Что-нибудь светлое… Компиляция (СИ)
Я не знаю, как он это сделал — как проник в запертый дом и вышел незамеченным. Но он знал — это написано в его статьях, — что Вселенная заполнена энергией, которой человек умеет управлять, но сам в это не верит, потому что не знает, что такое возможно. Хэмлин поверил. Ощутил и понял, что — может. Или не понял? Или понял не сразу, а когда до него дошло, покончил с собой?
Хорошо бы прочитать дело — те бумаги, что вам, Сара, не удалось получить в Скотланд-Ярде. Может, вы сможете, мистер Бакли? Нет? Не тот уровень? Что ж… Остается положиться на собственные возможности. На интуицию, на серые клеточки.
В конце концов, мы разумные существа пятого уровня. Я это знаю. Теперь и вы знаете тоже. Давайте думать вместе?
* * *— Ну и ну! — воскликнул Бакли, когда Алкин, так и не сумев внятно и убедительно закончить свою длинную речь, поставил на стол пустую чашку. — В жизни не слышал ничего более странного! Галактики, Господи… Вселенная… как вы сказали? Фермион? Гм… Да. Пятый уровень, подумать только… И еще темная эта энергия в придачу. Не думаю, что когда-нибудь в истории криминалистики кто-то предлагал более фантастическую версию для объяснения бытовых преступлений.
— Тайлер, — начала Сара, — пожалуйста…
— Позволь мне, дорогая, — слишком грубо, по мнению Алкина, прервал девушку главный констебль. — Это моя компетенция, верно? Согласись, я выслушал внимательно, я даже ни разу не вставил ни слова, хотя понял не очень много из того, что говорил мистер Алкин.
— Тайлер!
— Послушай, дорогая! Представляешь, прихожу я в Архив Ярда и говорю полковнику Доновану: «Сэр, у вас документы об убийстве, совершенном в приступе ревности человеком пятого уровня из вселенной-фермиона… Орудие убийства? О, это очень просто: темная, понимаете, энергия. Темная, значит. Конечно. Темная энергия убивает, а светлая… Что? Светлой нет, только темная? Как же так? Неужели миром правит дьявол, темные силы торжествуют, а светлые не могут им ничего противопоставить? В Голливуде такой сценарий не пройдет, нет…
Алкин начал медленно подниматься из-за стола. Не нужно было приезжать. Он увидел документ, и что? Он увидел Сару, и чему это помогло? Он познакомился с главным констеблем и теперь знает, что это тупой, лысый, ничего не понявший козел… это…
— Эй, что с вами?
— Алекс!
Два голоса слились в один, и звук оказался таким странным, что Алкин пришел в себя. Или, как ему показалось, опять увидел мир таким, каким он был на самом деле. В какое-то мгновение он… что? Не вспоминалось, будто это мгновение или минута, или сколько продолжался приступ… будто он отсутствовал, его не было нигде, ни в пространстве этом, ни во времени.
Он стоял в проходе между столиками, напротив него поднимался, опрокинув стул, Бакли, а Сара смотрела на Алкина снизу вверх, и глаза у нее были огромные, как озера, голубые-голубые, и было в них, кроме удивления и страха, что-то еще, что он так хотел увидеть вчера и чего не понимал сегодня.
— Простите, — пробормотал Алкин, обратив внимание, что и его стул опрокинут, а сумка валяется на полу у окна, метрах в двух от стола. Он бросил сумку, вставая? Хотел попасть в Бакли?
Алкин поднял стул, подобрал сумку, сел и только после этого посмотрел в глаза главному констеблю. Бакли спокойно сидел на своем стуле, и рука его, лежавшая на столе, сжимала ладонь Сары.
— Реакция у вас великолепная, должен признать, — произнес он с уважением. — Служили в спецназе?
— Где? — не понял Алкин.
— В армии, я спрашиваю, в спецназе служили?
— Я вообще не служил, — буркнул Алкин. Врачи нашли у него десяток болезней, каждая из которых сама по себе не давала права на отсрочку, но вместе они превысили некий предел, и женщина-председатель медицинской комиссии сказала ему: «Господи, ну и молодежь пошла — на вид вполне себе, а все гнилое…»
— Не служили, а? — хмыкнул Бакли. Не поверил, это было видно по выражению лица.
— А что… — начал Алкин и поймал взгляд Сары — испуганный и какой-то еще… или только испуганный?
