Болотный край 3 (СИ)
Новички сразу же показали себя балластом. Даже муж Оксаны. Сидячая работа и спокойная жизнь быстро выветрили из парня все те навыки, что он приобрёл, пока шатался по лесам, постоянно рискуя своей головой. А про Оксанку и вовсе промолчу. Хоть она и пытается с другими женщинами держать себя в форме, занимаясь физкультурой. Немного положение спасали тонизирующие зелья от Люра. С их помощью новички худо-бедно поддерживали темп отряда. Чуть-чуть проще стало в пещерах. Там скорость пришлось сбавить, чтобы не угодить в засаду одного из местных чудовищ.
— Бр-р, а тут не лето, — поёжилась Оксана, когда мы переправились через озеро и оказались на болоте.
— Вечер уже, вот и прохладно. Ты ещё тут ночь не видела, подруга, — сказала ей Маша. — Вот это точно будет «не лето».
Едва мы добрались до нашей стоянки с машинами, как узнали о первых серьёзных проблемах. Какая-то из ранее отправленных сюда команд забрала весь наш транспорт. Сомневаюсь, что это сделал кто-то вроде семьи Матвея. Чтобы два раза снаряд попал в одну воронку? Не верю я в такую статистику. Уж точно не в подобном месте, где «полтора землекопа» на тысячу квадратных километров. Правда, и не сказал никто из болотных поисковиков, что воспользовался автомобилями моей группы. Побоялись услышать все те слова, которыми я обязательно приласкал бы таких додельных.
— Вот же гондурасы не доделанные, — зло сплюнул прапор в большое «окно» на травяном ковре. — Хоть бы одну тачку оставили или вернули на место.
— А идти очень далеко? — спросил Рындин.
— Не представляешь даже сколько, — мрачно ответил ему Иван.
— И что делать?
Все посмотрели на меня.
— Будем искать машину с помощью дронов. Хотя бы одну, чтобы на ней отправить группу в центр за новым транспортом. Или хотя бы прицелами, — сказал я после короткого раздумья.
— А найдём? — с надеждой и одновременно с недоверием поинтересовался Рындин.
— Найдём. Половина машин не могла далеко уехать, так как в прошлый раз мы оставили в баках совсем мало топлива. Хотели потом слить в один фургон с прицепом и на них добраться до городских осколков.
Ночью новички сполна вкусили все прелести аномальной природы болотного края. Погода разбушевалась так, словно решила выдать мастер-класс с выходом на бис. Снежная метель сменялась ураганом с крупным градом, который переходил в ледяной ливень, от которого всё покрывалось толстой коркой льда прямо на глазах. Температура в шалаше не поднималась выше пяти градусов. Несмотря на когда-то упрочнённую духовными искрами плёнку вода нашла себе лазейку в нескольких местах и стала просачиваться внутрь. Надеюсь, во всём виноват шквалистый ветер. Это он где-то слегка растрепал складки плёнки и вгоняет в те места дождь. Ну, или всё дело в конденсате, появившемся из-за разницы температур снаружи и изнутри. Потому как неприятно вдруг будет узнать, что у моей магии имеется какой-то срок действия. Это будет катастрофа, способная унести не одну жизнь в какой-нибудь критический момент.
Глава 22
ГЛАВА 22
Машину мы нашли только на третий день пути. Ей оказалась «буханка» рассчитанная на семь мест. Как и предполагал, в её баке закончился бензин. Из-за чего люди её оставили. После беглого осмотра убедились, что с транспортом всё в порядке. Ничего не сломано, не снято, не разбито. Только аккумулятор посажен в ноль.
— Оксан, твой выход, — я посмотрел на девушку.
— Сейчас всё будет, — чуть улыбнулась она мне и приняла от Директора двухлитровую пластиковую бутылку с бензином. Она осталась после путешествия по пещерам. Бензин смешивали с машинным маслом и лили в керосинки, на которых готовили пищу в местах, где с нормальным топливом были сложности. Кто-то из других групп использовал керосин, выгоняемый из нефти. Но мне он не нравится из-за своей текучести. Стоит чуть-чуть неплотно прикрыть пробку, как в керосине будет всё — одежда, продукты, оружие, боеприпасы. Поэтому мы брали бензин и масло.
