Менталисты и Тайная Канцелярия-2. Жаркая зима (СИ)
- Издержки магии, - мрачно объяснила Джегейль. - Меня когда сюда перетащило, вы думаете, я хоть слово по-андарски знала? Дядя переводческое заклинание применил. А у меня на тот момент и так мозги были магией перегруженные, вот оно и зацепилось. А вчера еще устала, переволновалась, шумно, непривычно, у меня все же первый в жизни бал был.
- Дель Гьяппа! - понял принц.
- Точно, - кивнула Джегейль. - Так что, ва… э-э, Ларк, о чем вы поговорить хотели?
- Вы обещали мне рассказать, зачем дарить деньги врагу, вместо того, чтобы начеканить новых монет для себя. И то, что просил узнать у вас мой дед: о зомби, ящиках и мнении общества.
- Зомби и ящики? Дарить деньги врагу? - почти одновременно переспросили оба капитана, фор Виттенц и ди Ланцэ. Выражение их таких разных лиц стало почти одинаковым, до крайности ошарашенным и как будто даже обиженным: мол, что за чушь нам тут собираются выдавать? А Джегейль отхлебнула своего ужасного чая, ехидно улыбнулась и спросила:
- Ларк, а правда, что тропы в ваших горах контролируют гномы, и преимущество в войне будет у тех, кто сумеет с ними договориться?
- К сожалению, нет, - вздохнул Ларк. - А может, к счастью. Я не спрашиваю у вас, Джегейль, откуда такие бредовые вопросы: сам не раз скармливал барышням байки о злобном маленьком горном народце. Почему-то они пользуются успехом, не знаете, почему?
- Налет таинственности, наверное, - Джегейль выразительно пожала плечами. - Или котики.
- Котики? - невольно переспросил принц, похоже, лишь на мгновение опередив тот же вопрос от Никодеса и Дастина.
Со стороны старших дам фор Циррент послышался тихий двойной смешок.
- Котики, - с серьезным видом кивнула Джегейль. - Понимаете, котики - они милые и пушистые, а барышни, в большинстве своем, любят что-нибудь милое, маленькое, пушистое, что можно потискать и почесать за ушком. Как это сочетается с любовью к бравым военным, не спрашивайте.
- А то вы ответите, что нас тоже можно потискать, - пробурчал себе под нос ди Ланцэ.
- Заметьте, это будет чистая правда, - все так же серьезно ответила Джегейль.
- И почесать за ушком, - Никодес расхохотался со странно нервозным оттенком, и принц едва успел проглотить вопрос, не вспомнил ли тот какую-нибудь конкретную барышню. Разговор стремительно сдвигался в не слишком приличную для дамского общества сторону.
Джегейль, видимо, подумала о том же. Улыбнулась лукаво и задорно:
- Так вот, господа, так удивившие вас зомби - они, конечно, не котики, но, пожалуй, из той же категории, что ваши гномы: обеспечивают налет таинственности, красивую формулировку, если хотите. Ключевые слова в той теме - «мнение общества». - Она умолкла ненадолго и продолжила без малейших признаков веселья: - Мы с королем говорили о том, что ваши купцы крайне плохо относятся к идее помочь своей стране в предстоящей войне. И я высказала идею… возможно, странную, не мне судить, я слишком недавно у вас. Открыто давить на их патриотические чувства - неправильно. Любой нормальный человек плохо отнесется к прямому давлению, это лишь прибавит поводов к недовольству. Люди ценят свободу, в том числе и свободу воли. Но если те же патриотические чувства будут капать на мозги вашим купцам исподволь и не от вас? Разговоры на рынке, соседка сказала что-то жене, дети задали вопрос…
- Я понял вашу мысль, - медленно сказал Ларк. - Они должны сами захотеть помочь. А мы должны не приказывать и мобилизовывать силой, а с благодарностью принять искреннюю помощь. Но как это обеспечить?
- Зомби, гномы и котики, - хмыкнула Джегейль. - Есть темы, на которые клюют барышни, а есть - которые цепляют народ на базаре. Есть слухи, которые пропускаешь мимо ушей, а есть и такие, которыми обязательно захочется поделиться со всеми соседками, как следует их обсудить, повозмущаться или посочувствовать. Вот, к примеру… - она задумалась, нахмурившись. - Гипотетически. Представьте себе, что ваша, я не знаю, кухарка, услышала на рынке две новости. Первая - что наш король собирается мобилизовать на службу всех моряков, потому что Одар сейчас слишком силен на море. Ее реакция? Пожмет плечами, если ее лично, то есть ее родных и близких, это не коснется, или испугается, расстроится, возмутится, если это грозит благополучию ее семьи. Я права?
