(не) Признанная фениксом (СИ)

― Ты не сможешь, ― возразила она.
― Давай пробовать, ― упёрлась в своё, пряча за этим упорством нежелание оставаться наедине со своей болью, иначе я расклеюсь, а нам этого не нужно. Сейчас нужно вытащить Ару из этого мрака, убедиться, что она в безопасности, и уже потом дать волю чувствам, разрывающим меня изнутри.
― Ри… ― попробовала снова возмутиться ведьма, ― а пепел с тобой, давай!
  
Глава 26
 
— Значит, пришла в себя!
Мужской голос гулом пронёсся через каменную залу то ли пещеры, то ли землянки, куда меня привели, как только узнали, что я жива и даже вполне здорова. Вестником нашим с Арой, злоключителем, принёсшим эту новость, без сомнения, стала та самая ведьма, о которой говорила моя проклятейница. Правда, наша попытка заговорить с ней провалилась, но зато доносчиком она оказалась очень даже ожидаемым и довольно расторопным, так как не успела я прожевать первый бутерброд, как в темницу влетели пара амбалов и, подхватив меня под руки, уволокли в неизвестность. Сопротивляться я не стала и даже немного помогла, перебирая ещё слабыми ногами, чуть касаясь земли, а заодно и осматриваясь.
Да, да, полами здесь везде выступала земля, что наталкивало на выводы: находимся мы далеко не в городе, а где-то за пределами, и строились эти «тюремные» помещения, можно сказать, фактически под землей. Тем доказательством стали не только земляные полы и небольшие оконца, находящиеся довольно высоко, но и то место, куда меня в итоге привели и где я теперь лицезрела ненавистное, улыбающееся лицо, освещённое дрожащим жёлтым светом факелов, хаотично расположенных по стенам.
На свежий воздух мы вышли буквально на пару минут, и из-за темноты и широких плеч моих конвоиров я мало что смогла разглядеть. Зато отлично запомнила, куда не нужно идти в случае побега ― это огромная скала с чёрным провалом-входом, где меня и встретил главарь фанатичной банды.
― Признаться, не ожидал, особенно, когда мне сказали, что исцелению ты не поддаёшься, ― перекинув ногу на ногу, Криспиан вальяжно развалился в массивном деревянном кресле, словно завоевал уже весь мир.
В ответ я саркастично сжала губы, сморщив нос, и приподняла брови.
— Значит, справилась сама… ну что ж, я рад.
Здесь мне в ответ захотелось хохотнуть, но взгляд вдруг наткнулся на знакомую фигуру, стоящую спиной к стене под надзором нескольких охранников. Здесь же неподалёку стояла, опустив низко голову, и наша ведьма. Волосы её ниспадали на плечи, ловя огненные блики странными седыми прядями, неестественно разбросанными по основному цвету.
― Зачем мы тебе? ― тихо спросила, теперь глядя в зелёные глаза рыжеволосого мужчины.
― Ммм… глупый вопрос, моя дорогая, неужели сама не понимаешь?
― Представь себе, нет, ― злобно прищурив глаза, в этот раз приподняла одну бровь, ― сомневаюсь, что у такого, как ты, нет целителя, про ведьму вообще молчу.
― Есть, конечно, но как вы…― мужчина резко встал и сделал шаг вперёд, сбивая этим движением весь мой боевой настрой. Всё же я не настолько смелая, как мне казалось: оставшись с опасностью один на один, я внутренне дрожала, как осиновый лист, и совершенно не знала, что буду делать, примени он силу. Собственных сил хватало лишь на шаткое удерживание себя на ногах. ― Да не дёргайся ты так, не обижу, ― видимо, заметив смену моего настроения, Криспиан остановился.
― Так я и поверила, ― невольно коснулась места чуть выше груди подрагивающими пальцами.
― Тогда не я тебя ранил, у меня и в мыслях не было причинять тебе вред: моей целью был феникс, правда, задачку ты усложнила изрядно, ― неожиданно извиняющимся тоном выскочило из уст неприятеля. ― И тут, признаю, бабская ревность сыграла мне на руку, ― теперь гад улыбался, явно довольный собой, поднимая во мне желание разорвать его на кусочки, и хорошо бы поменьше.
― И что теперь? ― чувствуя, что упиваться победой он может долго, не гнушаясь подробностями, что мне сейчас совсем не нужно было, чтобы бы сохранить самообладание, перевела наш разговор на конечный результат этих стечений обстоятельств.
 
