Развоплощенный (СИ)

— Шхуну можно взять в аренду, но нужно заблаговременно фрахт заказать. Есть ещё речной пароход, однако он сейчас в рейсе по реке Сакраменто в сторону Шасты. Я оставил заявку, чтобы с нами связались когда он вернётся. Там частный владелец, он сам и капитан корабля. Подрабатывает не толко фрахтом, но и приторговывает попутно чем придётся.
— Это важный момент, Джордж, такой человек может захотеть вступить с нами в партнёрство со своим транспортом и экипажем. Держи на контроле ситуацию, пожалуйста.
Кроме «разведки» в порту, наш подельник навестил ещё и дружественных квакеров. Оказывается герр Вайден уже расхвалил нашу братию, как боевых парней «у которых есть ещё и мозги». Мол, наш подход к бизнесу очень разумен и соответствует квакерским понятиям о справедливости.
— Так что их Семья сейчас обсуждает не столько возможность участия в добыче золота в тяжёлых условиях, сколько кому именно позволят отправиться с нами.
— То есть, получается что у них желающих больше, чем они могут отпустить?
— Вот именно, Эндрю, им ведь ещё свою коммуну строить предстоит. Если все уйдут за золотом, то некому будет здесь делами заняться. Квакеров более двух сотен мужского пола от четырнадцати лет и старше.
Это радостная новость. Американские «староверы» не помешают в святом деле тяжкой работы на Аляске, всё-таки они трудолюбивые аки мураши. И не гнушаются чёрной работы, когда им для своего сообщества нужно. Надеюсь, что и выцыганивать долю побольше не будут, как манагеры какие-нибудь. А также рассчитываю что они поддержат мою инновацию в распределении доходов.
— А что ты задумал на эту тему? — сразу заинтересовался Джордж, — чем она будет отличаться от обычного подхода?
— Хочу так организовать, чтобы те, кто занимается обычными делами, имели столько же, как и те, кто золото моет. Иначе все захотят лишь в песочке ковыряться, а строить базу или охотиться мало кому интересно будет. Тем более и о пушнине не следует забывать, пока она вся не выбита.
Жаль, что информации совсем мало о том, как на Аляске всё обустроено именно в нынешний период. Всё-таки клондайкская лихорадка была в несколько других условиях даже на организационном уровне. Сейчас Канадская Федерация попроще обустроена, чем в 90-х годах этого же века. Британские власти пока ещё не запустили свои щупальца в каждую дырочку подвластных территорий. Так что в тех краях скорее власть каких-нибудь компаний типа Гудзонбейской, а административной пока и не пахнет. Как бы всё это выяснить, не привлекая особого внимания к местам, которые меня интересуют?
Наступивший ужин сменил наши обсуждения на более полезное мероприятие для желудка, а посетители ресторана отвлекли нас от едьбы (на подслушивание). Народ судачил о неких таинственных слухах о якобы нахождении месторождений золота в Западной Австралии. Такое впечатление как будто кто-то где-то навешал лапши солидным людям, причём целенаправленно. Интересно, кто ещё в городе такой хнёй занимается? Найду — язык вырву! Я-то, ясен перец, совершенно не при чём.
— Говорят, что в одной из газет будет опубликована карта с координатами, — раздалось достаточно громко из-за одного из столов.
Пиндосы — горячие парни и если кто-то с кем-то спорит, то пытается доказать свою правоту криком, лишь потом прибегая к кулакам, а то (для убедительности) и к револьверу. И пофиг, что они из высшего общества, когда вылезает их сущность — гонимых бродяг английского разлива.
 Глава 10 
Глава десятая
Утром, за завтраком, народ уже сменил тему, тарахтя о том, что эффект «дежа вю» наконец-то получил научное обоснование. Дружеский «Фриско Старлайт» газетился почти у всех посетителей и лишь мы имели разные, благодаря Джимми. Подошедший портье тихохонько сообщил, что прибыл фургон «Вэллс Фарго» с охранниками по нашу душу. Странно, но зеваки обратили внимание на столь нестандартную «делегацию» и гадали что происходит. Неужели кто-то из обитателей гостиницы со столь могущественной компанией повязан? Чем, спрашивается, вроде все на виду.
