Ведьма. Долго и счастливо? (СИ)

– Не могу больше, сладкая. Я безумно голодный до тебя, – рыкнул мой генерал и, приставив крупную головку, мягко толкнулся, протискиваясь все глубже.
Глаза закатывались от удовольствия, дыхание перехватывало от ощущений скольжения плоти о плоть. Дар то грубо врывался до упора, то дразнил самым кончиком головки, сводя меня с ума, заставляя кровь закипать в жилах. Несдержанные стоны пытался поглотить Вер, но с каждым разом это получалось все хуже.
– Давай-ка займем твой ротик, любимая, не то сбежится вся округа, – хохотнул Ланкастер.
Он устроился на коленях возле моей головы и провел розовой плотью по губам, не настаивая, но предлагая, и я покорно впустила твердый член, лаская языком.
– Тьма! Это невыносимо! – протяжно застонал Верон. – Каждый раз, как первый!
Облизывала и сосала напряженный, вкусный ствол, причмокивая, получая от процесса не меньшее удовольствие, чем мой мужчина. Изредка бросала взгляд из-под ресниц на Дариуса. В серых глазах пылал такой же огонь, как и внутри меня. Он словно трахал меня порочным взглядом, двигаясь все быстрее, и меня подстегивая увеличить темп. Вер уже просто хрипел, глуша собственные вскрики. Сияя ярким румянцем возбуждения на щеках, мой супруг был прекрасен. Пальчики скользнули ниже, сжимая и оттягивая нежную кожу мошонки, надавливая на чувствительную точку между яичек. Одновременно усилила давление губами, Ланкастер громко вскрикнул и содрогнулся, выплескиваясь мне в рот. Дар же ожесточенно вбивался, крепко удерживая за бедра. Еще и еще, снова и снова, пока не вытолкнул меня на вершину, где я балансировала на самых кончиках пальцев и от очередного толчка взлетела вверх, рассыпаясь искрами удовольствия. После супруги бережно омыли меня и устроили абсолютно расслабленное тельце между собой, прикрывая мягким пледом. Какое-то время мы дремали, потом резвились и дурачились в озере, словно дети. Заметно проголодавшись, с жадностью набросились на еду, смеясь и кормя друг друга с рук, снова пачкаясь и купаясь в озере. Когда дневное светило опустилось за верхушки деревьев, мы насладились великолепным вином из личных запасов матушки. И все-то она знает и ведает про меня, порой даже лучше, чем я сама.
Ночная прохлада прогнала нас с берега в замок. В полумраке гостиной, освещаемой лишь язычками пламени камина, ждали родители. Оба лишь на мгновение мазнули взглядом по нашим переплетенным рукам, улыбнулись удовлетворенно и отвернулись, более не нарушая наш идеальный маленький мир на троих. Молча поднялись в мою спальню, не в силах оторваться друг от друга до самого утра.
  
Глава 7
 
За завтраком необычно притихшие девочки радостно поглядывали на нас, изменив своей привычке громко обсуждать очередные планы или особенно впечатлившие события вчерашнего дня. Родители вели себя как ни в чем не бывало, пытаясь скрыть радость по поводу нашего примирения. Генрих же довольно улыбался и хитро подмигивал нам троим. Как выяснилось, Его Королевскому Величеству уже сегодня надлежало вернуться в столицу. Государственные дела не ждут, что очень расстроило Вики. После завтрака монарх отвел нашу младшенькую в сторону и долго шептался с ней о чем-то, она заметно приободрилась и, чмокнув мужчину в щеку, счастливая убежала, прихватив с собой сестру, под наши понимающие смешки.
– Надеюсь, вы не планируете с Викторией ничего опасного или, не дай богиня, противозаконного? – прищурилась я, вглядываясь в такое же довольное, как у дочурки лицо.
– Ни в коем случае, Мелисса. Как Вы могли подумать такое? – и праведное возмущение в глазах.
– Когда у моей дочери вот такое вот выражение лица, – махнула рукой в сторону величества, – это значит, она разрабатывает план, как забраться без спроса в мои зелья или смешать что-то крайне опасное самостоятельно. А у Вас сейчас весьма похожий вид, и мне это совершенно не нравится.
– Да уж, Генрих, признавайся, что вы задумали? – включилась в разговор матушка. – В какую авантюру решила тебя втянуть моя внучка?
– О, да перестаньте, всего лишь небольшая вылазка в потайные ходы и охота на призраков, – задорно хихикнул король. – Со мной ей там будет безопаснее всего.
 