С помощью своего дара, энергии из кристалла из жука-солдата и моей помощи в её передачи девушка быстро набрала около тридцати литров топлива.
— Бенз так себе. Запорем карбюр, — вздохнул Директор, который переливал бензин из бутылок в бензобак. — Ещё хорошо, что тут карбюратор, а не инжектор стоит.
— Не накаркай, — одёрнул я его.
— Да тут хоть говори, хоть молчи, — буркнул он.
С огромным трудом мы уместились в машине. Гоблинам и Ивану пришлось перебираться на верхний багажник с нашими рюкзаками. Им места в салоне хватило. Благо, что тот был туристический и с частой сеткой по дну, благодаря которой ноги не проваливались сквозь прутья. Оксане досталось лучшее место — пассажирское рядом с Прапором, который сел за руль. Остальные устроились в салоне и багажном отсеке.
Предупреждение Директора не осталось простым сотрясением воздуха. Уже через несколько часов пришлось останавливаться и лезть в моторный отсек к карбюратору и свечам.
— Видал какой нагар? — Директор показал мне вывернутые свечи. На их донышке чернел маслянистый слой сажи. — Это от нашего бенза. Всё-таки, перегонку у нас максимум до восьмидесятого осилили. И то вряд ли.
— Мы доедем или всё равно придётся пешком добираться до лабиринта?
— Доедем. Но может, Жень, сначала в город заскочим и там подыщем новую тачку и бензинчика хорошего наберём? Если сломаемся в болоте, то потеряем времени больше.
— Лучше две или три, чтобы всем в машине сидеть, — добавил Иван.
— И чтобы нормально сидеть, — подал голос Лось. Парню с его ростом в салонной скученности было хуже, чем кому либо из нас.
— Хорошо, погнали в город.
В этот раз дорога до центра болота отняла у нас времени на сутки больше, чем обычно. Последние два дня «уазик» пёр к цели, как поётся в песне: на честном слове и на одном крыле. Скорее всего, если бы я однажды не обработал его на прочность своим даром, то двигатель стуканул бы где-то на полпути. Почему-то низкое качество топлива резко сказалось только на конкретно этой машине. А ведь в посёлке на таком же бензине работает десятка два моторов, от лодочных до бензогенераторных. Правда, стоит отметить, что над ними как следует поколдовали поселковые умельцы-механики. Возможно, всё дело в этом.
Как только мы въехали сквозь пелену ураганного ветра на грязный асфальт, то все вздохнули с облегчением. А Лось, которому выпал жребий вести машину на последнем участке пути, громко произнёс, копируя кавказский акцент:
— Что б я ещё раз сел за баранку этого пылесоса!
— Не разбредаемся. Ищем место для лагеря, обустраиваемся, а уже потом решу, что станем делать, — громко сказал я, когда мы покинули машину.
Оксана с мужем с интересом завертели головами. Они тут были впервые. Могу себе представить их ощущения от вида таких родных и уже позабытых пейзажей вокруг.
— А почему мы не перебрались сюда? Здесь всё есть, — вдруг спросила меня девушка.
— Потому что тут живут монстры, с которыми никто не захочет соседствовать, — сказал я. — И шаман гоблинов посоветовал тут надолго не останавливаться, так как что-то может случиться.
— Что?
Я пожал плечами:
— Никакой конкретики. Он сам мало что знает про центр болота. Просто в курсе, что место это очень нехорошее. И лично я склонен ему доверять.
Девушка на несколько секунд смокла, потом обвела взглядом пустые дома и грустно вздохнула:
— И всё равно тут почти как дома. Рано утром, когда все ещё спят, и только ты спешишь на первую электричку, так как учишься в другом городе.
Из-за проблемы с транспортом нам придётся задержаться в этом месте. А это означает поиск места для ночлега и создания временной базы. Шуа привела нас на новый городской осколок, где мы ещё не бывали и не знали улиц. От нашего города он отличался разительно. Проезжая часть здесь была узкой, на две машины. Пожалуй, если, например, зимой, когда дорога сужается из-за сугробов, навстречу поедут два грузовика или автобуса, то они не разъедутся. А вот тротуары были просторными метра два шириной каждый. Ещё здесь были широкие газоны, которые отделяли тротуары от проезжей части и жилых домов. Местами торчали пожухлые деревья. У многих отсутствовала листва. У других дополнительно отслаивалась кора.