быть против, маленькая госпожа? – искренне удивился он. – Вся кухня в твоем распоряжении! Командуй! – и работа закипела.
К девяти часам утра стало ясно, что в запале я наготовила явно больше, чем было нужно: несколько противней румяных пирожков с мясом, булочки с корицей, горячие лепешки с начинкой из ветчины, сыра и зелени с яйцом. Фредди все ворчал, что пока я здесь, ему вполне можно отправляться в отпуск. Матушка спустилась в начале десятого и очень удивилась, застав меня на кухне, но все комментарии оставила при себе. Сцапала с большого блюда булочку и, счастливо зажмурившись, пробормотала:
 
– Фредди, сегодня ты явно превзошел сам себя.
– Камилла, создатель этого нежного чуда – твоя дочь, а вовсе не я, – с гордостью сказал повар.
– Детка, это нечто! Просто невозможно оторваться! Идем, пока голодные мужчины и прожорливые маленькие девочки не начали завтракать без нас, – и, подхватив булочки, отправилась в столовую.
  
Глава 5
 
Фредерико лично помог отнести все блюда в столовую, по дороге не уставая нахваливать мои кулинарные способности. В конце с дерзкой улыбкой стянул с большого блюда пирожок и, пожелав семейству светлого утра, отправился в свои владения. Дочери уже встали, радостным писком встречая меня.
– Мамочка, а мы уже попробовали твои булочки, – сдала сестру Виктория.
– А почему ты раньше нам их не готовила? – тут же спросила вдумчивая Амелия, я же молча пожала плечами, усаживаясь на свое место по левую руку от отца.
– Ваше Величество, рада вновь видеть Вас, – приветствовала короля.
– Мелисса, прошу тебя, можно на «ты» и по имени, – отозвался широко улыбающийся монарх. Генрих разве что не лопался от довольства, излучая в пространство умиротворение и счастье.
– Светлого утра всем, – произнесла нейтрально и уткнулась в собственную тарелку.
Верон и Дариус были непривычно тихи и сосредоточены, отвлекаясь лишь на вопросы девочек.
– Мммм, – восторженно промычал отец, тщательно пережевывая очередной кусочек лепешки, – завтрак сегодня особенный!
– Это наша девочка постаралась! – гордо выдала матушка, а супруги с удвоенным старанием принялись поглощать предложенные блюда.
– Лисенок, – папа опустил свою широкую ладонь, накрывая мою руку, – балуешь нас! – а я широко улыбнулась лорду Вудстоку в ответ, невольно заражаясь его прекрасным настроением.
– Погуляешь сегодня с Ливардом? – словно невзначай спросил отец. – У меня последнее время редко удается прокатится на нем, да и по тебе он скучает.
И хотела бы возразить, мол вчера же только ездили на озеро, но почему-то не стала, еще и дочери уж слишком старательно выпроваживали меня:
– Мамуля, мы не сможем с тобой заняться зельями в бабушкиной лаборатории, – как всегда за себя и за сестру все решила Виктория.
– Я обещал Вики и Ами, что мы вместе прогуляемся, а потом нас ждет урок от вашего шеф-повара Фредерико, – пояснил Генрих.
– Вот все и решилось, – спокойно ответила, мне подарили прекрасный шанс побыть наедине с собственными мыслями, подготовиться к судьбоносному разговору.
В молчании закончила с завтраком и, пожелав всем успешного дня, ушла к себе переодеться. На конюшне меня уже ждал конюх, он едва справлялся со своенравным жеребцом, который упрямо тряс лобастой головой и бил копытом.
– Ливард, – поспешила перехватить поводья и прижалась к нежной, бархатной щеке, успокаивающе поглаживая, конь затих. Мягкие губы всхрапнули, щекотно выдыхая в волосы. – Ну что ты, малыш! Смотри, напугал бедного Николаса.
– Ох, с этой зверюгой никто кроме генерала, Вас и леди Камиллы справится не может, только если он сам позволит, – причитал молодой парень, я лишь сочувственно пожала плечами. Что поделать? Ведь Ливард – член нашей семьи, преданней друга, защитника и помощника не найти.
Легко вспорхнула в седло:
– Покатаешь меня, малыш? – конь закивал головой, чинно вышагивая по внутреннему двору, переходя на легкую рысь.
Мальчик красовался. Правда, тут и действительно было на что посмотреть: лоснящаяся, переливающаяся в утреннем свете черная шерсть, мощная грудная клетка, сильные ноги, длинная шелковистая грива. Когда он переходил на галоп, складывалось ощущение, что копыта и вовсе не касались поверхности, а жеребец просто летел над землей.