– Ну зачем тащить ребенка в эти пыльные переходы, полные ловушек и еще не пойми, чего, – проворчал папа.
– Дорогой, Вики наверняка сама первая все придумала или еще что более занимательное, – рассмеялась леди Санторини. – Так что нам всем даже на руку, что Его Величество направил ее кипучую энергию в правильное русло.
– Просто берегите ее, Генрих, – посерьезнела я.
– Пуще собственной жизни, Вы же знаете, – в тон мне ответил король.
Уже спустя час монарх откланялся, а мы с супругами, словно снова вернулись в медовый месяц, наслаждаясь близостью, единением душ и тел, снова напитываясь силой и уверенностью друг в друге.
Неделя пробежала совершенно незаметно, пора было возвращаться в наш дом, тем более, что и Вики уже скучала по своему Генриху и каждый день спрашивала, когда же мы поедем в Волларию. Затягивать более не стали и, проведя ужин в теплом семейном кругу, на утро покинули Шарагэн. Перед отъездом все же решилась поговорить с матерью об Амелии. Внешне девочка полностью вернулась в свое обычное состояние – более спокойной и уравновешенной, сдерживающей сумасбродные порывы своей младшей сестренки, но душа болела за дочь. Не хотелось, чтобы мимолетная встреча со своим связанным тяготила ее, омрачив детские беззаботные годы.
– Не думаю, что ее зацепило, – уверенно выдала Верховная в ответ на мои страхи. – Все же она слишком мала, а связи нужно время, чтобы закрепиться. Ами должна была прочувствовать ее формирование, но, слава Праматери, уберегла. В отличие от него, – мстительно добавила она. – Совсем скоро Родерик поймет, в чем дело, только вот он ни за что и не подумает на маленькую трехлетнюю девочку, с которой случайно столкнулся в коридорах дворца, а я точно не собираюсь упрощать ему жизнь, да и вам нужно быть осторожнее, чтобы не допустить их встречи раньше времени. Чем старше будет моя внучка в этот момент, тем сильнее связь подействует на нее. Берегите себя и девочек! И… ты только не злись на свою старушку-мать…
– Это ты-то старушка? – весело рассмеялась я, но внутри напряглась, чувствуя: мне не понравится то, что собирается сказать матушка.
– Не перебивай! – добавила строгости в голос Верховная. – Поговори ты уже с Леонардом, ради богини!
– Ох, мам, и ты туда же, – взвыла в ответ.
– Дорогая моя, – со вздохом ответила она, беря меня за руку, – мне дано Праматерью видеть гораздо больше, чем всем остальным. Просто поверь и сделай, как я прошу.
– Не стану ничего обещать, между нами слишком много боли… до сих пор, – выдавила шепотом.
Но было кое-что еще. Этим не могла поделиться даже с ней. Леонард так и не приехал, и мне, нужно признаться в этом хотя бы самой себе, его не хватало, и сердце взволнованно стучало, предчувствуя беду.
Наш домик в лесу встречал знакомым теплом, радуясь возвращению хозяев, поскрипывая деревянным полом, благоухая ароматной смолой. Жизнь вернулась в прежнюю спокойную колею. Дочери были веселы и беззаботны, постигая науки под руководством Его Величества Генриха Роутэна. Я была благодарна монарху, что он не делил сестер, понимая их нежную привязанность, даже потребность друг в друге. Занимался с ними обеими. Супруги были удивительно внимательны и нежны. Два моих магазина отнимали довольно много времени, но все же иногда я останавливалась, замирала и чувствовала непонятную тоску. С каждым днем ее причина становилась мне все понятнее, с особой ясностью отпечатываясь в голове. Я скучала, скучала по, страшно сказать, Леонарду. Он со своим навязчивым вниманием всегда был рядом, а сейчас исчез. Неужели все-таки отступился? Внял всем моим просьбам и решил оставить в покое? Ржавая игла пронзила сердце, причиняя невыносимую боль. Снова боль, и опять ее причина в нем, точнее в том, что его больше нет рядом. Окончательно изведясь, я обратилась к начавшим подозревать что-то супругам. Поздним вечером, когда девочки уже сопели в свои кроватях, уселась на пушистый ковер возле камина, потягивая вино.