Его желание (СИ)

— М-м-м-м, как всегда, бесподобно! — хвалю мамино умение правильно запустить кофемашину, отставляю чашку и закидываю в рот кусочек воздушного омлета.
Да, многозадачность — ценное качество, и во мне она совершенствуется каждый день. Вот и сейчас — доедаю сытный завтрак в унисон с сынишкой, допиваю кофе, вытираю малышу чумазую мордашку и, поднявшись из-за стола, вынимаю его из детского стульчика.
— Наелся, мой хороший? — Трусь кончиком носа о его пухлую щечку, пахнущую неповторимым детским ароматом сладкого молока. — Пойдем, умоемся и позвоним тете Миле, да? Узнаем, где это она затерялась.
Проходя мимо мамы, целую ее в макушку и благодарю за все. Пресекаю ее попытку сорваться с места, оставив недоеденным свой завтрак, чтобы помочь нам. Нежно переговариваясь с малышом, выхожу из кухни, намереваясь найти свой телефон, но тот сам дает о себе знать.
Аппарат современной электронной промышленности с фруктовой эмблемой на матово-белой панели заходится веселой мелодией где-то в гостиной. Идем на звук и находим не унимающийся девайс в недрах диванных подушек.
Номер не определен — просто цифры. Морщу нос, скептически поглядывая на экран: не люблю отвечать на такие вот обезличенные вызовы, потому что чаще всего это либо мошенники, либо маркетологи очередного недавно открывшегося СПА- или медцентра.
Дисплей гаснет, и я выдыхаю с облегчением. Но не успеваю порадоваться, как он вновь взрывается мелодией.
— Алло, — решаюсь ответить, вкладывая в голос все свое недовольство.
— Бекетова Ксения Андреевна? Доброе утро. — Сухой официальный женский голос вводит меня в легкое замешательство и, не дожидаясь моего ответа, продолжает: — Вас беспокоят из службы подбора персонала компании «СтройИнвест», вам необходимо подъехать на собеседование к одиннадцати часам. Адрес сброшу в сообщении.
— Меня это не интересует! — обрываю ее и отключаюсь.
«Совсем уже охренели!» — мысленно возмущаюсь, перекладывая притихшего Максика на левый бок. Поддерживаю его одной рукой и, топая к лестнице, ведущей на второй этаж, попутно набирая номер подруги.
— Привет, дорогая! — бодро отвечает мне Мила, как только в динамике прерываются монотонные гудки. — Вы уже собрались? — интересуется она и тут же, не дожидаясь моего ответа, добавляет: — Мы почти подъехали.
— Отлично! Ждем вас. Сейчас только чумазую мордашку умоем и выйдем за ворота.
— Угу, — слышится ее добродушное одобрение.
В приподнятом настроении от предвкушения отличного отдыха я отключаю телефон и убираю его в карман укороченных темно-синих бриджей.
— Ну что, солнышко мое, — обращаюсь к сынишке, внимательно наблюдающему за мной, — готов к первому в своей жизни перелету и отдыху на море?
Максик тут же одаривает меня улыбкой, довольно гулит, хватаясь маленькими ладошками за воротничок моей блузки и комкая его, радостно пускает слюни, грозя затопить все вокруг, и вместо силиконового колечка-прорезывателя тянет в рот изрядно помятую ткань. Ласково журю его, спасая свой гардероб от «пожирания» зубастым монстриком, и целую в пухлую щечку.
Эмоции неописуемого счастья вновь затапливают сердце теплом и умиротворением. Я безумно люблю своего малыша и ни капли не жалею, что он появился в моей жизни. Он — моя любовь на всю жизнь, мой маленький мужчина и смысл моего существования.
В носу щиплет, и взгляд заволакивает дымкой непрошеных слез. Я сентиментальна до чертиков! И чтобы не углубляться в мелодраматизм своей жизни, смахиваю набежавшие слезинки, мимоходом отвешивая себе ментальный подзатыльник, и спешно захожу в ванную комнату. Быстро ополаскиваю мордашку сына, бросаю горсть ледяной воды на алеющие щеки.
В спальне ногой отодвигаю дверцу гардеробной, чтобы напоследок пробежаться внимательным взглядом по полкам. Чемодан уже ждет нас в прихожей, но на всякий случай я все еще раз перепроверяю. Чувство, что я что-то забыла, зудит противной мухой на задворках сознания.
