Его звали Вася (СИ)
Четвертая картина – «Нашествие». Маги квенти, жгущие татаро-монгольские орды, вновь воины в доспехах и с арбалетами, тяжелая конница…
- Когда на Руси князья грызлись друг с другом и были разбиты, мы все до единого поднялись на бой! – с явной гордостью произнесла Миримэ. – Хоть мы и не могли выставить равную по численности армию, но наши воины были сильней и имели лучшие оружие и организацию… Через десять лет они завоевать нас снова, на этот раз уже вместе с князьями орков. В той войне погиб каждый третий Верный, но они не прошли!
- Каждый третий? – аж присвистнул Василий.
- Орки оказались куда более сильным противником, - кивнула квентка. – Тогда татаро-монголы при поддержке них дошли до столицы, но не смогли взять ее ни штурмом, ни осадой или подкупом… А потом мы собрались с силами и выбили врагов с нашей земли! Правда, та война стала и концом нашего могущества…
Следующими картинами были «Союз», про вхождение квенти в состав Русского царства Ивана Грозного, «Восстание», про войну против императора Петра, который в этом мире носил не третий, а второй номер. И, седьмая центральная картина – «Революция». Единственная из всех, где наравне с квенти присутствуют и люди – в едином строю, с красными флагами, с винтовками за плечами и пулеметными лентами крест-накрест на груди… Этакая «краткая история квенти», наиболее знаковые события истории нового мира, которые зачем-то решили изобразить в вестибюле обычного сельсовета. А рядом с картиной «Революция» - бюсты Ленина и Сталина… На стене – их же фотографии, чуть ниже которых висит третья – на этот раз какого-то мужчины-квента.
Однако долго разглядывать все вокруг времени не было – скоро уже начнется собрание, а потому они отправились дальше… Поднявшись на второй этаж, зашли в зал заседаний, где уже собралось большинство комсомольцев их школы, включая самого комсорга. И, найдя себе местечко где-нибудь подальше, Василий принялся разглядывать собравшихся… Как оказалось, тут присутствовали не только квенти, но и немало людей. Но что самое любопытное – комсомольцев было на удивление немного! Какие-то два с половиной десятка, меньше чем когда-то было в одном его классе! Что ж, с причиной такой малочисленности он потом еще разберется… А пока оставалось дождаться буквально еще пары-тройки квентов и людей да «гостя» из райкома…
Впрочем, за ним дело не стало… Вскоре за окном послышался шум автомобиля, смолкший прямо перед зданием. А минуту спустя входная дверь распахнулась, и в нее вошла молоденькая с виду девушка-квентка в изящном зеленом платьице с короткими рукавами… С виду – как человеческая девушка лет двадцаи, хотя на деле наверняка ей было уже далеко за тридцать. У квенти комсомольский возраст был аж до пятидесяти лет… А вот от ее вида у Василия от неожиданности чуть челюсть не отвисла. Такая она оказалась молодая и красивая – рослая, стройная, милые черты лица, грудь где-то второго или чуть больше размера, которую словно дополнительно подчеркивало платье, длинные русые волосы, заплетенные в две косы, изумрудно-зеленые глаза и пушистые ресницы… И хоть выбивающиеся из-под волос длинные лопоухие уши для человека выглядели очень непривычно, но сейчас они совершенно не портили ее. И самое главное – все это совершенно натуральное, без малейших намеков на какую-нибудь косметику или что-нибудь еще в этом духе.
Впрочем, долго разглядывать квентку не довелось – вскоре зашли оставшиеся комсомольцы, и собрание объявили открытым. От метили отсутствующих, которых не было, огласили повестку и регламент собрания, а затем слово взяла «гостья». Поздоровавшись, она представилась секретарем райкома комсомола. Звали ее, кстати, как ту местную героиню, Туйлиндэ… «Ласточка», если дословно перевести имя на русский…
- Откровенно говоря, - закончив со вступительной речью, произнесла квентка, - я сегодня прибыла сюда в связи с весьма необычной ситуацией. От лица нашей комсомольской организации и себя лично я хочу поблагодарить товарища Василия, который, рискуя своей жизнью, спас от смерти нашего товарища, советскую гражданку, комсомолку и Верную, Миримэ. И я очень рада тому, что он жив и сейчас находится с нами рядом! Поступок товарища Василия достоин самого высокого уважения – именно так поступали во все времена настоящие Верные и настоящие коммунисты. Не щадили своей жизни ради своих товарищей… И хоть товарищ Василий и не состоит в комсомоле, но мы приняли решение наградить его похвальным листом от Заречного райкома ВЛКСМ. Иди сюда…
Под взгляды остальных комсомольцев Василий прошел к квентке, которая и дала ему этот самый похвальный лист…
- Спасибо! – только и смог сказать он в ответ на предыдущие слова.
