Отравлен тобой. Похищение (СИ)

  
Глава 10
 
Глава 10
Марианна
— Я не буду вас мыть. Вы что, маленький? Сами помоетесь.
Купель, куда привёл меня Север, на самом деле что-то вроде огромной сауны с большим нагреваемым бассейном по центру. Я словно в какой-то оазис попала, так как на стенах повсюду зелень и цветы, по которым водопадом стекает вода.
Выглядит впечатлчюще, но я всё равно стою истуканом и отказываюсь идти дальше за Ренатом, когда он уже подошёл к специальным стеллажам и снял рубашку.
От вида его голой спины у меня по коже пробегают мурашки. Она вся исполосована белыми линиями. Похожи на зажившие раны от ударов плетьми или что-то такое.
А ещё я ненавижу себя за мысль, что у него красивое тело. Крепкое и сильное. Каждую мышцу спины видно, а когда Ренат поворачивается ко мне лицом, я невольно скольжу взглядом по мускулистой груди, покрытой тёмными волосами, плоскому животу и линии волос под пупком.
Север щёлкает ремнём, и это отрезвляет. Я мигом вскидываю взгляд, осознав, что всё это время стою и пялюсь на его... живот.
— Я не давал тебе права выбора, Марианна. И меня не нужно мыть. Омовение — это таинство и древняя традиция. И в твои прямые обязанности входит научиться всё делать правильно.
— Если вы считаете, что я разденусь и залезу с вами в этот... Что вы делаете? — запинаюсь на полуслове, выпучив глаза, когда Север вдруг снимает брюки, а за ними и трусы тоже.
Резко отворачиваюсь, чувствуя, как к щекам приливает волна жара.
— Ну ты же не думаешь, что я стану мыться в одежде? И почему ты отвернулась? Никогда голого мужчину не видела, Рин?
На самом деле, я действительно никогда не видела голого мужчину. Во всяком случае, вот так вот, в живую...
И от этого я почему-то сейчас ощущаю себя слабой стороной.
— Это не ваше дело. На вас голого точно смотреть не собираюсь, — произношу дрожащим голосом, слыша, как за спиной раздаются негромкие всплески.
— Можешь повернуться. Я в воде.
— Ну уж нет.
— Повернись и подойди сюда, Рин, — звучит более жёстко. 
Сглотнув будто не слюну, а камень, медленно поворачиваюсь и смотрю, как Север, погруженный почти по шею в воду, откинул голову на специальный выступ на бортике, прикрыл глаза и раскинул руки. 
— Рядом с большой вазой с розами стоит кувшин. Возьми его и поднеси ко мне, — говорит, не открывая глаз. 
Ступая босыми ногами по теплому мраморному полу купели, я не свожу взгляда с Рената, опасаясь, что он решит подняться из воды во всём своём мужском великолепии. 
"Ну конечно. Прям выпрыгнет. Это даже для него слишком..." 
Взяв кувшин, подхожу к Северу, но останавливаюсь на безопасном расстоянии. 
— Что дальше? И что это вообще? — заглядываю в кувшин и рассматриваю белую жидкость. 
— Это верблюжье молоко. Помогает успокоить кожу, особенно, если есть проблемы и повреждения. В целом, действует как успокоительное и расслабляющее средство. Попробуй. Тебе понравится. 
 
В мозгу тут же всплывает образ его исполосованной спины. Неужели эти раны до сих пор причиняют боль? Они не выглядят свежими. 
— Опустись в купель, Марианна. 
— Нет, — качаю головой, хотя он не смотрит на меня, а продолжает лежать с закрытыми глазами. — Я не буду раздеваться. 
— Ты можешь опуститься в костюме. Вместе с кувшином. Иначе я сам тебя окуну. 
Прикусив губу, делаю шаг вперёд и погружаю ногу в тёплую воду. Не сомневаюсь, что Север свою угрозу исполнит, если я не подчинюсь. 
От купели исходит пар. Я медленно спускаюсь по лестнице глубже, пока стопы не касаются дна. Костюм намокает и наверняка становится полностью прозрачным. Спасает только вода. 
Но больше напрягает, что Ренат под этой водой абсолютно голый. 
— Что дальше? 
— Подойди ближе и лей молоко мне на грудь. 
Надеюсь, это самое страшное, что сегодня случится? 
Приближаюсь к Северу, заношу кувшин и начинаю лить белую жидкость на его тёмную волосатую грудь, глядя, как вода постепенно мутнеет, когда в неё стекает молоко. 
Хорошо, что мутнеет. Я не вижу, что там... ниже. 
"Чёрт, о чём ты думаешь, Рин?!" 
— Теперь поставь кувшин и вотри мне в кожу молоко, которое вылила. 
— Руками? 
— Если хочешь, можешь языком. Но, в целом, я имел в виду руками. 
— Это не смешно. 
— Делай, Марианна. Много говоришь.
Вспыхнув, ставлю кувшин на бортик, после чего заношу руки над грудью мужчины. Мне придётся к нему прикоснуться... Страшно и странно, что я не испытываю омерзения, а ведь должна. 
Осторожно дотрагиваюсь пальцами до крепкой груди. Подушечкам щекотно из-за волос и на удивление приятно. 
— Втирай сильнее. 
Начинаю водить руками, размазывая молоко по коже. Мне приходится подойти ещё ближе. Грудь почти касается руки Севера, и по необъяснимой мне причине по позвоночнику бегут мурашки от той теплоты, что исходит от него. 
— Слабо давишь. Дай покажу, — Ренат вдруг распахивает глаза, опалив меня янтарным взглядом, затем обхватывает пальцами мои запястья и нажимает сильнее. 
Наверное, это машинально, что я сгибаю пальцы и впиваюсь ногтями в его кожу. Но столь незначительное действие раскаляет взгляд Севера ещё сильнее. 
— Значит, ты никогда не была с мужчиной, Марианна? — спрашивает тихо. 
— Это... это не ваше дело. 
— Почему же? Я почту за честь быть твоим первым. 
Я настолько резко отдергиваю руки, что еле удерживаю равновесие, чтобы не уйти полностью под воду. 
— Этого не будет. Никогда! 
— Будет. И ты это знаешь, — Север отталкивается от бортиков, но я успеваю отбежать дальше, хотя из-за воды это трудно сделать, так как она сильно сковывает движения.