Курсант: Назад в СССР 13

— А без нее мне тоже не жить, — серьёзно ответил Индия. — Все на ней держится. Или ты думаешь, я своих архаровцев в ежовых рукавицах держу? Криминальный элемент, брат, народ специфический. Если не уважают старшего, то в лучшем случае — разбегутся, а в худшем — нож в спину воткнут.
Правильно он рассуждал. Пока правильно. Но скоро все поменяется, и воровские законы не будут действовать. На место «правильных» воров придут беспредельщики. Выходцы из спортсменов, правоохранителей и шпаны. И репутация скоро станет пшиком.
— И все же, я бы рекомендовал тебе пересидеть, — напирал я, не хотелось, чтобы друг выполнял роль живца. Рискованно это.
— Хреночки, — Гоша скрутил кукиш и помахал им в воздухе, но не мне, а невидимому врагу. — Не дождутся! Никогда Гоша Индия не прятался.
Я понял, что переубеждать его бесполезно.
— Ладно… Тогда на людях сильно не светись хотя бы. Не передвигайся привычными маршрутами. И вообще не делай то, что делаешь обычно, где тебя подловить можно. И логово временно смени. Связь держи через доверенных людей, чтобы никто не знал, где ты живешь. Киллер в первую очередь жертву в подъезде дома караулит.
— Не собираюсь я никуда переезжать, а в подъезде у меня свой человек дежурит, — хмыкнул Гоша.
Я поворчал:
— Что ты такой упрямый?
— Какой есть… Выпей лучше, и жизнь проще покажется, — Гоша плеснул во второй бокал виски и протянул мне.
Я взял бокал, но пить не торопился, настраивался.
— Пальчики мы сняли в 205-м, неофициально. Катков помог. Местным закинем проверить, но номер, скорее всего, дохлый.
— Пока ждем, — кивнул Гоша. — Может, объявится кто… Мои там тоже дежурят.
Поболтали еще немного, я все-таки прикончил бокал виски, засобирался. Гоша проводил меня до двери и замкнулся изнутри. Я вышел в подъезд, спустился. Никого. А Индия ведь говорил, что человек дежурит у него в подъезде. Вернулся, поднялся пешком до самого верхнего этажа. Никого не встретил. Соврал? Чтобы меня успокоить? Ладно… Потом ему все выскажу. А сейчас я направился в гостиницу к Горохову. Мы со Светой остановились у моих родителей, хотели отдельно, тоже номер снять, но мать настояла. А наши коллеги поселились в «Октябре».
Рассказал шефу как есть о ситуации с Гошей и попросил оформить отгулы. Чтобы остаться в Новоульяновске и помочь другу. Никита Егорович почесал лысинку, подумал и проговорил:
— Да-а… Дела… Помочь, конечно, Георгию Вадимовичу надо… Ловко он Туза нам словил. И сколько дней тебе понадобится?
— Пока не знаю, — пожал я в ответ плечами. — Нечасто приходилось наемных убийц ловить.
Горохов удивленно вскинул на меня бровь, а я тут же поправился, что настолько нечасто, что вообще в первый раз такое будет. Ведь он все мои дела знает. Да и не скажу же ему, что в девяностых приходилось таких «клиентов» принимать.
— Недели хватит? — поинтересовался следователь.
— Вряд ли, — покачал я головой. — Две как минимум, если за две не возьмем, значит, и года мало будет. Это же не маньяк, который оседло живет и, как хищник, свою территорию охотничью имеет. Это, скорее, гастролер. Сегодня здесь, а завтра…
— Ты так рассуждаешь, будто все-таки расследовал дела с наемными убийцами, — с подозрением уставился на меня Горохов.
Все-таки проговорился.
— Так у них много общего с маньяками, — нашелся я. — Просто убивают не за удовольствие, а за деньги.
— Что же делать? Как тебе время выкроить? — морщил лоб Горохов. — Слушай… Возьми больничный. Скажи, что поясницу прихватило. Такой диагноз никак не проверишь. Скрутило так, что не вздохнуть. А то отгулов не наберем на две недели.
— Можно и больничный. Тем более, что в местной больнице знакомые у меня имеются…
На том и порешили. Я вышел от Горохова и тут же напоролся на Артемия. Тот ошивался возле 205-го номера, сверкая красной проплешиной. Бодренький, будто и не пил вчера так много.
— Привет, жених! — увидев меня, пузач расцвел, а щеки его засияли под цвет лысины. — Слышь, как здоровьице?
