Его звали Вася (СИ)
- Не будет? – с каким-то подозрением взглянул на него Лайрасул. – Ну посмотрим… Посмотрим.
«Твою ж дивизию! В кого меня угораздило вселиться!» - только и подумал Василия, выползая из-за стола. Нет уж чтобы, как все нормальные попаданцы, попасть в самого себя в детстве… Там-то он сразу бы сориентировался, что и как делать… Или хотя бы в какого-нибудь обычного человека, живущего обычной же жизнью. Так нет же! А тут? Что ему делать?
Выйдя с кухни, Василий решил поискать, куда же делась мать этого… эльфенка, и вскоре нашел ее. Лаириэль сидела на кровати в комнате его родителей с таким видом, словно готова вот-вот расплакаться – и хоть воспринимать ее как свою мать он и не мог, но почему-то вдруг стало так жалко эту женщину… Впрочем, женские слезы – это вообще убойный аргумент против почти любого мужика. В этом Василий уже давно убедился – особенно на примере любившей таким способом давить на жалость ради получения желаемого первой жены. И вот хоть, вроде, и прожил с ней не так уж и мало, должен был бы успеть иммунитет выработать, но… не получалось.
- Ну ты чего, мам? – смущенно сев рядом с эльфийкой, произнес Василий.
- А? – оторвалась от каких-то своих мыслей женщина. – Да что тебе говорить, все равно ж слушать не будешь… В кго ж ты т олько таким балбесом вырос… Видно, плохие из нас родители получились!
- Я бате слово дал, что больше как прежде не будет…
- Слово дал? – удивленно взглянула на него Лаириэль. – А сдержишь ли?
- Сдержу!
Ну еще бы не сдержать… Он-то уже давно взрослый мужик, не какой-нибудь оболтус малолетний… Так что в этом Василий был абсолютно уверен.
- Что, и Клятву Верных готов дать? – с подозрением глядя на него, спросила эльфийка.
- Ну если так хочешь, - пожал плечами Василий.
- И не боишься? Ведь нарушивший Клятву – не просто… лжец! – а вот теперь уже у Лаириэль буквально глаза на лоб полезли. – Он – преступник! Проклятый! Нарушившего Клятву изгоняют из общины и запрещают жить на всей территории Республики. Ни один Верный даже не заговорит с клятвопреступником, не подаст ему руки и не поможет!
- Не боюсь, - пожал плечами Василий.
- Нет! – после долгого раздумья отрезала эльфийка. – Я не хочу остаться без сына! Даже такого балбеса как ты.
- Не веришь мне?
- Не верю, - согласилась Лаириэль. – Уж больно много ты нам обещал… Но если ты и впрямь… Я буду только рада.
На том разговор и закончился… Вернувшись в свою комнату, Василий попробовал было найти себе занятие, но решительно ничего в голову не приходило. Учебники почитать? Вот только там было решительно ничего не понятно! Там все на этом самом квентрине написано! Который ему явно придется срочно учить – хотя и было непонятно, с чего же начинать. Ну да раз дома делать вроде как и нечего, то почему бы не прогуляться по деревне, посмотреть на этот эльфоколхоз? Так что, одевшись и нацепив фуражку, Василий отправился на улицу, решив первым делом осмотреть собственный участок – достаточно большой, кстати… Фруктовые деревья самых разных пород, среди которых, к большому удивлению Василия, оказались даже абрикосы, которые, по идее, на Урале расти не должны. Во всяком случае, в середине ХХ века – судя по цифрам в учебнике, сейчас было примерно 50-е, максимум – где-нибудь 60-е годы. Грядки с овощами, где вполне себе обычные и привычные растения соседствовали с чем-то непонятным и неизвестным…
На дворе – пара сараев, мастерская и какой-то «склад», и полупустая поленница… Но, к большому удивлению Василия, никакой скотины! Хотя, казалось бы, это неотъемлемая часть деревенской жизни в эти времена… Да что говорить – в годы его детства и в городе-то у большинства тех, кто жил в частных домах, своя скотина была! А тут явно никого! Не считать же за таковую пробежавшую мимо кошку-сибирячку… И все же мясо при этом лопают еще как! Впрочем, у соседей тоже никакого намека на наличие скотины… Да и заборов-то нигде нет – а без них куры со свиньями мигом разбежались бы по огородам! Что ж, с этим еще предстояло разобраться… Впрочем, от размышлений на этот счет его отвлекла все та же уже знакомая девчонка-эльфийка…
- Вась, тебя завтра на комсомольское собрание зовут! – буквально сходу огорошила она его.
