Билет в прошлое (СИ)

Внизу в большой гостиной комнате сидел взрослый мужчина лет сорока с небольшим, развалившись на диване. Отец сидел рядом в кресле, а вот мамы не было видно. Я молча подошёл к ним и остановился возле отца.
— Здравствуйте, — тихо поздоровался с гостем.
Мужчина посмотрел на меня надменным взглядом, однако без злобы или раздражения.
— Здравствуй, Никита. Садись, разговор есть.
Отец одобрительно кивнул.
Я сел рядом на диване в метре от катиного отца.
— Собственно, я чего пришёл-то. Дочка моя сегодня вернулась домой рано утром, с петухами, можно сказать. И привёл её твой сын, Миша. Эти голубки шли держась за ручки, будто ни в чём не бывало. Солнце вставало, а они шли, не торопясь вразвалочку. Что ты на это скажешь?
Отец тяжело вздохнул.
— Ну, это у Никиты надо спросить где они запропастились.
Мысленно я был благодарен отцу за то, что не стал сходу ругать.
— Да, ничего такого. После танцев решили прогуляться. Сходили в парк, посидели на скамейке. Время пролетело незаметно. Извините, что так долго.
— А что вы делали в парке, скажи пожалуйста? — задал вопрос Гена.
— Ничего такого. Просто общались. Я говорю правду.
— Ну, знаешь, молодой человек, это не дело пропадать по ночам не весть где. Вам обоим следует уяснить некоторые правила, если уж вы решили встречаться. Ты понимаешь, о чём я говорю?
— Да, конечно. Мы дружим и впредь хотели бы видеться, если вы не против.
Мужчина посмотрел на отца. Тот лишь недоумённо пожал плечами.
— Я об этом ничего не знаю. На меня не смотри, — ответил он на немой вопрос гостя.
— Так ты хочешь дружить с моей дочкой? — глядя на меня в упор, спросил Гена.
Мне казалось это логичным, поэтому я не понял его озабоченности.
— Да, мы нравимся друг другу. Я бы хотел этого. Она, кажется, тоже не против.
— Ах, вот оно как, значит. — Мужчина перевёл дыхание.
Наступила тишина. Спустя несколько мгновений первым ожил отец.
— Да брось, Гена, они уже не дети. Хотят дружить, пусть дружат. Моему уже скоро семнадцать лет. Твоей Катьке уже, кажется, семнадцать. Мы не первый год знаем друг друга. Ты к нам заходишь, мы бываем у тебя. По-моему, ничего тут страшного нет, если они попробуют общаться у нас на глазах.
— Лучше так, чем ни вы, ни мы знать не будем где и с кем пропадают наши дети.
Это была мама. Она вошла в гостиную, неся перед собой поднос с чаем. Все обернулись. Мама, какая же ты красивая. Такая молодая. В тот момент я чуть не прослезился, глядя на неё. Просто не мог оторвать взгляд.
— Ну, в этом есть определённый смысл, — сухо ответил мужчина.
Она поставила поднос на маленький журнальный столик. Затем присела к отцу на подлокотник кресла. Я с восхищением взирал на них, своих самых близких и родных людей.
— Пусть встречаются, Гена, а то ещё немного, и все разъедутся на учёбу, и мы уже знать не будем с кем наши дети общаются и как.
Отец прав. Я терпеливо молчал, боясь нарушить ход мыслей Гены Семёнова. Лично для меня эта ситуация была немного забавной, но только если я был я, а не на его месте. У отцов свои причуды. Их дети — это самое большое сокровище на свете, поэтому он так переживал. Мне этого понять не дано. У меня детей не было.
— Я только с самыми добрыми намерениями, — осмелев, подал голос я, чтобы окончательно склонить его на свою сторону.
— Лично я не против, молодой человек, чтобы ты виделся с моей Катей, но есть определённые условия, переходить которые вы не будете. Итак, с поздними приходами домой надо кончать. Если это суббота, то не позже часа ночи. Я знаю во сколько заканчивается дискотека, поэтому дурить меня не надо. В обычный день гуляйте до десяти. Не хочу, чтобы ваши встречи как-то влияли на учёбу. Если замечу плохие оценки в дневнике дочери, свидания придётся прекратить. Всё ясно?
— Да, я всё понял.
— Хорошо. Мы тоже были молодыми. Всякое бывало, поэтому и говорю о правилах. Соблюдайте их, иначе будет туго. Миша?