«Интересно, - вдруг ехидно усмехнулся внутренний голос. – Хватило бы такого для получения ветеранства? Или надо хотя бы областного уровня?» Однако эту несвоевременную мысль он отогнал в сторону – и так прослушал за ней, что там еще эта секретарь райкома сказала… Впрочем, от него, вроде, ничего не требовалось. А вот как на него смотрят остальные – это следовало проанализировать… Почему-то Василий ни на миг не сомневался в том, что тот уродец дворянский сейчас сидит где-нибудь рядом. Но толку с того наблюдения особого не было. Да, восхищенных взглядов не было… Но и с откровенной ненавистью на него тоже никто не смотрел. Большинство взглядов – какие-то нейтрально-недоверчивые. Дескать, ну-ну, посмотрим, как ты еще себя покажешь в будущем! Один поступок еще не говорит о том, что ты совсем другим челове… то есть, квентом стал. Хотя многие смотрели и с одобрением – молодец, дескать, наконец-то нормальным мужиком, а не балбесом стал! И как среди этих взглядов вычислить врага? Если он тут и сидит, то хорошо маскируется…
- Ну я пойду? – спросил Василий, он откровенно не представлял, что ему теперь дальше делать…
- Иди, - думал было отпустить его комсорг школы,
- Подожди, Вась, - перебила его Туйлинде. – Я у тебя спросить хотела… Хочешь в комсомол вступить?
- Я? – даже удивился он. – Конечно!
Когда-то он уже был комсомольцем, так почему бы не стать им снова? Это ж не только возможность каких-то карьерных перспектив, которые его никогда особо не интересовали, но и просто отношение окружающих. К тем, кто не был членами комсомола, оно всегда было каким-то подозрительным, словно те люди уже натворили что-то такое, плохое! А вот реакция собравшихся была чем-то на грани шока от такого предложения!
- Его в комсомол? – озвучил общие мысли комсорг школы. – Да он же первый хулиган школы!
- И что такого плохого сделал товарищ? – заинтересовалась Туйлиндэ.
И тут понеслось перечисления целого списка его неблаговидных поступков только за последний год! Кому кнопку подложил на сиденье, кого облил водой, кому нарисовал в тетрадке глупую рожицу, кому щелбан вкатил, с кем подрался! Как однажды сорвал уроки, притащив в школу крысу… «Ну и балбес же ты был, Васька! – откровенно офигевая, слушал рассказы о художествах прежнего владельца его тела парень. – Девятнадцать лет, а ума нет! Детство в жопе все играет!» А вот их «гостья»… Ее реакция Василия откровенно удивила! Если поначалу она еще старалась держать невозмутимый вид, то вскоре на губах ее появилась легкая улыбка, а под конец рассказа девушка и вовсе уж практически смеялась.
- Да и учится он… Из троек не вылезает! Не будь он оператором, его бы в девятый класс даже за плату не взяли! – закончил комсорг школы.
- Ну я вас услышала, товарищи, - выслушав все, ответила Туйлиндэ. – Вот только знаете… К сожалению, среди нас бывают те, кто взрослеет слишком поздно… Но разве это говорит о том, что они плохие квенти или люди? Как вы все помните, комсомольцем и коммунистом надо быть не на словах, а на деле! И хорошо учиться и ходить на митинги для этого маловато будет… Да и многие ли из комсомольцев восемнадцатого года могли похвастаться отличным знанием наук и примерным поведением? Как думаете, товарищи?
- Ну я не знаю, - смутился их комсорг.
- Могу сказать – немногие, - ответила на этот счет квентка. – Хотя я вступала в комсомол и позже, но немало наслышана… Однако это не так важно. Лишь тот, кто делом приближает окончательную победу дела Ленина-Сталина во всем мире, кто показал себя настоящим другом и товарищем, патриотом Советской Республики, имеет право считаться комсомольцем… И я считаю, что товарищ Василий заслужил такую честь… Если даст слово, что больше не буде заниматься глупостями и начнет усердно учиться.