— Уже лучше, — кивнул я. — А ты что неприкаянный бродишь по коридорам? Потерял чего?
 
— Так, слышь, ищу, с кем это… — Артемий хитро улыбнулся и хлопнул себя двумя пальцами по горлу сбоку. — Поправиться надо после вчерашнего. Буш?
Он выудил из недр объемного пиджака в нелепую советскую клетку металлическую фляжку. Судя по его хитрому взгляду, крепость содержимого фляжки была как минимум в стандартные сорок градусов.
— Не-е, — отодвинул я его руку с фляжкой. — Я уже полечился сегодня.
— Слышь, хорошего лекарства много не бывает. Давай по писят. А?
Пришлось и с ним выпить. Я еле избавился от назойливого гостя. Чем-то он меня раздражал, еще это его «слышь».
Вернулся в машину, там меня ждала Света.
— Ну ты что так долго? — хмурилась жена. — Нам еще на рынок надо закупиться, вот я список написала, хочу солянку сварить.
— Зачем тебе варить? — цокнул я. — Выдумала тоже… Никогда не варила, а тут вдруг захотела. Мы же у родителей моих живем. Есть кому борщи варить.
— Неудобно как-то, — Света поджала губки.
— Неудобно летом в валенках, а мы семья. Пусть свекровушка твоя порадует нас стряпней. Когда ей еще придется нас угощать?
— Все равно солянку сварю.
— А ты умеешь?
— Нет. Но рецепт у меня есть, — Света помахала листочком, вырванным из советского настольного перекидного календаря.
— Ха! Ну, если рецепт есть, то тогда конечно… Вари…
— Поехали… — поторопила она, впрочем, без раздражения. — Думала, вообще не дождусь тебя.
— Да это все твой родственничек, будь он неладен. Пристал с выпивкой. Прямо в коридоре, представляешь? Дядька он неплохой, но приставучий, как гудрон на летней жаре.
— Какой еще родственник?
— Артемий.
— Это который с пузом и громким голосом?
— Ну да. А что, у нас на свадьбе много таких Артемиев? Да еще и твоих родственников?
— Вообще-то, — Света нахмурилась, — я думала, что это твой родственник.
— Чего? Да я его впервые видел. Твоя он родня. Ну ты даешь! Как можно не помнить своих? Наприглашала, что сама не знаешь кого, — хохотнул я.
— Андрей, я серьезно. Я тоже видела его на нашей свадьбе в первый раз. И я его не приглашала. Я думала, ты его позвал.
— Я?.. Не-е! Я точно не звал. Погоди… Так он кто получается?
— Я не знаю…
Вот это солянка вышла.
— Опа… а как у него фамилия хоть?
— Понятия не имею.
— С кем он пришел? Он точно не из твоих родственников?
— Андрей, я конечно, женщина, но я же не дура. Точно не из моей родни. Да моих там было не больше десятка. Девочки, в основном. Настю ты уже хорошо, говорят, знаешь, — Света хитро прищурилась. — А он один, вроде, приехал, но за дамами ужом увивался и всегда в центре внимания был. Трудно сказать, с кем он изначально был. Может, и не один. Да какая теперь разница? Поехали! На солянку колбасы три вида надо разных. Представляешь?
— Разница есть… — задумчиво пробормотал я. — Артемий этот возле 205-го номера ошивается.
Света поджала губы в непонимании.
— Какого еще 205-го? И что?
Естественно, эти цифры ей ничего не говорили, ведь про историю с киллером она ещё даже не слышала.
— Милая… Это долгая история, расскажу тебе позже. Не хотел на свадьбе забивать голову ерундой. Я сейчас! Мне кое-что проверить надо! — я выскочил из машины.
— Ты куда? А как же солянка?
— Мамка борщом накормит! — я уже несся вверх по ступенькам крыльца гостиницы.
Заскочил внутрь просторного холла. Направо — ресторан, прямо — администратор. Не сбавляя хода, перескакивая через две ступеньки сразу, я впорхнул на второй этаж, слыша за спиной голос администратора: «Молодой человек, вы куда?».
Некогда отвечать. Я даже не затормозился. В голове чувствительно постукивал вчерашний и сегодняшний виски. Жутко захотелось пить, во рту пересохло.
Вот, блин… Пробежал-то немного, а ощущение, будто сутки на дежурстве отпахал и стометровку на рекорд пробежал. Видно, удался вчера праздник, даже организм об этом кричит.