- В целом да, - ответил граф фор Циррент. Он смотрел на «племянницу» с откровенным интересом, и принц понимал, почему: даже все прежние рассказы о чужом мире не подготовили их к тому, что эта милая, слегка неуклюжая и не слишком в себе уверенная барышня станет вдруг рассуждать о таких вещах и давать такие советы.
- И вторая. Ну, например, так… Одар совсем обнаглел, нанял пиратов, они уже нападают на торговые корабли Андара, грабят, режут, и ладно бы корабли, там, по крайней мере, экипаж - мужчины, привычные к риску, способные дать отпор. Но уже были случаи, когда одарские наемники высаживались на наше побережье и вырезали целые деревни! Описания зверств и грабежей добавить по вкусу, но ни в коем случае не пересаливать… то есть, я хотела сказать, подробности нужны в той степени, которая заставит народ ужаснуться и первыми задать вопрос, почему наш король не принимает меры? Дальше выводим людей на споры: а какие вообще меры может принять король? Все побережье не оцепишь войсками, к каждому торговому кораблю не приставишь фрегат для охраны. Потому что нет и не может быть столько свободных войск и кораблей, так? Значит, что? Собирать корабли в конвои? Мобилизовать моряков на службу и отправлять в опасную зону, охранять морские пути? А может, заодно и жителей побережья собрать в ополчение? Чтобы успели хотя бы вызвать помощь при внезапном нападении и продержаться, пока бабы с детьми не убегут в лес? Ну, тут уж, в общем, вам карты в руки, я навскидку накидала. Суть в чем - те меры, которые нужны вам, вы примете как будто под давлением или хотя бы с одобрения возмущенных вражескими зверствами людей. Никто, знаете ли, не хочет, чтобы те мерзавцы, которые вчера сожгли дом соседа, завтра пришли к тебе.
Довольно долго в библиотеке стояла тишина. Нарушил ее, как ни странно, Никодес:
- Вы страшный человек, виконтесса.
- Я выросла в страшном, по вашим меркам, месте, - пожала та плечами. - Простите, если шокировала.
- Но это может сработать, - задумчиво сказал фор Циррент. - Но рискованно. Вызывать бурление народа…
- Это нужно очень тщательно обдумать. И обсудить с дедом, - Ларк поднялся и тут же сел: - Джегейль, вы и в самом деле страшный человек, вы буквально вынудили меня забыть о приличиях и броситься к деду за советом, даже не попрощавшись.
- Но ведь это важно и срочно, неужели я не понимаю? Идите и обсуждайте. - Джегейль сделала глоток из совсем было позабытой чашки. - Ну вот, чай остыл.
- Мы, пожалуй, и в самом деле пойдем. Граф, вы с нами?
- Само собой, - фор Циррент поднялся и покачал головой: - Это было неожиданно. Наша Джегейль мастерица внезапных тем, верно, ваше высочество?
- О, да, - с чувством согласился принц. - Ваш совет о деньгах мы тоже обсудим, хорошо? В следующий раз.
- Легко. До встречи, и, Ларк, удачи вам. Надеюсь, все получится нормально.
- Я тоже надеюсь, - нервно рассмеялся Ларк.
ГЛАВА 16, в которой донос на адмирала фор Гронтеша оказывается не вполне беспочвенным
Воспользоваться приглашением Гелли «заглядывать по-дружески» адмирал фор Гронтеш решился уже на следующий день. Повод к визиту напрашивался: узнать, все ли в порядке с барышней Джегейль; но, кроме повода, была еще и причина.
Адмирал давно отвык чувствовать ту трепетную нежность к женщине, которая охватила его вчера во время разговора с Гелли. Похожие чувства вызывала когда-то его юная невеста, но лишь в самом начале знакомства, до того, как Оннар фор Гронтеш «распробовал» непростой характер той, которую отец предназначил ему в супруги. Позже они с Миллен выстроили отношения скорее дружеские, чем любовные, а после ее смерти адмирал относился к женщинам с сугубым прагматизмом: есть дочь - ее нужно вырастить и воспитать, есть сестра - она поможет в этом сложном для мужчины деле, есть шлюхи в портах - с ними можно снять напряжение; а больше никого и не нужно.