 
Долго мы не заедались, смотались в номера за баблом и вышли к встречающим. Зеваки аж офигели, когда увидели нас, усаживающихся в банковский кэб. Никому не известные молодые шпыни, не более.
— Наверняка вечером придут знакомиться, — предположил Джордж.
Джимми отмолчался, но ему явно приятно общественное внимание. И всё бы хорошо, но подъезжая к банку я увидел секретаря золотопромышленника, выходящего из дверей. Видимо по финансовым вопросам заходил. Да и фиг бы с ним, но он меня тоже заметил, когда я выкарабкался из фургона. И тут же, заразный ябеда, направился ко мне.
— Мистер Изборски, вам был назначен аппойнтмент мистером Ричардсоном на это время, — строго начал чехвостить меня сей верный пёс, — нельзя пропускать встречи с важными людьми или опаздывать на них. Иначе никто с вами дел не будет иметь.
— Уймитесь, любезный, — отвечаю, сохраняя серьёзный вид, — меня попросили лишь передать письмо, а не ходить на встречи, которые меня мало интересуют. Кроме того, у меня своё расписание действий и я не собираюсь его нарушать по запискам, не согласованным со мной.
— Кстати, не забывайте добавлять «сэр», когда обращаетесь к кназу Изборски, — подсказал Джордж, руководствуясь домашней заготовкой, согласованной нами «если случай предоставится».
— Джордж, не нужно этого. Америка демократическая страна и аристократическое поведение здесь не предусмотрено. Кроме того, я всего лишь инкогнито здесь нахожусь.
Это составляющая нашего пердимонокля, заранее продуманного и отрепетированного. Джим в курсе и легонько ухмыляется, получая удовольствие от спектакля двух самодеятельных актёров.
— Позвольте дать вам добрый совет, — снова обращаюсь к оторопевшему секретарю, — если мистер Ричардсон ищет со мной встречи, то пусть её заранее согласует. Это не трудно сделать, используя курьеров и уважая занятость других.
— Но мой босс думал…
— Неважно, что думал и предполагал мистер Ричардсон, — резко прерываю птицу-говоруна, — важно учитывать то, что реально, а не витать в предположениях. Ладно, я вас научил как правильно поступать, а вы уж сами решайте. Сейчас я занят более серьёзными делами, чем пустопорожние беседы, подвиньтесь, я пройду.
Отодвинув клерка в сторону, я двинулся к дверям, невзирая на его изумление и попытку вякнуть вслед:
— Но мы…, — партнёры проследовали за мной и вопиющий секретарь остался в пустыне одиночества.
Любезный мистер Хопкинс уже ждал нашу делегацию в вестибюле, узнав что транспортное средство с ценностями прибыло (поглядев в окно). Специально выделенный клерк занялся бумажной волокитой, кассир считал деньги (пачки с пятёрками, десятками и даже двадцатками), а сам управляющий наблюдал за действом. Он хотел ещё раз побеседовать со мной, но не спешил, предпочитая верный бизнес в начале, отложив тёры на потом.
В конце концов вся бюрократия закончилась, нам открыли счета и выдали специальные бумаги, подтверждающие это. При случае могу предъявить любому, что являясь владельцем вклада в банке являюсь существом более-менее легальным. Даже первое и последнее имя имеется («first name», «last name»), написанное каллиграфическим почерком с указанием даты выдачи документа и заверенное печатью авторитетной компании. И что ещё нужно бродяге в Штатах?
— Мистер Изборски, я хотел бы обсудить наш вчерашний разговор. Дело в том, что вчера вечером от очень уважаемого человека я узнал за ужином о золоте в Западной Австралии. Это подтверждает ваши слова, хотя конкретно место и неизвестно. Может быть вы владеете более точными сведениями?
— Мистер Хопкинс, мне понадобится карта Австралии, желательно более подробная в нужной нам части этого континента.
— Предвосхищая это я изыскал наиболее подробную карту, — открыв ящик стола он вытащил своеобразный тубус и вынул из него свёрнутую карту.