— Я уважаю твои решения, Гена. Думаю, он всё понял. Ведь так, сын?
— Да, без проблем. У меня и в мыслях не было доставлять кому-то проблемы. Всё будет чётко.
 
— Вот и хорошо! — с улыбкой воскликнула мама. — А теперь давайте пить чай. Дружить никто никому не собирается запрещать. Чем нас больше, тем лучше.
Я встал.
— Пойду пока умоюсь.
— Иди, — кивнул отец.
Это было начало чего-то нового, того, что мне не довелось пережить в прошлой жизни. В настоящем я превратился в подавленного подростка, у которого всё валилось из рук. Отношения со сверстниками не строились от слова совсем, а о девушках и вовсе пришлось забыть. Но теперь я не ощущал за собой ничего подобного. Напротив, хотелось чего-то особенного, безумного, смелого. Хотелось выделиться в толпе.
Не дожидаясь ухода Гены Семёнова, я поспешил к ней, своей девушке. Наспех почистив зубы и умывшись, побежал из дома. Хотелось увидеть её, сказать, что всё в порядке. И увидел. Катя сидела на скамейке у себя во дворе, рассматривая проплывающие в небе облака. Когда увидела меня через забор, тут же подскочила.
— Никита! — удивлённо воскликнула она.
Я подошёл вплотную к забору, облокотившись об него. Катя подошла ко мне.
— Привет.
— Ну, как прошло?
— Всё хорошо. Он не против.
— Неужели? — Катя смотрела на меня с недоверием. — Господи, какой позор!
— Не парься. Они сейчас пьют чай.
— Кто они?
— Мои родоки и твой папа.
Она не нашла что ответить. Видно, что сильно переживала.
— Да всё нормально, говорю же. Я сказал, что хочу с тобой дружить. Твой батя дал добро. Прикинь?
— Как стыдно, — в сердцах вздохнула она. — Никита, ты извини, что так. Я хотела его отговорить, но он…
Я не дал ей договорить. Потянулся через забор и поцеловал в щёку. Катя запнулась. Удивлённо уставившись на меня, какое-то время раздумывала, а потом потянулась навстречу и поцеловала меня уже по-взрослому. Это означало, что отныне мы не разлей вода. Юные и счастливые. Два молодых сердца, поющие в унисон.
После поцелуя оба рассмеялась. Не хотелось ничего говорить. Достаточно было просто стоять друг против друга и наслаждаться моментом.
Через какое-то время со стороны дома послышался чей-то женский голос:
— Завтрак готов. Катя, пригласи своего друга. Я хочу с ним познакомиться.
Это была её мама, такая же добрая как моя. Мы пошли к ним на кухню, посидели какое-то время, говорили о всяком. Катина мама оказалась довольно весёлой женщиной, более весёлой и позитивной чем отец. Тем не менее, я понял, что с обоими найду общий язык.
Так начались наши отношения с девушкой, которая, может и не была любовью всей моей жизни, но вполне могла ею стать. Отношения длиною в долгие четыре года. Учёба в школе заиграла новыми красками. Мне давались легко абсолютно все предметы, а при поступлении в институт, который я уже имел честь окончить в прошлой жизни, всё прошло так гладко, как я не мог себе представить. Конечно, любовь на расстоянии сделала своё дело, и по прошествии некоторого времени нам пришлось расстаться, но до сих пор я вспоминаю те годы лучшим временем в моей жизни.
Не буду вдаваться в подробности всего, что со мной произошло. Обойдусь общей картиной.
Итак, отношения с Катей стали самым ярким опытом в моей новой жизни. Близость произошла не слишком рано, но и затягивать мы не стали. Не знаю, имел ли моральное право воспользоваться её молодым телом. Скажу лишь, что с каждым прожитым днём в молодом возрасте я всё дальше отдалялся от того дряхлого старика, коим был прежде. Любил ли я её? Скажу точно: да, любил. Любил всем сердцем, каждой клеткой своего существа, любил сильно и взаимно.
Как расстались? Дело шло не спеша, потихоньку. Как уже сказал ранее, расстояние добило наши чувства. Я учился в одном городе, она в другом. Если поначалу это никак на нас не влияло, а иногда даже наоборот, подогревало страсть, то по прошествии лет огонёк стал угасать. Мы всё реже созванивались. Виделись каждые выходные, да, но это уже были не те нетерпеливые встречи, что раньше. В общем, рано или поздно это должно было произойти.