― Теперь… теперь вы станете теми, кто сделает меня неуязвимым, ― широко улыбаясь, Криспиан чётко проговорил нашу с Арой перспективу.
― Уверен? ― подвергла сомнению его самоуверенность.
― Ещё как, и доказательством этому будет небольшая демонстрация, ― здесь Криспиан звонко щёлкнул пальцами, что послужило сигналом тем самым мужчинам, стерегущим знакомую фигуру. Надзиратели тут же отреагировали, хватая мужчину, стоящего лицом к каменной стене так, чтобы тот не смог сопротивляться, и повели его к нам.
― Бруно, ― беззвучно выдохнула, глядя на едва держащегося на ногах главу непризнанных.
Засохшая кровяная корка залепила его правый глаз и остановилась у уголка перебитой губы. Прижатая к ребрам рука с неестественно скрюченной кистью закрывала багровый след под рёбрами.
Неужели его пытали или это последствие той битвы?
Я ведь абсолютно не помню, что случилось с остальными: помогала ли я им после того, как вернулась к жизни, живы ли они вообще? В тот момент мой мир был сконцентрирован только на муже и его жизни, которую я не удержала.
Чуть окрепшая сила исцеления тут же рванула на помощь Лису: здесь, надо отметить, её ничто не сдерживало, ни то, что в месте нашего с Арой заточения.
― Братец, сегодня ты тих как никогда, ― съёрничал Криспиан, глядя на плачевное состояние Бруно. Лис же в ответ даже не взглянул на сумасшедшего родственника: сейчас он смотрел на меня, и во взгляде том читалась требование — держаться и не сдаваться, как он это делал до этих пор. Хотелось бы ему ответить, что я и не сдаюсь и постараюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы вывести их с Арой отсюда, но его брат нагло встал между нами, разрывая зрительный контакт. ― Так давай воспользуемся твоей смиренностью и покажем этой прелестной целительнице, как я намерен обойти её добровольное согласие помогать мне, ведь её и спрашивать никто не собирается. И, кстати, заранее благодарю за уже проделанную работу: предпочитаю, когда мои люди целы и здоровы.
― Твои люди… что? ― непонимающе уставилась в спину говорящего. Тот же в ответ лишь громко хмыкнул и, положив свою руку на грудь Бруно, что-то зашептал. Вокруг фигур братьев с первых звуков заклинания заклубился зловещий туман и начал будто впитываться в Криспиана, делая его силуэт чуть выше и шире.
― Что ты делаешь? ― испуганно прокричала, ухватившись за плечо сумасшедшего мага в попытке отшвырнуть его от Лиса.
Но куда уж мне в таком состоянии? Моё тело тут же припечатало к каменной стене, пробиваемое острой болью вдоль позвоночника. Зло зашипев, попробовала встать, намереваясь продолжить борьбу за босса, вот только не успела я даже привстать, как снова грохнулась на землю, теперь сбиваемая истошным женским криком. Кричащую нашла глазами сразу: ведьма, согнувшись пополам, почти визжала, будто её разрывали в этот момент на части, и это она была источником той дымки. Теперь я отчётливо видела, как она тянется от девушки к мужчине. Криспиан же даже не обратил внимание на пронзительный крик ведьмы, он всё так же стоял, упёршись рукой в грудь брата и словно высасывал из неё силу. Бруно при этом всё так же стоял, сдерживаемый тремя надзирателями, и по его виду было совершенно непонятно, происходит ли с ним хоть что-то. Ведьма затихла так же внезапно, как и закричала: теперь она молча стояла на коленях, опираясь ладонями о землю.
Переведя снова взгляд на мужчин, я заметила, что Лиса теперь никто не держит. Глава непризнанных уверенно стоит на своих ногах и внимательно смотрит на брата.
― Бруно, ― тихо позвала мужчину, вновь пытаясь встать на ноги, совершенно не понимая, что произошло. Но Лис даже не моргнул в ответ, ни то, что на меня взглянул.
― Подними её, ― коротко приказал ему Криспиан, отходя к своему креслу. И Бруно подчинился. Мгновения спустя я уже стояла на своих ногах перед уже вновь сидящим главарём фанатиков.