- Зачем? Я же не комсомолец?
- Ну и что? – пожала плечами Миримэ. – Ты же теперь герой! Из самого райкома к нам приедут!
- Хорошо, - кивнул Василий. – Приду…
- Я так и знала, - радостно улыбнулась девчонка. – Кстати, ты ж меня о чем-то попросить хотел?
- Угу… Понимаешь, я почти ничего не помню… Можешь мне все рассказать и показать? Только так, чтобы никто из наших не узнал. А то еще за дурачка считать станут. Поможешь?
- Вот как? – задумчиво произнесла девчонка. – Хорошо, я помогу тебе!
- Вот и спасибо! – обрадовался Василий.
И они решили прогуляться по деревне – и по ходу дела эльфийка поясняла ему, что тут и где, а он с умным видом кивал, делая вид, что вот это помнит, а тут вот припоминает… Как оказалось, село тут было большое – почти тысяча одних только «ушастых», которые и впрямь называли себя квенти. Квенты и квентки, если по-русски – хотя в квентрине такого и не было. Кроме того, была рядом и «заречная» часть деревни, где жили люди – еще полтысячи человек. Все это был один колхоз – носивший, к удивлению Василия, имя какой-то… квентки Туйлиндэ. «Оператора» какого-то четырнадцатого разряда, героя Гражданской и Великой Отечественной войн, погибшей в 1943 году в бою с немецко-фашистскими захватчиками.
- Всего месяц до победы не дожила… А ведь такая молодая была, всего 152 года, - произнесла под конец Миримэ.
- Кстати, а не знаешь, моим родителям сколько? – вдруг решил спросить Василий.
- Дяде Лайру 236, а тете Лаире 229 лет, - удивленно ответила девчонка. – А ты и это забыл?
- Угу, - согласился парень. – А еще есть кто у меня из родственников?
- Ну если из ближайших… Знаю про твою старшую сестру и бабушку… Тете Исилиэль 171 год, но она еще с самой Гражданской где-то в Москве работает. Бабушке Элэниэль же уже 482 года, она в соседнем селе живет… Был еще брат старший, но он в Великую Отечественную погиб. Даже жениться не успел.
- Сколько ему было?
- 34 года… Он в 42-м под Киевом погиб… Будь прокляты войны! – грустно вздохнув, произнесла Миримэ. – Столько Верных погибло в них… За последние несколько веков хорошо если один из пяти до старости доживал!
Один из пяти… Откровенно говоря, такая цифра привела Василия в состояние некоторого шока. Хотя, по всей видимости, у большинства все же оставались дети, была кому продолжить род? В конце концов, не вымерли же эти эльфы? Хотя, даже если посмотреть на его родителей, то странно ведь получалось… Трое детей за два с лишним столетия. В чем причина такого? Оставался лишь вопрос – является ли такая ситуация обычной или у других оно не так, но вдаваться в более подробные вопросы Василий поостерегся. А то еще окажется тоже что-нибудь из серии всем известного?
Вместо этого он предпочел больше слушать информацию о селе, где довелось оказаться, и жизни народа «квенти» в целом… Вот, например, - их школа… Большое двухэтажное кирпичное здание. А вот – дом культуры, а рядом с ним – сельсовет и правление колхоза. А перед ним памятник героям Великой Отечественной… Девушка-квентка в форме РККА, с винтовкой Мосина в руках и гранатой на поясе. Прямо как живая, хоть и сделанная из камня! На основании – имя Туйлиндэ, которое Василий прочитал и без знания квентрина, изображение звезды Героя Советского Союза и еще какие-то надписи. А по бокам – две стелы со списком имен и непонятными надписями вверху…
- Левая плита – живые, правая – мертвые, - пояснила Миримэ. – А надпись под памятником… По-русски это будет что-то вроде: «Борцам за свободу и счастье. Победившим смерть».
- «Победившим смерть»? – удивился такой строке парень.
- Вась, я не знаю, как тебе точнее перевести! – смутилась девчонка. – Я не настолько хорошо знаю русский язык!
- Ну хоть примерно?
- Примерно… - задумчиво произнесла Миримэ. – Если примерно, то… Ну как тебе сказать… Смерть тут – не так, что… физически. Прекращение биологического существования. Это как жизнь самих Верных. Нашего народа. Вот и тут имеется в виду, что это – те, кто не дал его уничтожить.