— Вы сидели, Алекс, — объяснила Сара, выпростав свою ладонь из-под руки Бакли, — и вдруг оказались вон там, между столами, стул упал и… То есть, стул упал уже после того, как вы оказались…
— В спецназе, — сухо сказал Бакли, — таким вещам обучают. Восточные боевые искусства. Айкидо? Кунг фу?
Алкин промолчал.
Неожиданное происшествие что-то изменило в отношении к нему главного констебля. Наверно, и в отношении к нему Сары тоже что-то изменилось, но Алкин не мог сосредоточиться и понять…
— Хорошо, — сказал Бакли, попытавшись еще раз завладеть рукой Сары, но не сумев этого сделать: девушка прижала ладони к вискам, будто у нее началась мигрень. — Ваши объяснения — чепуха. Наука забралась так глубоко в недра материи, что утеряла всякую связь с реальностью. Никто уже физику не понимает. Что это такое: фермионы, браны, бозоны, глюоны, феромоны… что еще? И чем глубже вы влезаете, тем больше в ваших теориях мистики, это верно. Уже и до веры добрались. Вера в закон природы, а?.. Но если вас интересует это дело… Вчера, пока Сара ездила в Кембридж, я тоже кое-что выяснил. Насчет мотива вы не ошиблись. Ревность, да. Дженнифер Поллард. В то время ей было девятнадцать, уроженка Бакдена, кстати, в отличие от всех нас. Я хочу сказать: ее тут знали с детства, а Хэмлин был чужаком, так что шансы у него изначально были ничтожны. Я расспросил кое-кого из местных, и вот что скажу: она вышла замуж за некоего Финчли. Молодой парень, тоже уроженец Бакдена, служил клерком в банке Барклаус, у них было тогда отделение в Грэфхеме, а сейчас и в Бакдене открыли офис. Вышла замуж, и они с мужем отсюда уехали. Незадолго до войны, а точно никто, конечно, не помнит.
— Если они регистрировались здесь, — оживилась Сара, — то у нас в мэрии может быть запись. Я найду, это мой архив!
— Я о том и говорю, — кивнул главный констебль. — Вряд ли эта информация поможет, семьдесят лет прошло, миссис Финчли, если она еще жива, древняя маразматическая старуха.
— Она могла что-то рассказать детям, — Сара поднялась. — Я, пожалуй, прямо сейчас этим займусь.
— И мне пора на работу, — Бакли тоже поднялся, демонстративно не обращая внимания на Алкина. Положил на стол купюру, придавив ее блюдцем.
— Алекс, — Сара обернулась к Алкину. — Пойдете со мной или подождете здесь? Надеюсь, это не займет много времени.
— Я с вами, — поспешно отозвался Алкин к полному неудовольствию Бакли.
— Что бы ни произошло в тридцать шестом, — сказал главный констебль, выйдя на улицу и по-прежнему обращаясь не к Алкину, а к Саре, — это не имеет никакого отношения к мистике.
— Мистике? — поразился Алкин. — Послушайте…
Но Бакли уже быстро шел к перекрестку, не оглядываясь и не желая больше слышать о всяких глупостях.
— Пойдемте, Алекс, — сказала Сара. — Уверяю вас, Тайлер вовсе не таков, каким иногда кажется.
— Надеюсь, — пробормотал Алкин.
* * *Документа о регистрации брака Дженнифер Поллард и некоего Финчли в архиве мэрии не оказалось. Чтобы выяснить это, понадобилось немного времени — нужный том регистрационной книги нашли за несколько минут. Алкин стоял за спиной Сары и не столько смотрел на пожелтевшие страницы, сколько предавался странным мечтам о том, как они с Сарой могли бы сейчас отправиться в Грэфхем, где один из лучших в графстве водных клубов (афишка с яркой картиной висела у Сары над рабочим столом), от Бакдена всего-то две с половиной мили, там можно взять напрокат лодку с мотором, выйти на середину красивейшего в Англии озера и… что потом, Алкин представлял плохо, но это была возможность побыть с Сарой наедине, вроде у всех на виду, у Бакли не могло возникнуть поводов для ревности. И, в то же время, совсем вдвоем…
— Ничего нет. Надо бы посмотреть церковные записи, — Сара обернулась к Алкину и смешалась, разглядев, должно быть, в его взгляде нечто, не предназначенное для посторонних.