На телефон приходит сообщение от абонента, звонившего мне несколько минут назад. В небольшом электронном послании все строго по делу: адрес крупнейшего бизнес-центра, дата и время, на которое назначено мифическое собеседование, и, конечно же, название организации, а также инициалы ее владельца. От этого заставляет дыхание сбивается, а сердце пропускает пару ударов.
 
Тревожные мысли будоражат сознание, вызывая легкий мандраж гуляющих по телу нестройных рядов одуревших мурашек. Смутное ощущение какого-то необъяснимого волнения пульсирует в районе солнечного сплетения. Словно я упускаю что-то важное или не даю ему случиться, а оно, это важное, всеми способами пытается достучаться до меня.
Ведь вчерашняя встреча ничего не меняет? Глеб не помнит меня. Это было в его глазах — бездонных, холодных и безразличных. Позволила себе лишь на миг взглянуть в них для того, чтобы убедиться, что полтора года назад я все сделала правильно: ушла на рассвете, не оставив ничего в напоминание о себе. Ушла и постаралась все вычеркнуть из памяти.
Замираю на мгновение, прикрывая глаза, медленно втягиваю носом любимый аромат моего маленького мира, касаясь губами детского лобика. Да, полностью забыть ту ночь у меня никогда не получится. Но…
Раз, два, три…
Глубокий вдох, и я старательно гашу в себе приступ паники, вдруг решившей овладеть растревоженным сознанием.
— Эй! — В комнату заглядывает Риша. — Там Милка гудит за забором, — беззаботно сообщает сестра, и я только сейчас улавливаю звук клаксона.
Спохватываюсь и стремглав, крепко прижимая к себе Максика, несусь вниз, хватаю чемодан и почти спотыкаюсь о порог, когда мне на помощь приходят крепкие мужские руки. Цепенею, медленно поднимая взгляд и…
Выдыхаю…
Сердце колотится, как у испугавшегося зайца, спрятавшегося под кустом.
Вдох-выдох.
Прикладываю ладонь ко лбу, беззвучно отчитываю себя за впечатлительность и глупые мысли. Пятиминутная встреча с прошлым не должна так влиять на меня.
Ему нет до меня никакого дела, и моя тайна не вскроется! Повторяю, как мантру, это утверждение и постепенно успокаиваюсь.
— Зачем же так пугать? — недовольно шиплю на мужчину, позволяя забрать чемодан.
— Простите! — недоумевает он, придерживая дверь и пропуская меня вперед. — Милена Игоревна отправила за вами…
— Да-да, извините. — Стыд за собственную несдержанность обдает мои щеки кипятком. — Вы не виноваты. И… — запинаюсь, торможу на мгновение, — извините.
Мужчина лишь пожимает плечами, обходит меня и движется в сторону приоткрытой калитки.
— Я сейчас, только попрощаюсь с родными! — кричу ему в спину и ловлю в ответ безразличный кивок.
Спешно целую маму, обнимаюсь с сестрой и прошу передать привет папе.
— Ты словно насовсем от нас уезжаешь! — смеется Риша и, взяв меня за плечи, разворачивает спиной к себе. — Лети уже, отдохни, а то ты какая-то нервная.
Да, нервы немного шалят, это точно.
— Позвони, как долетите. — Ловлю беспокойную просьбу матери, клятвенно обещая постоянно быть на связи, и закрываю за собой калитку.
Робко оглядываюсь по сторонам, словно призраки из прошлого, витая за забором родительского коттеджа, только и ждут моего появления. Юркой мышью проскальзываю в открытую пассажирскую дверь припаркованного автомобиля и с шумом выдыхаю невесть откуда взявшееся напряжение.
Паранойя.
Море, солнце и спокойный отдых — вот то, что меня излечит от навязчивых идей, грызущих мой разум со вчерашнего дня.
— Эй, детка! — Теплая ладонь подруги ложится на мое плечо. — Ты чего?
— Все нормально, — вру я Миле, отводя взгляд и усаживая Максика в детское автокресло. — Немного переживаю из-за перелета, а так… — Глубокий вдох маскирует сбившийся в нервной истерии голос.
— Ладно, сделаю вид, что поверила, — соглашается она, давая мне время на осмысление и восстановление.
— Спасибо.
— Угу, — кивает подруга, и мы больше не возвращаемся к проблеме моего странного поведения.
Аэропорт с вип-зоной ожидания, трехчасовой чартерный перелет в бизнес-классе, комфортный трансфер до шикарного отеля на берегу моря — что еще нужно для того, чтобы отключиться от реальности и утонуть в неге эмоционального и физического релакса? Да, Черноморское побережье в первые дни лета далеко не Сейшелы, но все же…